Кот в мешке (Муж, который живет на крыше)
Шрифт:
Говорят, самому тщательному обыску подвергают рабочих на южноафриканских алмазных шахтах, но та процедура, которую провели с Маркизом, вряд ли уступала этому африканскому издевательству.
Проверив самого Леню, охранник не менее тщательно обследовал его сумку. К его чести, увидев содержимое этой сумки, он даже бровью не повел – должно быть, в окружении миллиардера привык к огромным деньгам, а невозмутимость входит в перечень его профессиональных достоинств.
Наконец Леню впустили в святая святых – кабинет Ольшанского.
Однако
В руке у Лолы был бокал с голубым коктейлем, и вид у нее был очень непринужденный.
– Ленечка! – явно обрадовалась она. – Познакомься – это Вадим… Вадим Александрович. Вадим, это Леонид… я вам о нем рассказывала.
Мужчина сделал несколько шагов навстречу, и Маркиз разглядел хорошо известное по средствам массовой информации лицо. Надо сказать, внешность олигарха его разочаровала – стареющий, лысеющий, полнеющий мужчина, в общем, ничего примечательного.
Ольшанский протянул руку, улыбнулся… и Леня изменил свое мнение.
Улыбнувшись и пожав руку, олигарх как бы включил на какое-то время источник высокого напряжения, и от него повеяло энергией, напором и силой. Улыбка не сделала его привлекательнее или обаятельнее, как бывает с некоторыми людьми. Она сделала его сильнее. Этот человек мог добиться всего, чего только хотел. От него исходило какое-то особое излучение – излучение власти, влияния, излучение больших денег.
– У вас замечательная подруга, – с улыбкой проговорил Ольшанский. – Она сумела найти ко мне безошибочный подход… поверьте, это далеко не просто. Многие люди годами безуспешно добиваются встречи со мной, а она смогла это сделать за какие-нибудь минуты…
Леня не стал уточнять, что в отличие от тех «многих людей» они с Лолой ничего не хотели просить у Ольшанского, напротив, сами принесли ему деньги… Его очень удивил веселый взгляд Лолы, блеск ее глаз. Она выглядела так в единственном случае – когда бывала кем-то увлечена… когда успела?
– Лола в общих чертах рассказала мне всю историю, – продолжил Ольшанский. – Как всегда, нашлись люди, которым близость к большим деньгам противопоказана, люди, которые не могут спокойно видеть чужие успехи… а Череп… зря я положился на него в таком тонком вопросе. Впрочем, с вами я тоже зря обсуждаю это. Хочу сказать одно: вы и ваша подруга смогли произвести на меня впечатление, и я хотел бы предложить вам работу. Само собой, на очень привлекательных условиях. Мне нужны умные, находчивые, энергичные люди.
– Спасибо. – Маркиз опустил взгляд. – Я понимаю, что таким людям, как вы, не отказывают, но сам я привык к независимости… конечно, я не говорю за Лолу, ей самой решать,
Ольшанский молча перевел взгляд на девушку.
Лола покачала ножкой, поставила на столик опустевший бокал и присоединилась к своему другу:
– Я тоже, как кошка, – хожу где вздумаю и гуляю сама по себе.
– Что ж! – Олигарх развел руками. – Конечно, я не буду на вас давить, насильно мил не будешь. Но зачем тогда вы все это делали, зачем приложили столько сил, если не хотели войти в мою команду?
– Чтобы обеспечить свою безопасность, – ответил Леня. – Мы… то есть я случайно оказался не в то время не в том месте, и на мой след вышли очень опасные люди. Теперь, надеюсь, сезон охоты закончится? Вы возьмете Черепа и его команду на поводок?
– Да, конечно. К вам больше никто не посмеет приблизиться. Но все-таки я хотел бы вас отблагодарить. Я уже много лет не пользуюсь бесплатно ничьими услугами. Что вы скажете о пяти процентах от возвращенной вами суммы?
– Что ж! – Леня улыбнулся. – Я слышал, что для того, чтобы разбогатеть, нужно не отказываться ни от каких денег…
Лола вышла из ванной, туго затягивая поясок синего шелкового халата и с удовольствием отметив, что беспокоившие ее слишком округлившиеся на курорте бока ушли сами по себе, и не осталось от них никакого воспоминания. Неизвестно, что помогло – яблоки или нервное напряжение последних дней, но Лола снова была стройна, как березка. Лола благоухала розовым маслом, глаза ее блестели таинственным блеском, волосы вились сами по себе, в общем, от Лолы исходило ровное, устойчивое сияние, которое способно было соперничать с небольшой звездой класса В.
Лола походила по комнате, поймала себя на том, что напевает популярную фразу из оперы «Кармен» «У любви, как у пташки, крылья, и ее нельзя поймать…», рассмеялась и включила телевизор. Передавали вечерние новости. Лола рассеянным взором взглянула на экран, не нашла там ничего интересного и расположилась на диване с косметикой. Она долго и внимательно изучала свое лицо в зеркале и осталась им вполне довольна. Все и так было хорошо, нужно было нанести только несколько легких последних штрихов, и Лола будет готова – к чему? – она и сама еще не знает… Но тем интереснее будет в дальнейшем.
Она перевела взгляд на экран – и тут же глаза ее расширились, она вскочила, рассыпав косметику, нашарила пульт и сделала звук громче.
– Леня! – крикнула она в глубину квартиры. – Иди скорее сюда!
Маркиз, тонко разбиравшийся в оттенках голоса своей подруги, явился немедленно. На руках у него был кот, который глядел очень недовольно, потому что его разбудили. Увидев то, что творится на экране, Маркиз разжал руки, и кот шлепнулся на пол. Он негодующе фыркнул и отскочил от этих ненормальных хозяев в угол комнаты.