Наследник чародея. Вот и кончилось лето. Книга вторая
Шрифт:
Она махнула рукой, встала, стала собирать посуду со стола.
– Спасибо, ма! – я тоже поднялся.
– Тебе спасибо, сынок, за ужин. Только про наши с тобой разговоры по поводу квартир помалкивай, хорошо?
– Ма, - вспомнил я. – Я у тебя 40 рублей взял, Андрею за джинсовую ткань отдал. Мы сегодня джинсы сшили для меня. Посмотришь?
Maman замерла, прекратила посудомоечный процесс, повернулась ко мне и сказала с укоризной в голосе:
– Антош, я, конечно, понимаю твои потребности модно одеваться, но давай согласовывать предстоящие расходы.
– Мам, - я подошел к ней, обнял. – На следующей неделе верну с процентами! Точно тебе говорю.
Я, разумеется, даже не представлял, где я найду 40 рублей, но собирался это сделать.
– Эх, ты, мой труженик! – maman взъерошила мне волосы. – Иди в комнату, я сейчас приду.
Джинсы maman понравились.
– Неужели сами сшили? Молодцы!
– Мишкина тётка раскройки сделала на 50-й размер, - польщенно ответил я. – Остальное сами. Андрей кроил, я обметывал, Мишаня шил.
Maman придирчиво покрутила штаны в руках.
– Ну, почти незаметно, что не фабричная работа.
Она засмеялась, протянула мне штаны обратно:
– Фирма! – сделав ударение на последнем слоге.
– Как ты смотришь насчет деревни? – спросила она. – Хочу, чтоб ты там пожил до конца лета.
Я пожал плечами. Вернуться в деревню было бы совсем неплохо. Я бы там, по крайней мере, позанимался бы спокойно. А с другой стороны, не хотелось здесь maman оставлять одну. Разве что тётю Машу попросить за ней приглядеть?
– Да я не против.
– Отлично! – обрадовалась maman. – Значит, завтра после работы и поедем!
Вечером перед сном я ушел в Астрал. Предварительно выгнал (конечно, условно! вежливо попросил!) maman на кухню, закрыл дверь, сел на пол.
И опять Гериса в Астрале не оказалось. Я гонял силу по каналам, пока не вымотался. Нагрузку увеличил до 15 раз в каждом подходе. Энергия пёрла по каналам теперь текла намного легче, чем в первые разы. Сложилось ощущение, что пути для силы стали шире.
Правда, после всех этих тренировок я выпал в осадок до такой степени, что даже не пошел в душ. Вышел в коридорчик, сообщил maman, что, мол, всё, я закончил. Разделся, добрался до диванчика, кинул на себя «общее исцеление» и мгновенно уснул.
Глава 9
Мелочи жизни
Maman разбудила меня перед самым уходом на работу. Показала на рюкзак в коридоре:
– Эти шмотки возьмешь с собой! Приедешь ко мне к 15.00. Я буду ждать тебя на остановке. Понял?
Она быстро чмокнула меня в щечку и убежала. На часах была половина восьмого. Ложиться досыпать обратно не имело смысла. Я умылся, оделся, обулся и привычно потрусил на стадион.
К сожалению, нормально позаниматься в этот раз не удалось. Вокруг футбольного поля неспешно нарезала толпа народа, причем, основная часть их была из категории «бегом от инфаркта».
Сделав пару кругов, я было направился к
Рядом с турником на шведской стенке делала растяжку моя одноклассница Светка Быкова, девчонка симпатичная, брюнеточка, фигуристая в нужных местах, причём до такой степени, что на неё пускали слюни даже взрослые мужики. И при этом еще та язва. Светка тренировалась в балахонистом спортивном костюме, который, впрочем, не скрывал её формы.
Память услужливо мне выдала, что со Светкой я учился аж с первого класса, а до этого вместе с ней ходил в одну группу детского сада. Светка с детства и буквально до последнего времени всерьез занималась художественной гимнастикой, года два назад выиграла первенство области, но потом вдруг резко оставила спорт. Всякие слухи ходили: от проблем с тренером, который вдруг якобы стал необычайно внимателен к юной гимнастке, до внезапно резкого увеличения всяких соблазнительных округлостей, на которые с некоторой тоской взирают мужчины, но которые препятствуют профессиональному росту гимнастки над собой. Кроме того, за последние два года Светка сильно подросла, и сейчас была практически вровень со мной ростом.
А еще память мне подсказала, что эта «язва» больше всех в классе доставала меня своими шуточками по поводу и без повода.
Вот и сейчас, подходя к турнику, я услышал её голосок:
– О, Ковалев! Трусцой бегал? Трусцы не свалились?
Я вздохнул, подпрыгнул, ухватившись за перекладину, буркнул:
– Я тоже счастлив тебя видеть наконец, Светлана Аркадьевна!
– Хочешь анекдот расскажу? – поинтересовалась она, задирая ногу на шведскую стенку в вертикальный шпагат. – Спрашивает учитель физкультуры у Антона: «Сколько раз подтянешься?» Антон отвечает: «Три раза!» «Так мало?» - говорит учитель. «Так это за день! – отвечает тот. – За месяц больше!»
Раньше я действительно не дружил с физкультурой, несмотря на занятия в секции. Но подтягивался я стабильно 11 раз!
– Я знал, что ты ко мне неравнодушна! – отозвался я. – Давай это будет нашей маленькой тайной!
Я развернулся и трусцой старичка, как пошутила Светка, направился домой. Она мне что-то крикнула в спину, но я не услышал.
После завтрака я поспешил к телефону-автомату. Опустив «двушку», набрал номер.
– Алло! Добрый день, - сказал в трубку, услышав отклик. – Это Антон беспокоит. Я вчера звонил.
– Привет, Антон, - ответил мне Ершов. – Записывай или запоминай. Замятный Павел Павлович. 1945 года рождения. Улица Лесная, д. 8, кв. 10. Работает директором автобазы домостроительного комбината. И всё-таки, Антон, зачем это тебе надо?
– Да в двух словах не расскажешь, - ответил я. – Мужик, возможно, полечиться хочет. А мой приятель ему пообещал от моего имени.
– Что пообещал? – заинтересовался Ершов.
– Да я еще не знаю толком, - уклонился я от ответа и предупредил. – Я сегодня до конца лета уезжаю отдыхать. Так что меня дома не будет, если вдруг что.