Ни одно животное не…
Шрифт:
— Все, договорился. Можно было бы организовать машину специально, но… В общем, долетите с ветерком и журналистом. Всего хорошего, — дежурный хлопнул Мангуса по плечу устремился в здание.
Мангус вздохнул и подошел к машине.
— Здравствуйте, — сказал он.
— Здравствуйте. Загружайтесь. Я уж думал — шишку какую-нибудь везти придется, — хохотнул член Гильдии журналистов. — Хотя, признаться, вас я где-то видел…
Мангус устроился на заднем сиденье и не успел даже толком захлопнуть дверцу, как
— Вы не расскажете мне, что там происходит? — спросил журналист, выруливая на площадь Змеи. — На всякий случай, чтоб знать, к чему готовиться.
— Я там еще не был…
— Ну не посылают же вас совсем вслепую, правильно? — резонно заметил журналист.
— Простите, я не расслышал, как вас зовут? — ворчливо осведомился Мангус, заталкивая патроны для двустволки в патронташ.
— Надо же, а я думал, меня все здесь знают, — рассмеялся журналист. — Я Кирк Ромхин, «Северный округ», — и он протянул Мангусу руку через плечо.
— А-а-а… Простите, действительно не признал. Я редко читаю газеты и еще реже смотрю фото тех, кто там пишет… если, конечно, автор не несет полную чушь — таких надо знать в лицо… Офицер Никлас Мангус, — представился страж, пожимая репортеру руку.
— То-то ваше лицо мне знакомо. Будем считать, что вы мне польстили… И все-таки — что там происходит?
Мангус протянул Ромхину фотокарточку. Тот озадаченно посмотрел на нее.
— Это что за пугало?
— Это пример того, по кому там ведется стрельба.
Ромхин присвистнул.
— Никогда ничего подобного не видел… Мутанты, наконец-то?
— Нет. Сервантес сказал — попытка создать живые организмы на базе скелетов.
— Чья?
Настала очередь Мангуса смеяться.
— Если вам удастся это выяснить, вы будете иметь почет и уважение!
Журналист снова хохотнул и вернул карточку:
— Ндэ? Ладно, держите свой вещдок. Надеюсь, мне разрешат там немного пощелкать. Утром не пустили… Я поэтому сюда и приехал, — он дернул головой назад, — ругаться. Посмотрим.
Они выехали на подозрительно пустую — даже несмотря на непрекращающийся дождь — Окружную, проехали немного по ее внешней стороне, свернули направо и по уже слегка запущенной дороге добрались до первого, административного, корпуса законсервированного завода. Мангус выглянул в окно.
Журналист остановил машину у поста рядом с проходной. К водительской двери подошел одетый в черный плащ с капюшоном спец из оцепления.
— Косьма Иванов, — представился он, поставив в фамилии ударение на «а», — Слушаю вас.
— Я — Кирк Ромхин, газета «Северный округ», — отозвался журналист.
— Офицер Никлас Мангус…
— Да, мы вас ждем, господа. Офицер Мангус, пойдемте со мной, — и журналисту, — Господин Ромхин, отгоните машину на стоянку, вон туда, дальше вас проводят.
— Надеюсь,
Иванов внимательно посмотрел на Ромхина.
— Мы должны это обдумать, — заявил он без улыбки.
Ромхин нырнул в машину, помахал Мангусу через стекло и поехал к стоянке.
— Журналист он, конечно, приличный… — Иванов не договорил и двинулся к проходной.
Мангус потащился следом. Иванов оглянулся и спросил:
— Вам помочь?
— Если можно, — он протянул офицеру «скорпион».
Иванов повесил винтовку на плечо, открыл алюминиевую дверь проходной, скинул с головы капюшон, прошел через турникеты и двинул налево.
— Так посуше, — пояснил страж.
Они прошли по длинному коридору и вышли на улицу. Под ногами захлюпало.
— Проклятая погодка, — ругнулся Иванов. — Мы этих тварей поначалу отстреливали сверху, — он ткнул большим пальцем назад, в сторону административного корпуса, — вроде без риска, но если долго тянуть, они начинают бродить по территории и обрастать.
— Чем?
Иванов пожал плечами.
— Шкурой. Руками. Ногами. Чем придется, даже головами. Убивать становится сложнее. Поэтому вот так, — он указал на хлипкие деревянные конструкции с брезентовыми навесами.
Они подошли к одной из таких конструкций. Иванов снял с плеча винтовку, поставил ее дулом вверх на деревянную подставку и усмехнулся:
— Будьте как дома. Только не очень рассиживайтесь, — он посмотрел в бойницу и проворчал: — А, уже идут…
Мангус в машине Ромхина успел зарядить только один магазин, поэтому он протянул Иванову сумку с патронами и спросил:
— Вы мне не поможете?
— Давайте, — отозвался Иванов. — Только свяжусь с вашим сканером.
Мангус хотел было поинтересоваться, кого он имеет в виду, но вспомнил объяснения Сервантеса, молча взял «скорпион», высунул дуло в бойницу и посмотрел на приближающихся в оптический прицел.
Два бледных урода неторопливо шлепали по грязи прямо на их редут. Один из них отличался непомерно длинными руками — левую, с огромной клешнятой кистью, он волочил по земле, — второй же напоминал фигурой напольные часы, перекошенные на левый бок, с торчащей на месте циферблата головой, сильно выдающейся вперед.
Рация Иванова затрещала и заквакала. Мангус вдруг почувствовал себя очень неуютно, словно ему за шиворот вылил еще один стакан холодной воды.
— Понял, — отозвался тот и сказал Мангусу, — длиннорукому в правый глаз.
Мангус хмыкнул, прицелился и спустил курок. Урод неловко взмахнул правой рукой и завалился. Страж перевел прицел на второго. Рация снова проснулась.
— Понял… Второго чуть левее головы, на уровне рта.
Мангус прищурился. Раздутая щека этого второго находилась как раз на линии выстрела.