Настоящий полковник
Шрифт:
— Можно. Двумя способами. Первый — непопулярный.
— Какой?
— Наша с тобой смерть. Если нас с тобой убьют, значит, я не ошибался.
— А другой?
— Другой… Другой тоже непопулярный. Но менее непопулярный, чем первый. Надо убедиться в том, что я не ошибаюсь. Лично убедиться!
— Ловить того, не знаю кого, за руку?
— Или за любое другое, которым он подставится, место.
— Рискованно. Особенно если поймать.
— Если поймать — то нерискованно. Потому что у нас появятся козыри на руках. Для игры
— Будут валить все на нас?
— А ты думаешь иначе? Думаешь, они все возьмут на себя? Вместо того, чтобы объявить нас свихнувшимися на почве выполнения служебных обязанностей! пенсионерами-маньяками.
— Доказать ничего невозможно?
— Нет. Ты же знаешь, как это делается. Письменных приказов на чистку не было. А те, что были, — были в одном экземпляре и были не у меня.
Нас обыграли по всем статьям.
Изменить счет мы можем только в одном случае — в случае, если вместо того, чтобы прятаться по щелям, пойдем в атаку. На аэродром Валуево.
— Ты из-за этого пришел ко мне?
— Я для этого спас тебя. Второй раз, — напомнил Федоров. — Ты знаешь местные условия. А это полдела.
— Если я откажусь?
— Ты погибнешь со стопроцентной гарантией. Вместе со мной.
— А если соглашусь?
— Скорее всего тоже погибнешь. И тоже со мной. Но уже с девяностовосьмипроцентной гарантией.
— Два процента на успех? Не мало?
— Много. Вдвое больше в сравнении с первым вариантом. Ну что, согласен?
— Ты не оставляешь мне выбора.
— Не я. Они! Они не оставляют нам выбора…
Глава 51
— Шестой самолет. Шестой самолет за сегодняшний день, — сказал в наушниках голос генерала в отставке Федорова.
— Вижу шестой…
— Посмотри его со своего борта.
— Уже смотрю…
Генерал и полковник висели на вершинах деревьев, на господствующие высотках, в полутора километрах от аэродрома Валуево.
Второй день висели. Как вороны в гнездах. Транспортник вырулил к ангарам. Опустил на бетон грузовой трап. К которому со всех сторон, как мухи на тухлое, устремились грузовики.
— Видишь?
— Вижу.
Тюки и коробки, выносимые из фюзеляжа самолета, заполняли кузова тут же отъезжающих машин.
Через час транспортник был пуст. И пустым вырулил на взлет…
— Седьмой на подлете.
— Вижу седьмой.
Седьмой был тоже транспортник. С тюками и коробками, перекочевавшими в фургоны поджидавших его машин…
— Восьмой…
Аэродром Валуево действовал как хорошо отлаженный конвейер по приему груза. Во времена бизнесмена Боровицкого, открывшего эту золотую жилу, масштабы транспортного потока были куда более скромные. В прямом и переносном смыслах.
Новый хозяин аэродрома уже никого не стеснялся. И ни на кого не оглядывался…
— Девятый…
Девятый был
Только тот, кто имеет возможность обеспечивать! Кто может добыть разрешение на пролет официальным порядком. Или… иди договориться с ПВО неофициально.
Проход иностранных самолетов через воздушную границу был серьезным свидетельством против военных. Не зря, значит…
— Десятый. Ты посмотри…
Десятый был самым интересным самолетом. Потому что маленьким, спортивным, без опознавательных знаков.
— Ты был прав, — сказал Зубанов.
— В чем?
— В том, что они задружились с криминалом.
— Думаешь, наркотики?
— Уверен. Я уже встречал такие самолеты. Сам лично встречал. Сейчас они уберут с поля лишних людей и сгрузят тюки.
Лишних людей действительно убрали, посадив в автобус. А вот тюки не сгрузили.
Самолет своим ходом двинулся к ангарам. Туда же выкатился неизвестно откуда взявшийся джип.
— Ты видишь их? — спросил генерал. — Мне ангар обзор закрывает.
— Вижу.
— Что там происходит?
— К самолету подъехал джип.
— Принимает товар?
— Нет. Товара нет. Есть люди. Из самолета вылезли люди.
Из самолета на бетон спрыгнули два мужчины. Один пошел в сторону джипа. Из которого навстречу ему тоже вышел мужчина.
— Фиксируй! Все, что видишь! — приказал Федоров. — Это может быть нужная нам встреча. Просто так свидетелей с поля не удаляют…
Полковник навел на самолет, на джип и на людей видеокамеру. Дал максимальное увеличение.
В видоискателе замелькали размытые контуры фигур.
С такого расстояния получить хорошее изображение было невозможно. Но возможно будет потом, когда придет время, подвергнуть видеопленку компьютерной обработке и попробовать опознать изображенных там людей.
Интересно, кто они? И зачем встретились? Здесь, на аэродроме.
Мужчины подошли друг к другу, пожали руки и… забрались в джип.
Все! Теперь они недосягаемы. Теперь надо ждать, когда они появятся вновь.
Полковник навел видеокамеру на дверцу машины, зафиксировал на штативе и взял бинокль.
Ничего, главное — что они есть на пленке. Это уже удача…
Перевел бинокль на самолет. Снова на машину. Снова на самолет. Снова…
Дверца джипа на мгновенье приоткрылась, и чья-то рука ткнула пальцем в сторону. Рука другого человека торопливо захлопнула дверцу.
«Куда это он показывал? — подумал полковник. — Что там?»
Перевел бинокль в указанную сторону.
Ангары…
Это же заброшенные, ранее принадлежавшие армии и предназначенные для транзита военной техники ангары. Те, которые в свое время мечтал прибрать к рукам Боровицкий.