Марионетки
Шрифт:
Я уронил свой взгляд на него, а затем заглушил двигатель и вышел на улицу. Вся территория дома была огорожена высоким забором из желтого кирпича, главные кованные ворота приблизительно метра три с половиной в длину стремились острыми пиками вверх, рассмотреть внутренний двор было просто невозможно, а для того, чтобы перелезть через ограду, наверное, надо быть только сумасшедшим. У входа располагался домофон, я взял инициативу нажать кнопку на себя, поскольку был старшим по возрасту, да и по званию. После того как мы представились, с обратной стороны нам ответил довольно приятный мужской голос:
– Проходите, Виктор Петрович уже ждет вас.
Через долю секунды массивные ворота автоматически открылись. Нас сразу же встретил охранник в спец форме, молча лишь кивнув головой
– Ждите здесь, я скажу Виктору Петровичу, что вы прибыли.
Опомнившись и придя в чувство, я ответил:
– Хорошо, спасибо.
Проводив взглядом ушедшего охранника за периметр прихожей, мы с Лешей одновременно повернулись друг другу, он высоко поднял свои темные брови и пожал плечами.
– Приветствую вас, господа. – Раздался голос уже мне знакомый, услышав его казалось, что в жизни он звучал еще суровее чем в телефонной трубке.
Я обернулся и увидел перед собой мужчину средних лет, невысокого роста, но достаточно мускулистого и крепкого телосложения. На его голове не было ни единого волоска, а на лбу выделялись крупные морщины, а также темно-зеленые глаза, проблескивающие словно кусочки малахита. Одет он был во все черное, что подчеркивало фигуру накаченного мужчины, но придавало некой грозности и страха перед стоящими. Свою огромную руку хозяин дома протянул мне, я любезно подал свою и мы закрепили приветствие крепким рукопожатием. Я заметил, как Леша сделал попытку приветствия и протянул свою руку, но мужчина не отреагировал словно его не замечая. Тогда я решил представить своего молодого напарника.
– Это мой напарник младший следователь Алексей Рыбников.
Рассказов ответил приветствием, но Леша его явно не интересовал.
– Оставьте свои верхние вещи здесь, – Указал он на шкаф. – и пойдемте за мной.
Мы осторожно следовали за Рассказовым и его телохранителем, изредка переводили взгляд на очередную дорогую вещицу и прекрасно обставленные комнаты. Пройдя гостиную, зал и обеденную зону мы вошли в кабинет, где по периметру стен располагались высокие открытые шкафы со множеством книг, о такой богатой домашней библиотеке, наверное, мечтал каждый интроверт. В детстве я любил почитать пару тройку хороших книг, особенно
– Познакомьтесь моя супруга Елена… Елена Константиновна – Промолвил он своим басом.
Хрупкая, маленького роста с растрепанной прической женщина поднялась со своего места.
– Здравствуйте, я мама Тани. – Словно с огромным препятствием выдавила она из себя эти слова и рухнула обратно, и начала рыдать. – Говорила я тебе, не будь с ней так строг! А что теперь…
– Не глупи… – Поменял ноги местами Рассказов. – Будь она умной, все было бы по-другому, надо было слушать меня, – Указал, он своей рукой на себя, в которой держал сигару. – Сейчас бы работала за границей с лучшими преподавателями, жила как за каменной стеной, но нет же она выбрала эту «деревню» – С огромной силой затушил сигару в пепельнице и дым медленно стал угасать. – Вся в свою мать…
В данный момент нам с Лешей хотелось провалиться сквозь землю, мы ощущали себя лишними в данном разговоре между супругами.
– Простите нас офицеры, мы не должны ругаться при вас, просто… – Проговорила Елена Константиновна своим мягким голоском.
– Ничего, все в порядке. – Проговорил я и мы с Алексеем присели на против хозяев. Леша достал свой блокнот и ручку, а я принялся за разговор. – Скажите пожалуйста, что вы можете рассказать про вашу дочь, какая она?
Виктор Рассказов облокотился об кресло, мать Елена взяла свою волю в кулак, немного успокоилась и начала говорить первой.
– Таня очень хорошая девочка, умная, красивая, всегда хорошо училась, была одной из первых в школе и в институте. Все педагоги о ней отзываются всегда с большим почетом… – Вновь слеза прокатилась по ее щеке, чувствовалось как ее бедное сердце сжимается от переживаний. – Ох, простите меня…
Я пытался смотреть ей в глаза, но рассмотреть полностью их не мог поскольку слезы все наворачивались и наворачивались, на минуту мне казалось, что между нами создавалось какое-то препятствие, я опрокинул свой взгляд на ее мужа, который хмуро наблюдал за своей супругой.
– Есть ли у нее друзья, близкие отношения с кем-нибудь?
– У Танюши мало друзей, уж слишком скромная она, а может быть просто не посвящала нас в подробности. Разве что с Фаечкой…
– С ее нынешней соседкой? – Утвердительно переспросил я.
– Да, да… Они познакомились в институте, Таня рассказывала, что с Фаей они настоящие подруги, порой вечером после учебы они весели на телефоне часами, болтали о чем-то, наверное, о своих девичьих проблемах и интересах. – На грустном лице появилась улыбка, словно солнышко вышло после долгой ночи.
– Извините, а молодой человек или парень… – Не успел я закончить как Виктор Петрович перебил меня своим грубым голосом и подался вперед, устремив свой колкий взгляд прямо на меня.
– У моей… – Внезапно остановился он. – У нашей дочери не было мужчины, а если бы и был, то мы узнали бы об этом, правда дорогая? – Облокотился назад, обращаясь к своей жене.
– Да, верно милый, мы бы узнали первыми. – Повторила Елена Константиновна, но тут я заметил, как ее большие карие глазки немного забегали, а потом опустились в пол, меня настигло сомнение, но давить я не стал.
– Хорошо, давайте продолжим. – Смиренно я согласился.
– Понимаете, наша дочь очень скромная девушка, но в тоже время очень характерная и боевая, она всегда привыкла добиваться всего сама, мы с мужем ей предлагали заграничное обучение, хорошее жилье, но она отказалась, просила нас не вмешиваться в ее личную жизнь. Нам тяжело как родителям, мы за нее переживаем и, если с ней что-то случилось мы не переживем этого… О… Боже! Даже страшно представить…
– Я понимаю вас… – Меня вновь прервали.