Кладбище миров. Книга одиннадцатая
Шрифт:
— Малое благословение удачи? — уточнил он.
— Не только, — ответил Рэн, убирая обратно в особый карман свою часть ставки — кристаллы душ. — Если хорошо развита мелкая моторика тела, можно выбросить плюс-минус нужные для тебя значения кубиков. В сочетании с удачей, полученной в храме перед рейдом, работает хорошо.
— Плюс правильная стратегия на игру, — задумавшись, кивнул наг, вспоминая расстановку фигур на доске. — Я не знал, что ты играешь в шантранг.
— Мы все чему-то учимся, — ответил Рэн, слегка пожав плечами.
На самом деле он и сам не знал, что играет: до этого момента он ни разу не садился за доску. Всю партию вела Тайвари, выбрав наиболее удачную стратегию. Он тут, по сути, выступал простым механизмом, что старался
— Готовься, скоро нам предстоит покинуть это место, — негромко произнес наг, думая о чем-то своем.
Нагльфар, пробив завесу из желто-зеленых клубов тумана, замер над бесконечными кучами… чего-то. Его чрево распахнулось, доски днища разошлись в стороны, и вниз посыпалось все то, что было кораблю не нужно или он оказался не в силах переварить: якорные цепи вместе с самими якорями, позеленевшие от времени орудия и корабельные колокола, пушечные ядра и бронзовые гвозди, скреплявшие обшивку, — все это сыпалось вниз на Холмы Безумия, называемые так из-за совершенно дикого нагромождения вещей и предметов, находившихся внизу.
Сюда вываливалось все то, что томилось на изнанке Радуги миров, постепенно вытесняемое из обычной реальности. Здесь вскрывались гнойники, много лет отравлявшие жизнь породившим их мирам, как только обрывалась пуповина силы, соединявшая их вместе. В этом преддверии Ада скапливался весь материальный хлам, что оставался в оказавшихся здесь обрывках вселенной, а на живых и нематериальное тут же находились желающие поохотиться. Вещи, сыпавшиеся из Нагльфара, подняли вверх стаи падальщиков, копошившихся внизу в поисках чего-нибудь съестного. Тысячи мелких бесов принялись возмущенно пищать, порхая вокруг корабля, но тот, не обращая внимания на их вопли, срастил обшивку трюма. Затем ожила корабельная оснастка: канаты, удерживающие паруса, внезапно хлестнули во все стороны и принялись хватать роящихся вокруг мелких бесов да закидывать их в приоткрывшуюся пасть корабля. Нагльфару нужно было набрать новых слуг взамен погибших в прошлом бою…
— Пора.
Шепчущий с Рэном быстро нырнули в крохотную шлюпку, и капитан, подхватив багор, оттолкнул ее от борта. Наг перед уходом пожал тому руку, сказав всего одно слово:
— Прощай.
Крохотное суденышко упорхнуло вниз, никем не замеченное в общей суете. Капитан проводил его взглядом, после чего незаметно убрал в карман крохотную фигурку птицы, оставленную в его руке нагом.
Глава 8
Любимая зверушка
Крохотный белоснежный свиток в руке Шепчущего медленно исчезает, обращаясь в пепел, и лодку охватывает перламутрово-молочная сфера, превратив неконтролируемое скольжение вниз во вполне осмысленный полет. Наг быстро достал небольшой серебристый жезл с крупной жемчужиной в навершии, светящейся тем же светом, и плавно повел рукой, меняя направление полета сферы в сторону от Нагльфара и мечущихся вокруг него стай падальщиков и бесов. Сейчас главное — убраться подальше и не привлечь ненужного внимания.
