Любовь как закладная жизни
Шрифт:
Нравиться… И смех, и грех с его Бусинкой. Разве «нравится» это про то, что он чувствует глядя на нее? Да Вячеслав едва удерживался, чтобы не опрокинуть ее на стол. До того сильно желал Агнию, что пальцы подрагивали от жадности. Хотел совсем снять ее платье и… Вероятно, первые минут пять он бы тупо пялился, любуясь своей малышкой. И целовал бы, точно. И гладил бы ее безумно мягкую кожу, не удержался бы, однозначно. Только фиг они тогда к бильярду вернутся. К той части, где было обучение игре, а не осваивание инвентаря, как подсобного материала в сексе.
Но и четко это понимая,
— Боров?! Да где ты, мать твою! Я уже задолбался искать тебя по всему клубу!
Судя по эху, Федот сейчас был в его кабинете.
Вячеслав ругнулся, ощутив, как Агния вздрогнула от этого крика и замерла в его руках. Отклонилась немного, глянув ему в глаза с каким-то странным выражением. Вячеслав даже нахмурился, пытаясь понять, чего там закрутилось в уме у малышки. Но Бусинка уже улыбнулась, состроив немного растерянную гримасу, и соскользнула по его телу на пол:
— Ой, — выдохнула она, пытаясь одернуть платье.
— Точно «ой», принесло чертяку, — с сожалением согласился Вячеслав, позволив ей это сделать.
Хрустнул пальцами и повернулся в сторону двери:
— В бильярдной!
— Понял, — отозвался Федот.
Агния старалась пригладить волосы и утихомирить дыхание. Внутри было как-то так странно и некомфортно. Когда они приехали в клуб, она решила, что не будет думать ни о чем, что могло бы испортить ей настроение. Ведь Вячеслав однозначно дал понять, как много она значит для него. И она помнила его обещание. Господи! Если честно, она вспоминала то так часто, что будь оно «записано» где-то, а не хранись в ее памяти, уже совсем истерлось бы. И быть может именно поэтому, благодаря новообретённой уверенности в их отношениях после вчерашнего разговора, Агния сумела задвинуть неприятные воспоминания об этой бильярдной на задворки сознания. Она, правда, хотела научиться играть в игру, которая нравилась Вячеславу. Ей казалось, что это сделает ее еще немного ближе к нему. Ну, словно еще одна ниточка между ними. И она так старалась. Не хотелось его разочаровать, показаться бездарной и неспособной.
А потом этот нежданный всплеск желания и страсти…
Агния так старалась понять правила и хоть раз попасть по шару, что уже и забыла, что там ей в голову стукнуло утром. И как она с трепетом надевала в ванной чулки (давно купленные, но так и не распечатанные из-за робости). Даже то, что весь день она сама себе казалась из-за этого безумно смелой и жутко сексуальной, отошло на второй план. Забыла Агния о своем баловстве в горячем стремлении победить непокорную игру. Увлеклась. А баловство это аукнулось вон каким жаром, что у нее все еще сердце колотилось, барабаня пульсом в ушах. И было здорово
Только вот нежданное вмешательство Федота одернуло Агнию так, словно окатило холодной водой. И тут же всплыли в памяти мысли, которые она подавляла, которые не хотела вспоминать. Вот и она когда-то искала здесь Вячеслава…
— Бусинка? Что такое?
Видно, ей не удалось до конца это спрятать, потому что Вячек нахмурился и заставил ее глянуть на него:
— Ты из-за Федота? Не парься, сейчас разберемся чего ему надо, и дальше попробуем тебя научить… Или, — он усмехнулся, — еще чего придумаем.
Она улыбнулась и покачала головой. Поймала себя на том, что вот так бы стояла и смотрела на него. Долго-долго, и не моргала бы даже. Лишь бы он был рядом и касался ее, смотрел так, как сейчас.
— Все нормально… — начала, было, она.
Но тут дверь коридора открылась и на пороге замер Федот.
— Ага. — Она просто почувствовала, как он смотрит на них. Как замечает, что она босая и что волосы растрепаны, и еще кучу мелочей. И все-таки заставила себя повернуться и посмотреть в лицо другу Вячека. — Это я, типа, не вовремя. — Он как-то так неловко переступил на пороге. — Бля. — Федот засунул руки в карманы джинсов. — Мог бы допереть, раз двери бильярдной были заперты, но ты все равно тут…
Ну, если бы на месте Федота был кто-то другой, Агния бы решила, что человек даже ощутил себя не к месту. Но касательно Федота она сомневалась в подобном.
Вячеслав, все еще поглаживающий ладонью щеку Агнии, рассмеялся:
— Да не парься, Федот, нормально все. Я малышку в бильярд учу играть. Двери закрыли, чтоб гуляющие не лезли. А ты по делу или просто, решил в праздник зажечь? — поинтересовался он у друга.
Но тот, казалось, не услышал вопрос:
— В бильярд. — Федот снова уставился на босые ноги Агнии. Хмыкнул, с весельем встретил ее взгляд, в котором наверняка читался вызов. — Не, ну я так и понял. Что в бильярд. И как успехи?
— Не особо. — Вячеслав подошел к столу и взял в руки кий, который Агния уронила, когда он начал ее целовать. — Стандартный кий для нее великоват. А других у нас тут нет. В общем, ей не очень удобно, никак не могу придумать, чего посоветовать, чтоб нормально ударить вышло.
Агния почему-то молчала, просто наблюдая за ними.
Федот откашлялся:
— А какого хрена вообще над этим париться? Больше заняться нечем? — насмешливо протянул он.
Вячек как-то так глянул на друга. Агния не очень и видела, любимый стоял боком к ней. Но что-то в этом взгляде ее зацепило. Да и Федота, судя по всему:
— Бусинка захотела научиться, — спокойно повторил Вячеслав, бросив кий назад на стол. — Ты, кстати, раз уж пришел, хоть бы поздравил.
— Таки туплю, — то ли насмехаясь, то ли просто веселясь, Федот покачал головой. — Поздравляю, Бусина. Расти большой. О-па. Это не из той оперы. Ну, просто, всего тебе, чего еще нет. Мордашкой природа не обделила. Голос тоже, дай Бог. А над осуществлением желаний, я так понимаю, есть кому работать. — Тут он ехидно глянул в сторону Вячеслава.