На волоске
Шрифт:
— Спасибо, что рассказали. А туда можно войти?
— Да, конечно, можно поговорить с Властителями, попросить помощи или пожаловаться на свою долю, - засмеялась Нилена звонким, как колокольчик, смехом.
— Я задержала вас, простите меня, Нилена, - я не знала, как начать разговор о том, что меня интересовало сейчас даже больше этого Храма.
— Ничего. Хозяйка салона отправила меня к серте, который привез новые ткани. Она шьет платья, и не последние ридганды заказывают их у нее, - не без гордости ответила Нилена, но, засмеявшись, продолжила: - Но и не первые.
— О, значит, вы
— Только платья. Богатые ридганды могут позволить себе салоны дороже, но у нас не хуже, только вот, они воротят свой нос, если это не салон сестер Дьера, - с язвинкой произнесла она имя, которое я старательно запоминала сейчас, проговаривая его снова и снова в голове.
— А далеко отсюда ваш салон? – Храм стал второстепенным, потому что душа душой, а теплые носки – теплыми носками. Сейчас надо было решить насущные вопросы. Продав лошадь, мы снова купим только самое необходимое, тем более, никакие они у нас не арабские скакуны, а простые лошадки, которых здесь – на каждом шагу по три.
— Нет, совсем недалеко. Вы хотите заказать платье? – уже с радостью спросила Нилена, понимая, видимо, что, если приведет покупательницу, хозяйка ее если не отблагодарит, так хоть похвалит.
— Тогда, если можно, я прогуляюсь с вами, посмотрю на платья, что здесь носят, а потом… конечно же, закажу.
Минут через десять мы были на месте. Двухэтажное здание имело две двери. Над первой вывеска говорила, что здесь вы найдете лучшего в Гордеро защитника по спорным делам, и я поняла, что это юристы или адвокаты. А вот вторая, над которой деревянная, еле читаемая надпись словно скрывала направление деятельности, и вела в нужный салон.
— Ридганда Валия, я вернулась. А эта девушка как раз хотела увидеть салоны платья в Гордеро, - сразу с порога начала вещать Нилена на ходу, поставив корзину на широкий стол, который, по всей видимости, заменял и прилавок, и место для раскройки.
— Я не глухая, Нилена, нечего так орать и пугать людей, - голос хозяйки я услышала еще до того, как увидела ее саму.
Слева этот большой стол, на котором сейчас на самом краешке стояла корзина, лежали отрезы ткани и ножницы, за столом полки с пятью рулонами, обращенными, как принято, торцами к покупателю. Прямо перед входом – неширокая винтовая лестница на второй этаж. Чуть правее лестницы, за густо драпирующими. шторами, могла оказаться и примерочная. А вот справа, в самом светлом месте перед окнами, стояли три вешалки, которые хозяйка, как могла, превратила в объемные манекены.
На них были выставлены три совершенно разных костюма, один из которых и привлек мое внимание. Видимо, это был набор для верховой езды. Очень похожий на мундир, но все равно не лишенный женственности крой. Брюки, широкие от бедра, сужались под коленями и, скорее всего, должны были идеально сочетаться с сапогами.
Удлинённый китель с разрезами по бокам должен был прикрыть тело дамы до середины бедра, но не мешать в верховой езде. Темно-синий цвет в сочетании с белыми вставками явно украсит и блондинку, и брюнетку.
Я провела рукой по рукаву кителя, заправленного в карман брюк, и поняла, что
— Нравится? – голос теперь был ближе и, обернувшись, я увидела вышедшую из примерочной женщину. Почти на полголовы выше меня, со светлыми, но без желтизны, скорее, платиновыми волосами, собранными в высокий хвост, на который они и были намотаны. Платье чуть ниже колена, навроде туники с длинным рукавом, широкий пояс, безрукавка, похожая на те, что были на Палии и ее соплеменницах, и широкие брюки, заправленные в сапоги. Ничего такая женщина. Мне она понравилась уже сейчас.
— Очень, - только и смогла ответить я, рассматривая ее глаза, цвет которых было сложно понять. Серые или голубые. Тонкий нос, широкие скулы, полные губы. В моем прошлом мире такие ведут бьюти блоги и уверяют, что и в пятьдесят можно выглядеть «богически». Этой не больше сорока, но любит она себя не меньше, чем наши.
— Эта шерсть стоит как дом, - она медленно подплыла ко мне. Именно подплыла. Грация у дамы была похлеще танцовщиц из коллектива «Березка».
— Почему его все еще не купили? – спросила я и отогнула полу, чтобы увидеть подкладку. Учитывая, что машинок и оверлоков здесь нет, работа была сделана просто идеально.
— Наверное, потому что ридганды, имеющие такие деньги, не появляются в моем салоне.
— Я бы тоже никогда не узнала о вашем салоне, если бы не Нилена. Над вашей дверью нет вывески, - не подумав, ляпнула я.
— Люди не ходят по вывескам. О хороших салонах знают все. Город большой, но некоторые особы старательно очерняют другие салоны… - женщина, не договорив, махнула рукой и подошла к корзине, которую поставила прямо на ткани ее нерадивая помощница.
— Ходят, ридганда Валия. Я могу доказать вам это.
— Зачем вы здесь? Прищурившись, спросила она, не отрывая от меня глаз, а руки уже щупали ткань, которую она вынимала и складывала на столе стопкой.
— Мне нужна работа, - честно ответила я. – На какое-то время, пока я не начну дело, которое давно планирую, - ответила я.
— Что вы умеете? – ридганда перестала выкладывать ткани и сложила руки на груди. Специалисты по невербальному общению из моего прошлого сказали бы, что она от меня «закрылась», и разговор сейчас продолжать не стоит, но я решила сразу перейти к делу. Такие люди, как Валия, не терпят лжи и суеты, они не тратят время на пустые разговоры, а ложь чувствуют за версту.
— Я могу шить, могу заниматься уборкой, стиркой или даже помогать женщинам выбрать ткани, - заявила я не запинаясь. За эту напористость мне нужно было благодарить прежнюю хозяйку моего тела.
— Я редко видела девушек с таким цветом кожи, - вдруг сказала она и протянула руку к моему лицу. Волосы я просто забирала вверх и закалывала двумя палочками, которые уже стали гладкими, будто их отшлифовали специально.
— Вы не хотите видеть здесь девушку с кожей темнее вашей? – я держалась, чтобы не начать растить в себе обиду за притеснение по цвету кожи. Помогало лишь то, что я вовремя вспомнила про Лафата – люди с совсем темной кожей в его канганате вполне могли иметь и высокий титул.