Люби меня в полдень
Шрифт:
После того дня, девушки нечасто виделись друг с другом, разве что мимоходом. Писем больше не приходило.
Это совершенно измучило Беатрис, не перестававшую думать о Кристофере. Оставался ли Альберт спутником капитана? Лечили ли раны Кристофера должным образом? Но у Беатрис больше не было права спрашивать о нём.
Впрочем, его никогда у нее не было.
Ко всеобщему ликованию англичан, Севастополь пал в сентябре 1855 года, и в феврале следующего года начались мирные переговоры. Зять Беатрис Кэм отметил, что, несмотря на то, что Британия победила, любая победа в войне — пиррова победа [22] , поскольку невозможно
22
Пиррова победа (устойчивое сочетание) — сомнительная победа, не оправдывающая принесенных ради нее жертв. По имени эпирского царя Пирра, одержавшего над римлянами в 279 г. до н. э. победу, стоившую ему огромных потерь.
Однако в день, когда стрелки высадились в Дувре, Кристофера таинственным образом не оказалось среди них. Толпа на пристани приветствовала стрелковую бригаду и требовала появления её самого прославленного представителя, но безрезультатно. Казалось, Кристофер избегал восторженных толп встречающих, приветственных церемоний и банкетов. Он даже не явился на торжественный обед, данный королевой и принцем-консортом.
— Как ты думаешь, что случилось с капитаном Феланом? — спросила Амелия, старшая сестра Беатрис, когда спустя три дня Кристофер так нигде и не объявился. — Насколько я помню, он был весьма светским человеком, который обожал находиться в центре такого огромного внимания.
— Своим отсутствием он привлекает ещё большее внимание, — заметил Кэм.
— Он не хочет внимания, — не удержалась от замечания Беатрис, — он затаился в норе.
Кэм удивлённо приподнял тёмную бровь.
— Подобно лису? — спросил он.
— Да. Лисы — хитры. В самый последний момент они всегда ловко меняют направление, даже когда кажется, что они бегут в противоположную от своей цели сторону.
Беатрис замерла в нерешительности, уставившись в окно на лес, выглядящий мрачным из-за запоздалой и холодной весны. Непрекращающийся восточный ветер, постоянные дожди.
— Капитан Фелан хочет вернуться домой. Но он останется в укрытии до тех пор, пока гончие не оставят его в покое.
После этого она замолчала, погрузившись в размышления, а Кэм и Амелия продолжили разговор. Возможно, это было всего лишь её воображение, но Беатрис испытывала странное ощущение, что Кристофер Фелан находится где-то поблизости.
— Беатрис. — Амелия встала рядом с сестрой у окна, ласково приобняв её за плечи. — Ты загрустила, дорогая? Возможно, тебе следовало отправиться на сезон в Лондон, как поступила твоя подруга Пруденс. Ты могла бы остановиться у Лео и Кэтрин или же у Поппи и Гарри в отеле…
— Меня совсем не интересует участие в развлечениях сезона, — ответила Беатрис. — Я делала это уже
— Но ты пользовалась успехом. Джентльмены восхищались тобой. И, возможно, на этот раз там появится кто-нибудь новый.
Беатрис подняла глаза к небу.
— В лондонском обществе никогда не бывает ничего нового.
— Ты права, — после некоторого размышления согласилась Амелия. — И тем не менее, полагаю, тебе было бы лучше в городе, чем в деревне. Здесь для тебя слишком спокойно.
Испуская воинственные крики и размахивая мечом, верхом на игрушечной лошадке на палочке [23] в комнату ворвался маленький темноволосый мальчик. Это был Рай, сын Амелии и Кэма. Ему исполнилось уже четыре с половиной года. Пронёсшись по комнате, концом палки малыш нечаянно задел торшер с синим стеклянным абажуром. Кэм машинально бросился в ту сторону и поймал лампу прежде, чем она разбилась об пол.
Развернувшись, Рай увидел своего отца на полу и, хихикая, прыгнул на него.
23
Лошадка на палочке
Кэм, затеявший шутливую борьбу с сыном, на короткое время прервался, чтобы сообщить жене:
— Здесь вовсе не так уж и спокойно.
— Я скучаю по Джадо, — пожаловался Рай, имея в виду своего кузена и любимого товарища по играм. — Когда он вернётся?
Меррипен, сестра Амелии Уин и их маленький сын Джейсон, которого чаще называли Джадо, месяцем ранее отправились в Ирландию, чтобы посетить поместье, которое Меррипен когда-нибудь унаследует. Поскольку его дед был нездоров, Меррипен согласился остаться там на неопределённое время, дабы лучше познакомиться с поместьем и его обитателями.
— Не скоро, — с грустью сообщил Кэм, — возможно, не раньше Рождества.
— Это слишком долго, — тоскливо вздохнул Рай.
— У тебя есть и другие кузены, дорогой, — ласково напомнила Амелия.
— Но они все в Лондоне.
— Эдвард и Эммелин приедут сюда летом. А до того времени ты можешь играть со своим маленьким братиком.
— Но с Алексом не повеселишься, — сказал Рай, — он не говорит и не умеет бросать мяч. И он постоянно мокрый.
— С обоих концов, — добавил Кэм. В его янтарных глазах появились весёлые искорки, когда он посмотрел на жену.
Амелия попыталась сдержать смех, но безуспешно.
— Он не всегда будет таким.
Устроившись на отцовской груди, Рай бросил взгляд на Беатрис.
— Ты поиграешь со мной, тётя?
— Конечно. В «шарики»? В бирюльки [24] ?
— В войну, — с удовольствием произнёс мальчик. — Я буду кавалерией, а ты будешь русскими. И я буду гоняться за тобой вокруг живой изгороди.
— А не могли бы мы вместо этого поиграть в Парижский мирный договор?
24
Бирюльки — игра с соломинками или тонкими палочками, состоящая в том, чтобы из большой кучки доставать крючком одну за другой соломинку (палочку), не шевельнув остальных.
— Ты не можешь заключить договор, прежде не повоевав, — запротестовал Рай. — Нам не о чем будет договариваться.
Беатрис усмехнулась сестре.
— Железная логика.
Рай подпрыгнул, схватил Беатрис за руку и потащил её к выходу.
— Пойдём, тётя, — упрашивал он, — обещаю, что не буду бить тебя мечом, как в прошлый раз.
— Не ходите в лес, Рай, — крикнул им вдогонку Кэм. — Один из арендаторов рассказал о бродячей собаке, которая появилась из ореховой рощи этим утром и едва не напала на него. Он решил, что, возможно, собака бешеная.