Не родись красивой, или Точка опоры
Шрифт:
Я отперла дверь своей комнаты. Вошла, вынула ключ из замка и закрылась изнутри.
Свет включать не стала.
Проснулась я под утро от громкого неприятного хлопка.
Села на постели и прислушалась.
Показалось?
Минуту сидела неподвижно, и тут в комнате громко затрезвонил телефон.
Нервы мои были напряжены до такой степени, что я чуть не заорала.
«Дура! Чего пугаться? Это же мой мобильник!» – отругала я себя и соскочила
Порылась в небрежно брошенных на пол джинсах, выудила из кармана маленький прямоугольник.
– Да!
– Ты слышала? – спросила Марийка испуганно.
– Хлопок?
– Да.
– Слышала, – ответила я, возвращаясь обратно под теплое одеяло. В комнате было прохладно. – Только не поняла, что это такое.
– Похоже на выстрел, – сказала она по-прежнему испуганно.
– Ну, да! – не поверила я. – Не может быть!
– А что тогда?
– Пробка от шампанского! – ответила я веско. – Соседи опять гуляют! Сегодня воскресенье!
– Нет, это в нашем доме, – настаивала Марийка. – Когда у них бутылки хлопают, звук глухой…
Я тяжело вздохнула.
– Паникерша, – сказала я недовольно. – Что предлагаешь?
– Предлагаю постучать к Стефану Викторовичу…
– Ты же не хотела, чтобы он меня засек! – укорила я.
– Я сама постучу, а ты в спальне посидишь, – настаивала Марийка. – Если он ответит, значит, все в порядке…
– Ладно, – согласилась я. – Давай так и сделаем. Хотя он, наверняка, спит и оттого, что ты его разбудила, в восторг не придет.
– Все равно, – упрямо ответила Марийка и отключилась.
– Рабыня Изаура! – пробормотала я. – Невольница долга!
Ничего не поделаешь, придется вставать.
Я вылезла из кровати. Поднесла к глазам часы и посмотрела на циферблат. Половина пятого.
В дверь негромко стукнули. Я повернула ключ в замке и приоткрыла створку. Увидела Марийку в цветастом цыганском халате и распахнула дверь шире.
– Я постучу, – сказала она шепотом. Глаза у барышни были совершенно круглые.
– Постучи.
Марийка отвернулась от меня и подошла к двери напротив. Осторожно повернула ручку, надавила на дверь плечом.
Дверь не поддалась.
Марийка два раза стукнула кулаком по деревянному косяку.
Тишина.
Марийка оглянулась на меня. Глаза у нее были затравленные.
– И вещей внизу нет, – сказала она.
– Каких вещей? – удивилась я.
– Ни пальто, ни перчаток, – перечислила Марийка. – Он обычно их прямо на кресло бросает…
Она снова повернулась к двери хозяйской спальни и стукнула еще раз. Настойчивей.
Мы замерли.
Тишина…
– Стефан Викторович! – тревожно окликнула Марийка и звезданула по двери кулаком. – Вы меня слышите?
Тишина.
Марийка
– Что делать? – спросила она.
Я сочла своим долгом вмешаться. Подошла к двери напротив и с размаху грохнула по ней пяткой.
– Стефан! – строго позвала я. – Это уже не смешно!
Тишина.
– А он вообще вернулся? – спросила я. – А то ломимся в пустую комнату…
– Машина во дворе, – ответила Марийка.
Я снова посмотрела на закрытую дверь. Происходящее мне сильно не нравилось.
– Где ключи? – спросила я.
– Какие ключи?
– От хозяйской спальни.
– В моей комнате…
– Так неси их! – повысила я голос, не сдержав эмоций.
Марийка торопливо затрусила вниз по лестнице.
Обратно она вернулась уже не в халате, а полностью одетая.
«Разумно», – отметила я. Аляпистый цыганский халат, безусловно, не вписывался в серьезность ситуации.
Марийка подала мне связку и шепнула:
– Я боюсь…
– Не бойся, – ответила я, вставляя ключ в замок. – Все будет хорошо.
Но, честно говоря, сама себе не поверила.
Ключ дважды повернулся в замке.
Я выкрутила ручку вправо и толкнула дверь плечом. Дверь дрогнула и поддалась. На нас пахнуло неприятным горелым запахом.
– Чувствуешь? – шепнула Марийка.
Отчего-то у меня зашевелились волосы на голове.
– Мы входим! – предупредила я Стефана строгим голосом.
И снова не получила ответа.
Я толкнула дверь от себя, и она медленно поплыла в сторону. Моим глазам открылось окно с хорошим фирменным стеклопакетом.
У левой стороны стоял деревянный комод, похожий на тот, что находится в моей комнате. На комоде небрежной горкой были свалены увесистые пачки долларов.
Правую, основную часть комнаты, скрывала от меня распахнутая дверь. Неприятный запах горелого усилился.
Марийка подтолкнула меня в спину.
– Входи…
Я сделал шаг вперед на негнущихся, деревянных ногах и повернула голову.
Марийка шагнула следом.
Справа стояла кровать. Большая, двуспальная, накрытая шелковым покрывалом. Поперек покрывала, в пальто и черном вечернем костюме, лежал Стефан.
Он был в черных кожаных перчатках, правая рука, поднятая вверх, сжимала пистолет. На правом виске Стефана кто-то нарисовал кровью и копотью небольшой грязный кружок. Такими же алыми брызгами пестрело светлое шелковое покрывало.
Глаза Стефана смотрели в потолок, на губах играла неприятная дерзкая ухмылка.
А на полу возле кровати стоял открытый кожаный кейс. Его драгоценное содержание сияло и переливалось в бледных лучах мартовского рассвета.
Минут пять мы стояли, оцепенев.