Кристальный пик
Шрифт:
— Прошу прощения, — сказала я и потянулась через стол, надеясь рассмотреть стоящую ярлскону поближе. — Возможно, память меня подводит…
— Лошадиные черепа.
— Что?
— Мы нашли лошадиные черепа в старом амбаре за замком, отварили их в чане с кипящей водой, украв кастрюлю у услуг, и весь день катались с заснеженных склонов у крепостных стен. С нами еще был кудрявый мальчик, сын королевской вёльвы. А затем ваш зверь привел няню-весталку. Из-за него черепа выбросили, а нас самих наказали, — поведала Ясу, глядя при этом на подпирающего собою колонну Сола таким взглядом, будто до сих пор злилась на него за испорченную потеху. — Неудивительно, что вы не помните. Вам тогда было лет шесть или семь…
Я нахмурилась и перегнулась через стол еще раз, оглядывая ярлскону Ясу с головы до ног. Как у большинства жителей Ши, у нее была оливковая кожа с бронзовым отливом, соколиные черты лица и такие черные-черные глаза, что зрачок сливался с радужкой. Темные непослушные волосы, состриженные под углом — у спины короче, у подбородка длиннее, с прямой челкой и золотыми колокольчиками, свисающими по бокам, — едва прикрывали мочки ушей. Такую прическу в Ши носили воительницы, а не ярлсконы. Эту догадку подкрепляли и золотое колечко у Ясу в носу, и те шрамы, которые заметил Тиви: они расчерчивали и ее скулы, и сильные мускулистые руки, увенчанные браслетами до предплечий. При этом на ней были мужские штаны, а на поясе болтались пустые ножны из-под меча, копья и парных клинков. Сколькими же видами оружия она владеет?
«Это наша гостья. Она поживет у нас немного. Расскажешь ей, как здесь все заведено?» — попросил отец однажды, приведя ко мне в чертог маленькую невзрачную девочку с глазами большими и напуганными, как у подбитой лани, и такими же черными. Она почти не говорила, предпочитала молча ходить по пятам, а я все никак не могла в толк взять, что же за гостья такая неблагодарная: игрушками с нею делишься, пирожными угощаешь, болтаешь без умолку, а она даже не улыбнется в ответ!
Само собой… Кто захочет улыбаться, будучи разлученным с семьей в раннем детстве и заточенным в плен? Аманат — что стрела, лежащая на натянутой тетиве. Из-за Золотой Пустоши, разделяющей Ши с остальным Кругом, Ониксу было невероятно тяжело покорить его… Но еще тяжелее оказалось удержать.
— Я помню вас, ярлскона Ясу, — сказала я. — Вы поселились у нас в замке, когда я только научилась читать, и вернулись на родину, когда ваш отец подхватил паучью лихорадку. Мне жаль, что спустя годы зараза все-таки взяла свое. Простите, что сразу не признала в вас старого друга! В ту пору замок населяло много представителей высокородных домов, желающих породниться с моим отцом после смерти матери. Но мне никогда не говорили, что кто-то из них аманат.
— Вам не за что извиняться, драгоценная госпожа. — Ясу преклонилась, заложив руки за спину, как то обычно делали хускарлы — даже повадки у нее были мужские. — Несмотря на мое положение, и вы, и ваш отец всегда обращались со мной достойно. Потому я готова принести вам гейс сию же минуту, как его принес мой отец, посколь…
— Драгоценная госпожа!
Хлопнули двери Медового зала, и даже Солярис вышел из тени, заметив Гвидиона, бегущего через весь зал с веером из писем в руках. Увешанный золотыми гривнами, прибавлявших ему вполовину больше веса, он весь взмок и раскраснелся, пока добрался до королевского стола. На пергаментах местами даже поплыли чернила — не то от вороньих лапок, не то от его пальцев.
— Ну, — поторопила советников я, когда Гвидион передал их Мидиру, и оба застыли, как вкопанные. В сочетании с гербовыми печатями, в которых я тут же признала символы отсутствующих Керидвена, Фергуса, Немайна и Найси, эти письма не сулили ничего хорошего.
