Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Но в этот раз моя система не сработала. Во-первых, я была слишком уверена в себе. Во-вторых, эта Вероника не нуждалась в таком тонком подходе, все ее прелести были и так видны. Потому что она явно неладно скроена. Я люблю либо изящных девушек, а если уж у нее есть тело, то чтобы оно было как-то по-женски распределено. Чтобы это не было наляпано кусками где-то и как-то, а были талия, бедра, красивые ягодицы и вообще силуэт вырисовывался. Я на этом настаиваю, иначе женщина просто не женщина. А Вероника очень грубо скроена. Коротконогая, широкоплечая, и я бы не сказала, что полная, но ощущение какой-то громоздкости, неповоротливости. Но что в ней действительно ярко — если быть до конца откровенной — она очень дерзка в общении. Она не боялась высказываться, она не боялась громко говорить и открыто представляться даже не Вероникой, а Никой. Как богиня и некий фестивальный приз. Но она бы никогда, конечно, не посягнула на мою территорию, уж очень очевидно, что ей рядом со мной просто делать нечего. Если бы… Если бы она не пришла в сауну с женой Савельева Заремой, которая просто использовала ее. Конечно, это не сразу открылось, но у меня уже нет ни сил, ни пленки рассказывать вам все подробности этой интриги, расскажу только суть.

Итак, Зарема. С первой минуты моего появления в доме Савельева я ощущала ее неприязнь ко мне. Но она восточная женщина,

не то таджичка, не то киргизка, она никогда не проявляла этого. Говорят, что восточные женщины коварней восточных мужчин, я, конечно, не расистка, но в моем случае это подтвердилось. Хотя трудно было даже предположить, что она ненавидит меня до такой степени. Правда, если посмотреть на эту историю ретроспективно, то и Зарему понять можно. Что у нее за жизнь? Муж гений, это общепризнано, все им восхищаются, а про нее ни слова. То ли она есть, то ли ее нет, никто ее в упор не видит. Савельев каждые два месяца шумно влюбляется в новую девушку и тащит ее в супружескую постель, для него секс втроем и гарем — стиль жизни. Советская власть кончилась, и Зарема, как восточная женщина, возражать не смеет, не ехать же ей назад в Душанбе! К тому же у мусульман гарем в порядке вещей. И она разработала свою систему защиты: самых опасных, с ее точки зрения, конкуренток она сплавляет от мужа Мартину. А поскольку Мартин видит мир глазами Савельева, для него любая девушка, в которую влюблен Севельев, — идеал красоты и предмет обожания. Думаю, что в моем случае было то же самое. А я-то, идиотка, этого не понимала и удивлялась: как так? Савельев в меня влюблен, пригласил в аспирантуру, увел от Загоряева и вдруг своими руками отдал Мартину! Но оказалось, что все проще: Зарема с первого дня решила, что я для нее безумно опасна. Что я эдакая провинциальная тигрица, которая не просто переспит с ее мужем, но вообще заберет его. И она внушила и Савельеву, и Мартину, что я для Мартина идеальная пара. Я и умна, и красива, и все такое. То есть говоря по сути, это ей я обязана своим романом с Мартином. И все в ее системе сработало так, как было задумано, за исключением одного: Савельев, даже переключившись на других девушек, менее для Заремы опасных, меня не разлюбил ничуть. Когда я поселилась у Мартина, он от нас не вылезал. Он приводил к нам своих новых возлюбленных, он ел мои блинчики, он купался в нашем комфорте и обожании. А когда я ушла от Мартина, именно он внушил Мартину идею нашего воссоединения. И стал снова у нас бывать, бывать, бывать.

А Зарема решила, что я с ним сплю. Или возненавидела меня от ревности, потому что невозможно вынести восторги и комплименты, которые в течение двух лет расточает твой муж другой женщине! Обо всех своих других влюбленностях Савельев забывал через два-три месяца, они исчезали с Зареминого горизонта, как затонувшие лодки, а я — никак! И она использовала эту Веронику как торпеду для подрыва моего свадебного корабля. Она стала внушать ей, что Савельев, конечно, академик и гений, но уже старый и толстый, а вот Мартин — Мартин ей в самую пору. Он и молодой, и американец, и аристократ, и племянник сенатора, и с потрясающими перспективами. Он далеко пойдет, он может стать послом, министром, секретарем ООН. А я ему никакая не пара, я наглая и развратная, я лесбиянка и сволочь. А она, Вероника, лучше меня, чище, умней, талантливей.

