Неприятности в старшей школе
Шрифт:
Я только понимаю, что не могу смотреть на это, поэтому им придется держать свои чертовы руки, ноги и лица при себе, пока я на позволю им что-то большее – а это будет, когда я уеду.
– Что ты делаешь?
Я закатываю глаза и оборачиваюсь, разводя руки.
– Дышу, Коллинз. Просто, мать твою, дышу.
Он отпускает смешок и подходит ко мне.
– Ты сегодня просто молодец, сохранила хладнокровие. Я впечатлен.
– Ой, спасибо. Цель достигнута, – с каменным лицом отвечаю я.
Он улыбается и вглядывается в темноту ночи, как я только что.
Он
– Нам не обязательно бороться друг с другом, Рэй. Все могло бы быть совсем иначе.
Я фыркаю.
– И ты бы не держал меня здесь, шантажируя?
– Нет. – Он наклоняет голову, продолжая смотреть перед собой. – Мне все равно пришлось бы держать тебя здесь, но ты бы не чувствовала себя такой несчастной, понимаешь? – Он поворачивается ко мне.
Я хмурюсь, он пожимает плечами.
– Мы с тобой могли бы стать друзьями, если бы не они. Между нами все было бы хорошо, и это был бы наш выбор, – говорит он, пристально глядя на меня. – Я же неплохой парень, и если бы ты не оказалась в центре нашей проблемы, то смогла бы увидеть это сама.
– Может, ты и прав. – Я обдумываю его слова и решаю высказаться честно. – Но я не могу сказать наверняка. Сейчас ты для меня придурок, вставший между тем, где я есть, и тем, где я хочу быть.
Он качает головой.
– Ты хочешь быть там только потому, что они первыми тебя заполучили.
Я закидываю голову назад.
– Никто меня не заполучил, и мы не можем вернуться во времени. Я сама решила, что мне делать, и знаю, какую ответственность за это понесу. Этот разговор не имеет никакого смысла. Ты найдешь меня рядом со своей машиной, когда решишь, что вынюхал тут достаточно.
– А что, если я скажу тебе, что знал о твоем визите ко мне еще до того, как ты пришла? – перебивает меня он, и я застываю на месте.
Я медленно разворачиваюсь к нему.
– Я отвечу, что ожидала этого. Уверена, что ты следил за каждым их движением. И могу поспорить, что у тебя есть свой частный детектив, который следит за их детективом. Ты пользуешься помощью со всех сторон, Коллинз, но однажды тебе придется самому предпринимать какие-то шаги, не рассчитывая на других людей. Человек, неспособный действовать самостоятельно, – слабый человек, а я ни разу не видела ничего, сделанного тобой самим.
– Это вызов?
– Вызов, наблюдение, просто чертов факт, – я пожимаю плечами. – Называй как угодно, Грейвен, но это совершенно неважно, потому что в конце дня ты – это все тот же ты, а они – это они. И они превосходят тебя по числу и смелости.
Я поворачиваюсь и ухожу.
К черту эту жизнь.
Глава 9
Рэйвен
После третьей перемены я иду на совместный урок с Мэддоком, а теперь и с Коллинзом, и обнаруживаю, что у меня нет стула.
Я поднимаю глаза и встречаюсь глазами с Мэддоком, который опускает подбородок вниз, лениво откинувшись на спинку
Я смотрю на учительницу, которая определенно избегает моего взгляда – она знает, кто это сделал, и это совершенно точно не она.
Я уже готова послать всех к черту и выйти из кабинета, когда Коллинз внезапно проявляет чуть больше храбрости, чем следует.
– Иди сюда, детка, – говорит он, и весь чертов класс вдруг смолкает. Даже учительница замирает с отведенной в сторону рукой, которой она уже собиралась что-то писать на доске.
Коллинз, откинувшись на стуле, с бесовским огоньком в глазах хлопает себя по колену:
– У меня есть для тебя место, которое тебе понравится.
Я раскрываю рот, чтобы ему ответить, хотя еще даже не уверена, что именно скажу, когда меня внезапно вообще лишают выбора, вытаскивая из кабинета, причем буквально – мои ноги волочатся по полу, потому что Мэддок хватает меня под руки и выносит из класса.
– Эй! – кричу я учительнице… которая просто отворачивается, чтобы не видеть эту сцену.
Мак выскакивает вслед за нами, и на полсекунды мне кажется, что он собирается остановить Мэддока, но он разворачивается, захлопывает дверь и прислоняется к ней – как раз в тот момент, когда до нее добегает Коллинз.
Коллинз лупит в маленькое окошко с другой стороны, пытаясь открыть дверь.
Мэддок продолжает тащить меня по коридору, а потом запихивает в небольшую нишу. Мы оказываемся лицом к лицу.
– Какого хрена тут происходит? – ревет он. – И даже не вздумай, мать твою, вешать мне лапшу на уши, Рэйвен. Выкладывай. Сейчас же.
– Да не о чем говорить, здоровяк…
– Не. Смей. Называть. Меня. Так… – рычит он, напирая на меня.
Кажется, он ждет, что я буду бороться с ним, или отпихну его, или расскажу ему правду.
Чего он совершенно точно не ожидает, так это того, что начну таять в ту же секунду, когда его хаотично бьющееся сердце встретится с моим.
Полной неожиданностью для него становится и то, как я приподнимаюсь на носочки и тяну его голову вниз, пока его губы не встречаются с моими.
Поначалу Мэддок яростно рычит, но потом его рык меняется на глубокий внутренний рокот, и я тону в его собственническом желании обладать мной. Мои легкие наконец раскрываются, жадно втягивая его запах, и боль от невозможности быть с ним рядом постепенно утихает.
Его язык сплетается с моим, его руки обхватывают меня, его тело прижимается к моему.
Да. Мой.
Мои глаза вдруг широко распахиваются.
Черт!
Не мой.
Я прикусываю его нижнюю губу, и он отдергивает голову назад. Я выныриваю из его объятий, но он ловит меня сзади за рубашку, и я шлепаюсь на задницу.
Он подтаскивает меня к себе, разворачивает и вжимает в стену, сдавливая ребра, так что мои ноги болтаются в воздухе и у меня нет ни единой возможности ускользнуть от него. Его глаза, бешеные и безумные, из зеленых становятся почти черными.