— Госпожа, возможно, стоит отложить это до собрания Руки Совета, чтобы…
— Нам здесь нечего скрывать друг от друга.
Ярл Тиви икнул, осушая пятую по счету кружку пива, а ярл Клемент сделал великодушный жест рукой, выражая одобрение. Дайре же, гуляя указательным пальцем по кайме своего кубка, многозначительно выгнул бровь, явно разделяя мои худшие опасения. В отличие от остальных он и вправду был озабочен сплоченностью Круга и его целостностью, ведь только сообща ярлы могли возродить с драконами мир.
Но о каком мире с драконами может идти речь, когда его, похоже, нет у людей даже между собой?
— Ярл Найси выражает свое почтение, — прочел Мидир вслух, развернув первое письмо. — Он не смог прибыть по уважительной причине: весь урожай Найси сгнил от неизвестной болезни, в связи с чем он вынужден решать проблемы с продовольствием на зиму. Отсутствие ярла в родных краях может повлечь за собой крестьянские волнения…
— Это действительно веский повод, чтобы не прибывать на сейм, — кивнула я, не поворачивая головы, и Гвидион, только-только восстановивший дыхание от бега и наконец-то занявший свое место за столом, согласно забубнил. — Дальше.
— Ярл Немайна не соизволил объясниться в письме, лишь так же выразил вам свое почтение и пожелал крепкого здоровья. А ярл Фергуса сообщает, что в его золотых шахтах произошла череда обвалов… В связи с этим он тоже принял решение оставаться на родине, дабы честно выполнять обязанности наместника и блюсти интересы драгоценной госпожи.
— Ярл Фергуса что, собрался разгребать завалы собственными руками? — фыркнул Дайре раздраженно, едва дослушав. — Какое глупое оправдание!
— Отказ явиться на сейм — это плевок в лицо в нашей госпожи независимо от причины! Даже милосердная королева Дейрдре не простила бы такого, — пробасил ярл Тиви, но новая кружка эля, поднесенная служанкой, быстро охладила его пыл и лишила дальнейшего желания участвовать в обсуждении.
— Может быть, все серьезнее, чем нам кажется, — задумалась Ясу, но и в ее голосе слышалась неуверенность. — Найси кормит половину Круга. Гибель урожая — это не просто проблема, а трагедия.
— От Фергуса мы зависим не меньше, — веско подметил Дайре, причмокнув губами, испачканными в вине. — Без его золота нам не из чего чеканить монеты.
— А мой туат буквально существует за счет золота! Что, если оно перестанет поступать? — подбросил дров в огонь ярл Клемент, и судя по тому, как яростно его пальцы в алмазных перстнях забарабанили по столу, он и впрямь разволновался ни на шутку. — Нет Фергуса — нет золота. Нет золота — нет денег. Нет денег — значит, нет торговли и туата Медб!
— Разводить панику рано, — встряла я, хотя у самой живот скрутило от ужаса. — У Дейрдре есть собственные запасы золота, которые легко переплавить для чеканки в случае необходимости. Но уверена, что до этого не дойдет. Отсутствие на сейме еще не раскол. Ярлы Фергуса, Найси и Немайна принесли мне свои гейсы. Никто не в силах нарушить их. Вдобавок наши туаты давно связывают добрые отношения. Советник Мидир, читайте дальше. Что пишет Керидвен?
— Мгновение, госпожа. — Мидир снова зашелестел письмами, пока распечатывал нужное. — Омела из рода Керидвен, нынешняя ярлскона… отказалась от присутствия на сейме добровольно, — от услышанного в Медовом зале тут же поднялся гвалт. — Таким образом она высказывает свое осуждение и несогласие с нахождением на троне королевы Рубин, дочери тирана и деспота, возомнившего себя королем королей и не подарившего Кругу ничего, кроме страданий и лишений. Против ее правления восстает даже сама природа, пастбища и поля, плоды и земля. Народ Керидвена отказывается служить вёльве, возлежавшей с драконом ради его чешуи и крыльев, ибо змея не ровня людям и управлять ими прав не имеет…