Пока лодка двигалась, он, порывшись в кармане сумки, достал небольшой каменный шар, покрытый множеством темных пятен. Внутри уже должен был гореть алый огонек сигнальной метки, указывающей путь к месту встречи с проводниками: в непрерывно меняющейся Бездне не было и не могло существовать каких-либо карт или постоянных схем «местности». Пусто. Змей, слегка растерявшись, провел по шару рукой, проверяя настройку на маяк. Сигнал должны были послать, едва Нагльфар появился в этом плане реальности. Руку заметно уколол эфирный отклик. Есть, путеводный шар исправен, но отметки по-прежнему нет. Да чтоб Шакруар сожрал их души! Где маяк? Эти похотливые твари содрали с него тройную цену за срочность и при этом что, не
Времени медлить нет, на счету буквально каждый потраченный миг. По плану они должны были ускориться сразу, но, не имея направления, тратить совсем не бесконечный заряд жемчужины… На кону не просто успех миссии, но и его собственная жизнь, и шансы на благоприятный исход тают прямо на глазах. Он начал терять терпение, рука с жезлом слегка вздрогнула, и летящая сфера, повинуясь движению, вильнула по небу. Рэн с удивлением взглянул на него, пытаясь понять, что происходит, хвала Хаосу, воздержавшись от вопросов, а волна ненависти, смешанная с и так не засыпавшей со дня турнира яростью, поднялась из глубин уставшего сознания, попросту затапливая разум. Ему хотелось рвать, причем голыми руками, этих тупых жалких тварей, неспособных ни на что. Договор заключен, плата получена, а где, сожри их души Пламя, результат? Он даже дополнительное предупреждение послал, когда пролетали земли Королевы Грехов! Ну, где же этот бесов сигнальный огонь?! Провались всё в бездну, как эти сволочи умудрились запороть элементарное задание? Чтоб их до конца вечности сношали и жрали трупоеды…
А сигнала по-прежнему нет, зато их слишком долгое нахождение почти на одном месте привлекло ненужное внимание. Сначала один бесенок заметил вверху нечто необычное и, радостно запищав, рванул к светящейся сфере, затем, заинтересованные его воплем, в небеса рванули еще несколько его собратьев, до этого копавшихся в объедках.
Рэн, вскинув в руке дискомет, с напряжением следил за приближающимися тварями.
— У нас гости! — крикнул он нагу, неотрывно вглядывающемуся в путеводный шар, зажатый в руке. Быстрое движение темных пятен на его поверхности выдавало безостановочную смену настроек, но попытки уловить хоть что-то, отдаленно напоминающее сигнал, пока результата не давали.
— Прикрывай! Сфера вблизи истекает магией, демонические шкуры не помогут, — раздраженно рявкнул в ответ Шепчущий, на секунду отведя взгляд от камня и снова вперившись в него после оценки угрозы. — Карты по возможности не используй, они лишь еще больше внимания привлекут.
— Я помню, — кивнул Рэн, вскидывая оружие к плечу.
Стрелять пока еще рано, нужно подпустить мелких тварей поближе для уверенного поражения целей.
Первый диск с шипением резанул воздух, когда до ближайшего из преследователей было меньше шестидесяти шагов. Несмотря на куцые крылышки, бесы могли весьма быстро перемещаться по воздуху, и сейчас, противно визжа, они пытались догнать перламутрово-молочную сферу. Разгонный блок вновь загудел, диск, резко ускорившись, ударил бесенку прямо в грудь, почти разрезав раздражающую тварь пополам, та даже пискнуть не успела, как полетела вниз, разбрасывая повсюду свою кровь и потроха. Увидев это, еще десяток бесов, летевших за ним, яростно заверещали и рванули вперед с удвоенной прытью. Их ноздрей коснулся знакомый запах крови и боли, возбуждающий и манящий настолько, что они забыли о страхе — вечном спутнике всех живущих в Бездне. Быстро взмахивая крылышками и грозно вереща, они неслись вперед, а им навстречу потоком вылетели новые острые диски, разрывающие их тела.
Бесята пытались маневрировать и уворачиваться. Если первоначально я еще сдерживал себя, то потом просто давил на спуск, пытаясь предугадать движения мелких и юрких тварей. И мне это удавалось: один за одним бесы, попавшие под удар, падали с неба. Кому-то отсекало руки или ноги, другим — крылья, некоторых и вовсе разрезало пополам. Пара уцелевших рванула назад, и я довольно улыбнулся, пока не глянул вниз… Падающие тела, крик, визг, свежая кровь, будоражащая разум, заставляли все большее число бесов поднимать голову вверх, чтобы увидеть там, в небесах, нечто желанное, так сильно отличающееся от бесплодных куч мусора внизу. Что-то, за чем уже погнались другие. Сначала одна стая, потом вторая, следом еще одна взвились в воздух, стремясь догнать светящуюся сферу.