Несломленная
Шрифт:
??????????????????????????
Глава 8.4
– Ну хватит меня дразнить, - притворно надула губки Алена. – Зато умение обращаться с оружием пригодилось. Иначе мы бы с тобой уже и не дышали. Он собирался застрелить меня, а потом тебя. И списать все на тривиальную сцену ревности. Так что встала я только благодаря тебе. Ты меня спасаешь. Знаешь, мне в пору сделать татуировку «Феликс», чтобы все знали, кому я обязана жизнью и любовью к жизни.
– Ни в коем случае! Я терпеть не могу татуированных девушек. Ты же знаешь мою работу, сколько мне пришлось общаться носителями куполов на спине! Так
– Феликс Андреевич!!!! Как вам не стыдно опускаться до пошлости!- Алена зарделась и смущенно стукнула кулачком по груди Феликса. Но по счастливо вспыхнувшим искоркам в глазах мужчина понял, что они мыслят об одном и том же.
– Помилуйте, Алена Викторовна! Что ж я пошлого сказал?! А вы вообще, что подумали? – Феликс на свою мужскую натуру, с ее ярко выраженными желаниями, надел маску невинной овечки.
Алена захлопала глазами, открыла рот, чтобы что-то ответить и не нашлась. Стало понятно, что этот лукавый Змей Искуситель имел в виду не то, о чем она подумала. Едва придя в себя от такого коварства, она все же не смогла удержаться, чтоб не полюбопытствовать:
– Ну и чем же вас обычно благодарят женщины? – к растерянности уже присоединились нотки сарказма и обиды.
– Я имел в виду убрать дом,приготовить вкусный обед.
Девушка еще больше покраснела и надула губки.
Феликс отыгрался немного за свое предыдущее поражение и теперь, как сытый кот, получал удовольствие. Так смешно было наблюдать, как Алена попалась в простейший капкан пикаперства.
Конечно, он никогда не планировал применять на ней приемы соблазнения, но тут не удержался. Она так забавна в своей растерянности! А может, сказалось перенесенное потрясение, и захотелось как –то снять напряжение.
Он мягко притянул ее к себе, поймал губами выбившийся из хвоста локон и мило поцеловал в ушко. а затем перешел на губы, не задумавшись- можно ли?
– Прости меня. Ты меня так рассмешила и озадачила одновременно своим предложением сделать татуировку, что я не мог не пошутить.
Алена, еще некоторое время пыталась справиться с захлестнувшими эмоциями, и поэтому ничего не говорила.
А Феликс, посмеявшись, задумался о серьезном. О том, благодаря чему все это случилось.
«Аленка, любимая, ты простила меня? Я, правда, дурак. Но если бы ты знала, как много я тебе хочу сказать. С момента нашей ссоры ничего не изменилось. Я по-прежнему схожу с ума от твоей красоты. Восхищаюсь твоим умом, талантом. Преклоняюсь перед твоим мужеством. Я, может, самонадеянный, но я же видел, что тебе со мной приятно находиться. Я чувствовал, как дрогнули твои губы, когда я тебя сейчас поцеловал, как учащенно забилось твое сердце. Скажи, что я не нафантазировал себе»,- эти мысли теснились в голове Феликса. Однако высказать их вслух он не решался.
То, что произошло сегодня, говорило о неизбежных изменениях в их отношениях. И какими они будут, Феликс боялся даже думать. Очередной раз жизнь разворачивала его на 180 градусов, и нужно было к этому снова адаптироваться. Он привык считать Алену своей. Сначала сестренкой, духовная близость с которой согревала его одиночество, расцвечивая его яркими красками. Потом он понял, что платонические
К Алене он прикипел душой. Услужливая память выдала цитату Паоло Коэльо: «Можно полюбить душу, не зная тела, а потом сойти с ума, прикасаясь к телу любимой души…» И хотя он совсем не жаловал их автора, никакие другие слова не отразили бы точнее его состояние. Он сходил с ума от желания прикоснуться к телу любимой души, ласкать его, чувствовать, как оно полыхает ответной страстью, отзывается каждой клеточкой на его ласки, изгибается в сладкой истоме. Но мог ли он на это надеяться?! Сейчас говорить об этом он просто боялся.
?
????????????????????????
?
Глава 8.5
?
?
Ярцев все-таки получил сотрясение мозга и по настоянию врачей должен был провести в постели две недели, но больше недели выдержать ему не удалось. На работе он появился в темных очках, скрывавших черные круги под глазами - неизбежное последствие подобной травмы. Он рассудил, что лучше в помещении выглядеть загадочным Джеймсом Бондом, чем напоминать героя мультика «Кунг – фу Панда».
Историю странного нападения раскрыли и без него. Федорцов Степан Иванович, неоднократно судимый, освободился из мест лишения свободы пару месяцев назад. Проживал в Росташкове вместе с матерью, Лидией Петровной, на работу устраиваться не торопился, досуг проводил за распитием спиртных напитков в компании таких же не отягощенных ответственностью за кого-либо товарищей.
На вопрос, чем ему не угодили Алена Сафронова и Феликс Андреевич, этот заядлый поклонник тюремной романтики разразился настоящей истерикой. Оказалось, что им руководила благородная месть. Эдакий Зорро из зоны. Ярцева ненавидел за то, что тот засадил его за решетку восемь лет назад, тем самым нарушив далеко идущие планы покорения столицы.
А Алена и вовсе являлась его кровным врагом, отнявшим счастливое детство и юность.
Его мать работала в доме Сафроновых приходящей два- три раза в неделю домработницей. И по стечению обстоятельств была еще и одноклассницей успешного адвоката. Выросший без отца, Федорцов, крайне болезненно относился к этому факту и постоянно приставал к матери с расспросами. И однажды, чтобы отвязаться от сына, она сказала, что его отец– одноклассник, соблазнивший ее на выпускном вечере, и показала фото в школьном альбоме.
Ей стыдно было признаться, что она не помнит, с кем была в ту ночь. Потому что, встречая традиционный рассвет, они достаточно интенсивно согревались спиртным. А Виктор Сафронов ей всегда нравился, но внимания на нее не обращал, и даже будучи хорошо навеселе, вряд ли соблазнился бы ее нетрезвым телом.
И какую же бурю ненависти всколыхнуло в благородном бастарде, коим себя считал Федорцов, известие, что человек, которого он обвинял во всех своих бедах, живет в одном с ним городе, а мать ему еще и прислуживает! Эта буря окончательно превратилась в смертельный торнадо, когда он увидел вместе дочку Сафронова Алену и Ярцева.