Морок над Шадизаром
Шрифт:
— Разве нечасто? — без дозволения встрял Ши Шелам. — В любой лавке магических принадлежностей квартала Читгар безделушек из Лемурии навалом, по вполне умеренным ценам.
— Помолчи, — цыкнула Феруза. — В приличном обществе за одно упоминание Читгара и тамошних мошенников сразу начинают бить.
Бобадилья увлёкся. Он действительно с ранней юности служил на флоте Зингары — давняя фамильная традиция, все старшие сыновья становятся моряками. Благодаря происхождению и связям при дворе довольно быстро продвинулся к высоким чинам, но покидать боевой корабль ради уютного кабинета в королевской
— Вам, сухопутным, не понять, но море — это принципиально другой мир, с иными законами и населяющими глубины удивительными существами. Про Винетту вы обязаны знать: легендарный город сгинувший в океанских волнах, но продолжающий существовать вне времени...
— Только утром вспоминали! — подал голос асир. — Доказательств, однако, никаких: Винетту искали десятки самых знаменитых мореплавателей и — пустота.
— Доказательство сидит перед вами, — сказал зингарец. — Я был там. И сумел вырваться, потеряв четыре пятых экипажа галеона.
У Райгарха вытянулось лицо, Ши Шелам вздохнул и едва удержался от того, чтобы покрутить пальцем у виска. Одна Феруза тихо сказала:
— Это чистая правда. Я вижу. Хотя бы мне-то вы верите?
— Чума на мою седую голову, — ахнул вышибала. Лорна отметила, что никогда в прежней жизни не видела Райгарха потрясённым. Можно больше сказать: пребывающим в смятении. — Но как? Где?! И ты два десятилетия молчал?!
— А кому говорить? Да и зачем? — горько сказал Бобадилья. — Чтобы меня высмеяли, как уцелевших матросов галеона, принявшихся рассказывать эту историю в портовых кабаках? Мне было достаточно знания о том, что Винетта — на самом деле чудом уцелевший осколок Лемурии.
...В тот день не происходило ровным счетом ничего необычного — корабль его величества «Герцог Каньявералль» шел курсом от порта Герида на Кордаву. Солнце, попутный ветер, волнение на море умеренное. Ни малейших признаков опасности в виде надвигающейся бури или появления пиратов с Барахских островов, да и не стали бы пираты атаковать прекрасно вооружённый тяжёлый галеон.
— Мы будто бы... — альмиранте потёр указательным пальцем о большой и закатил глаза, подбирая верное слово, — будто внезапно провалились в водяную дыру. Я не знаю, с чем ещё можно сравнить. Представляете себе ловушку в сокровищнице, когда пол внезапно проваливается и ты падаешь в бездонный колодец?
— Лучше, чем хотелось бы, — подтвердил Ши, изрядный знаток такого рода каверз.
— Корабль опускался на дно подобно листику, упавшему с осеннего дерева, но можно было дышать, видеть, слышать. Магия! Подводные течения наполняли паруса, а значит восстановилась управляемость галеоном... Вскоре мы увидели подводный город — Винетту. Город, который строили не-люди — странные формы, жутковатые статуи, мертвецкие огни... А потом к нам явился Посланец.
— Посланец? — жадно переспросил Райгарх, которому легенды моря были близки и интересны.
— Он вовсе не был отталкивающим чудовищем. Похож на человека, только крупнее, гораздо крупнее. Ростом локтей пять-шесть. Очень бледная кожа, не видевшая прикосновения солнечных лучей, безволосый, изумительно крепкого
— Зачем нужно бессмертие там, где не существует времени? — тихо спросила Феруза.
— Из команды за Посланцем ушли девяносто шесть человек, а при выходе в море было сто двадцать три, — дрогнувшим голосом сказал альмиранте. — Остановить их я не сумел, приказам они не подчинились. Не вняли зову Лемурии только я, боцман, второй помощник, баталёр и два с лишним десятка матросов. Не доверяй морю никогда.
— Неужели Посланец вас отпустил?
— Да. В Винетту нельзя попасть против желания. Однако, он пригрозил, что рано или поздно доберется до каждого, кто отказался — в самом неожиданном обличье. Мы оскорбили его отказом, такие обиды не прощаются. Из двадцати семи уцелевших в тот день, ныне в живых остался только я один. Посланец оставил меня на закуску.
— Так вот оно что, — понимающе кивнула Лорна. — Отсюда телохранители с Барахас и прочие... гм... странности, которые мы исходно приписали не самому здоровому рассудку. Вынуждена просить прощения, ваша милость.
— Пустое, — махнул рукой старик. — Меня давно считают безумцем, даже родные сыновья. Остаток жизни я положил на то, чтобы найти оставшееся от Лемурии и попытаться отомстить за свой экипаж. Искал древние артефакты, обрывки летописей, хоть что-то указывающее, на следы лемурийцев в Хайбории. И, как кажется, нашел.
— Выходит, есть объяснение тому, что делается за пределами таверны?
— Разумеется. Маги Лемурии знали, что катастрофа неизбежна, но противостоять воле разгневанных богов не способны никакие колдуны, пусть даже самые великие. Точнее, не богов, а стихий, которых сами лемурийцы в неизмеримой гордыне своей и освободили на собственную погибель. Чародеи Винетты сумели остановить время или замедлить его течение, но для этого требуются постоянные добровольные жертвы...
— Повтори, — выпрямился Райгарх. — Жертвы? Никакого обещанного бессмертия? Никаких сокровищ и вечного блаженства?
— Задайся вопросом: почему в Закатном океане бесследно исчезают корабли? А те немногие, у кого хватило духу отказаться от соблазна и вернуться к людям, погибают самым загадочным образом? Посланец пытается убить меня по два-три раза в год, как и обещал, в самых немыслимых обликах — дикий леопард в пустыне, восьмилетняя девочка подбросившая в мой дорожный шатёр гремучую змею, благородная аквилонская матрона, сыпанувшая яд в бокал на приёме у короля... Если б не прадедовское кольцо, я был бы мёртв дюжину дюжин раз! Лемурийцы не забрали мою душу, так хоть отнимут жизнь в качестве мелочной мести.