Не последний волшебник
Шрифт:
– Насколько я помню, триста пятьдесят тысяч лет назад.
– Лернер отыскал в глубинах памяти информацию из периодической печати.
– Всего лишь? Но в тысяча девятьсот двадцать седьмом году в штате Невада рабочие, строившие дорогу, обнаружили в скальной породе отпечаток ноги человека в ботинке, который был совершенно ясен и выглядел так, как будто владелец его случайно ступил в мягкую грязь. Следует отметить, что возраст скальной породы более двадцати миллионов лет.
– Что сказала
– Ничего. Как и золотая цепочка, которой триста миллионов лет, а железный молоток, найденный в известняке возрастом порядка ста сорока миллионов лет? Мы не первое человечество, Антон, и надеюсь, не последнее. Они еще запрещают мне... что они знают про меня, чтобы запрещать?
– Наверно, многое.
– Пожалуй. Они не позволяют нарушать правила игры. Если связи разорваны, так и должно быть. Теперь ты видишь, как близко я подобрался.
– Великий пентакль, это тот, который вы показывали?
– Тот самый. Арвид говорил, что ему нужен источник энергии. Но вот еще что: по другой легенде, этот артефакт может исполнить любое твое желание. Иными словами он исправит то, что ты считаешь ошибкой, несчастьем для тебя и твоих ближних. Но взамен он заберет что-то другое.
– Вы проверяли?
– Даже не собираюсь. С меня хватит этого вырвавшегося демона. Приближается время 'Ч' - продолжал размышлять Морозовский.
– Когда оно наступит, нужно в течение одной минуты соединить обе части пентакля, повернуть знак Инь-Янь особым образом по движению планет и тогда...
– А что, если правы черные?
– внезапно спросил Антон.
– и корректор - это детонатор?
– Многое зависит от двух обстоятельств, - ответил Морозовский.
– во первых, в момент коррекции символ должен находиться на человеке нравственно чистом и правдивом, а во вторых нужно знать, каким именно образом повернуть части пентакля. Ошибка гибельна. Но что мне с ним сейчас делать? До наступления времени 'Ч' еще около месяца. Фауст с Янусом найдут его где угодно. Они могут войти в Лувр, в Эрмитаж, ты не представляешь, что они могут ради него.
– Ну так бросьте его в море.
– Нет, ни в коем случае. Годы поисков, надежд, утром, днем, вечером, ночью. Надо осуществить задуманное.
– Может отдать его кому-то из ваших людей?
– Нет, нет. В данном случае я могу довериться только тебе. Дай мне слово, что ты его не используешь до часа 'Ч'. Все наши прежние договоренности остаются в силе.
– Что же я должен сделать?
– Возьми его на время к себе. Не возвращай его мне ни под каким видом. А в нужный момент мы его используем. К тому же тебе ведь нужны твои деньги?
– Как все сложно!
– Антон вырвался из рук Морозовского.
– Почему я?
Владислав Юрьевич залпом
– Потому что именно ты уже совершил это деяние в известном мне варианте будущего, - выдохнул он.
– мне оставалось только найти тебя и поставить на верный путь.
Антон задумался, закусив губу. С одной стороны, не помочь Владиславу Юрьевичу было бы уже некрасиво. С другой - материально он будет обеспечен. А при поддержке Морозовского с Надеждой все будет в порядке.
Внизу бибикнула машина.
– Ладно, забирай.
– Морозовский отошел от Антона, чтобы лишний раз не думать, правильно ли он сделал, отдав Антону пентакль.
– До свиданья.
Было около четырех часов дня. Постепенно день подходил к концу, вечер вплывал в сентябрьский город.
– Приехали. Слышь, а правда все? Кончилась ночная фиеста?
– припарковав машину, спросил Роман.
– Да.
– Антон смотрел куда-то вдаль, опутанный своими мыслями.
– Как тебе это удалось?
– удивился охранник.
– Ну я имею, по-видимому некоторые способности.
– В таком случае, гонорар от хозяина.
– Роман полез во внутренний карман пиджака и достал пухлый конверт.
– Давай, бери. От нас отдельное большое спасибо. А то вконец надоел полтергейст проклятый.
– Антон! Милый!
– Надежда бросилась с порога Лернеру на шею.
– Он сказал, можно побороться, можно побороться!
– Кто сказал?
– не понял Антон.
– Ну профессор же. Хирург! Мы ведь ходили сегодня с Ринатом.
– Правда? Он вылечит?
– Он сказал что и ногу спасти можно и хромоту вылечить.
– Чудесно! Я же говорил, Надя! Я же всегда верил! Правда - правда?
– еще не до конца веря в сказанное ею, Антон взял подругу на руки и прошествовал в комнату.
– Да правда, правда.
– Надежда охнула, когда Антон положил ее на устланный журналами диван.
– Ты у Ринатика спроси, он с врачом разговаривал.
– Слава триумфатору над барабашками!
– поприветствовал Рината вошедший Темиров. Он видимо, сидел на кухне, так как в руке у него была полная кружка кофе.
– Как у тебя?
– Все хорошо, я тебе потом обьясню. Ринатик! Я тебе поставлю памятник или пирамиду, по твоему желанию.
– восторженно потряс за плечи Темирова Антон.
– Ну когда я превращусь в мумию, сделай мне мавзолей.
– Ринат поставил кружку, смущаясь достал из джинсов мятую пачку сигарет.
– Слушай, ты же не курил совсем.
– заметил Антон.
– Да, два года. Вот чего -то захотелось.
– Профессор твой гений.
– Антон сиял.
– Надя опять ожила. Ринатыч, ты с врачом сам разговаривал?