Клыкастые страсти
Шрифт:
Сперва ничего не получалось.
А потом…
С Бориса сорвалась еще одна паутинка, повисла у меня на ауре — и запульсировала.
Я ставила только на то, что Иван Тульский сейчас не стает смотреть на ауры. Наоборот, он должен изображать внимание к происходящему в комнате. И это — тихое колдовство. Что говорит да Силва? А, впрочем, неважно. Не до него…
Ко мне, ко мне, ко мне…
Мою ауру покрывал ковер из противных шевелящихся паутинок. Я потихоньку — благо, за спинами не видно, достала
— Смерть! — грянуло с экрана.
— Замрите! — рявкнул Иван Тульский.
И паутинки активизировались.
Было не больно.
Было как при местной анестезии, только всего тела. Словно тебя всего отморозили. Тошно, противно и холодно. И — не шевельнуть ни рукой, ни ногой.
— Взять его! — рявкнул Мечислав.
На Ивана Тульского навалились сразу четверо вампиров, а сам зеленоглазый поспешил ко мне.
— Юля, что с тобой?
Блин! Могла бы — ответила бы! Но у меня даже губы не шевелились. Поэтому пришлось выразительно показать глазами на фляжку со святой водой.
Вампир осторожно взял ее двумя пальцами.
— Святая вода?
Я активно заморгала глазами.
Вампир осторожно, чтобы не попала на него, брызнул пару капель мне на руки. Стало чуть легче. Я прямо-таки видела, как зеленоватые пиявки корчатся, обугливаются, растворяются в каплях жидкости. Как бумага, на которую побрызгали концентрированной кислотой.
Прошло несколько минут, прежде, чем я смогла двигать руками. И взялась за фляжку уже сама.
В углу вампиры скручивали Ивана Тульского, напрочь потерявшего все свое высокомерие, и одевали на него — цепи? Хотя… чего я удивляюсь? Это же вампир, а не хомячок. Его и цепями-то с трудом удержишь.
Кое-как я протерла святой водой лицо, провела по телу…
Но заговорить смогла только когда пиявки растворились.
— Мечислав что с твоим фамилиаром? — окликнул Олег.
— Ничего страшного. Иван хотел наслать заклятье неподвижности на всех, а попало по-чему-то на Юлю. — ага всегда я крайняя, — тихо пробурчала я себе под нос.
— Почему именно она? — продолжался допрос с экрана.
— По жизни…
На этот раз Мечислав услышал мои комментарии и тихонько ущипнул за руку — мол, думай, чего несешь и при ком.
— Не знаю, — признался он в экран телемоста. Веб — моста?
— А что может нам сказать Юля?
Я вздохнула и встала с дивана. Тело слушалось пока еще плохо, но хоть слушалось! Неприятно чувствовать себя мумией Рамзеса.
— Прошу простить мою дерзость. Дело в том, что мои способности пока малоизученны. И мы не можем предсказать, как сработает рядом со мной то или иное заклинание. Та или иная сила. Пока мне ясно только, что я каким-то образом завязана на
— Через печати?
Альфонсо смотрел на меня с явным интересом. Ох, чтоб тебе… пропасть в болоте!
— Не только. Идет какое-то неосознанное до конца взаимодействие. Именно с этим конкретным вампиром. — а с другими?
Блин, откуда ты только взялся на мою голову, гестапо в миниатюре! Инквизиция натуралис озверелус! Интересно, он у Торквемады на полставки не подрабатывал?
— Только при агрессии. Если на меня нападают, я вынуждена защищаться.
Вру, как сивый мерин.
— Своего рода — зеркало?
— Можно и так сказать.
— Ваши способности необходимо изучать и развивать.
— Мы приложим все усилия, — заверила я.
— А я осенью навещу вас. Расскажете, чего добились. Мечислав, предоставь мне информацию о своем фамилиаре.
Вампир чуть поклонился.
— Как прикажете. Но я хотел бы уточнить, что нам делать с Иваном Тульским.
Альфонсо чуть скривил губы.
— Решением двоих членов Совета, за покушение на земли, жизнь и фамилиара другого Князя города — смерть. Олег, ты согласен?
— Согласен. И еще. Мечислав, выбери кого-нибудь из его свиты — и отправь в Тулу. И отправь своих людей. Пусть подберут нового Князя Тулы и представят нам на утверждение в Совет. Сможешь?
Вампир еще раз поклонился.
— Вы оказываете мне честь синьор да Силва, Олег Владимирович….
Ответом уме были две высокомерные улыбки.
— А эта идея с веб-камерой неплоха, — задумчиво произнес Олег. — что ж, на этом мы с вами прощаемся. — спокойной ночи, малыши, — не удержалась я, когда погас экран.
Мечислав выключил всю аппаратуру — и повернулся к Ивану Тульскому.
— Этого — в подвалы. Юля…
— Не уйду, — тут же огрызнулась я.
Вампир поднял брови. — у тебя проснулась кровожадность? Хочешь понаблюдать за допросом и лично плюнуть на труп врага? Предупреждаю, зрелище будет неаппетитное.
Я фыркнула. — еще этого мне не хватало. Просто… когда вы собираетесь разобраться с Кларой?
— Полагаю, что она нам больше не нужна. Ближе к утру. Когда и с этим. — я обещала ей отпустить ее душу.
— Это — как?
Я вздохнула, предчувствуя взбучку. Мечислав сверлил меня внимательными зелеными глазами. Куда и соблазнитель делся?
— Вышли все. Этого в камеру. Борис, ты знаешь, о чем спрашивать. Начинайте без меня. Я расспрошу кудряшку и приду.
Дверь захлопнулась за последним из вампиров. Мечислав уселся в свое кресло — и при-казал:
— Рассказывай.
Можно было бы поспорить и поругаться, но я не стала. Не то, чтобы я смирилась со своим положением и выходками Мечислава, просто я жутко устала. Тяжелый день, тяжелая ночь… Укатали хомячка крутые норки.