Сколько нужно времени, чтобы убедить архангельскую девочку стать женой молодого и богатого американского дипломата? Зарема привела Веронику в сауну и буквально у всех на глазах подложила Мартину. Голенькую. Как это случилось?

Хотя в сауне несколько помещений — парилка, бассейн, раздевалка, бильярдная и прочее, — но на самом деле все голые и все на виду. Появляются Зарема с Никой, Зарему никто в упор не видит, а Савельев крутится возле Ники, купает ее в бассейне и вообще безумно хочет. А Мартин, глядя на это, тоже — автоматом. Потому что Савельев очень эмоционально ее превозносит, а у них с Мартином глубокие душевные связи. И я поняла, что тут никакой подстройки с переключением быть не может. Тем паче что Мартин меня избегает, я это звериным чутьем чувствую. Если я захожу в парилку, он выходит. Если я захожу в бассейн, он выходит. Я себе говорю: «Да Бога ради, пусть человек развлекается. Все-таки это сауна, все на виду, ничего страшного не случится, даже если Мартин и Савельев вдвоем эту Нику в бассейне полапают. А ночью я проведу подстройку с переключением, и на этом все кончится. То есть я поступила безумно беспечно, я же не знала Зареминых замыслов».

К тому же там был Илюша, очень классный мальчик, третий еврей в моей жизни. По-моему, он голубой, но такой нежный и родной, как котенок. И я не то что им увлеклась до беспамятства, но мы с ним танцевали, парились, плавали в бассейне. Он недавно вернулся из Израиля, где учился в школе для религиозных мальчиков. И он был трогательный, застенчивый. Мы с ним сидели, разговаривали, и вдруг я нечаянно подняла глаза и увидела Мартина. Он бежал. Вообще, в сауне считается неприличным, когда мужчины возбуждены и это видно. Есть некое негласное правило, как на нудистском пляже: если возбудился, ложись на живот и не показывай. А если возбудился в бассейне, когда купаешься или плаваешь, то подумай о мировой экономике и только потом выйди. А тут я вижу Мартина с безумными глазами и огромным возбужденным членом. И он пронесся мимо нас. Я поняла, что он меня просто не видит. Что делать? Порой приходится дать мужчине полную свободу. Если человек двинулся, если он затуманен, его нельзя трогать, это бесполезно, ты станешь врагом номер один. Дай ему выплеснуться, а потом действуй. И минут через пять Мартин подбегает ко мне уже с полотенцем на поясе, хотя то, что там дыбится под полотенцем, просто невозможно скрыть. И говорит: «Аленка, ты представляешь, Ника такая классная!» И стал про нее что-то рассказывать. Конечно, у меня некое раздражение возникло, я говорю: «Мартин, Бога ради!» И отвернулась. Он убежал. Но мое-то спокойствие уже нарушено, я ощущаю дискомфорт. Ревность — не ревность, но все смотрят и все все видят, а это нехорошо. Хотя я наверняка знала, что с Никой сейчас Савельев, а Мартин просто так сбоку козликом резвится, он никогда не покусится на девушку, которая нравится его кумиру и другу. К тому же мы с ним как-никак официальные жених и невеста. Тут вдруг опять возвращается Мартин, прерывает мой разговор с Илюшей, берет меня за плечи и говорит на ухо: мы будем заниматься любовью. И я, наивная, думаю: ну вот, настало мое время, он перевозбудился при помощи Ники, а я сейчас воспользуюсь результатом. А там куча комнат, и я думаю: только бы мне не угодить в комнату, где Савельев с Никой занимаются. И в таком своем романтическом сексуальном возбуждении и самодовольстве, что я такая мудрая — смолчала, проигнорировала, выждала и сейчас получу за это награду, — захожу в темную комнату и жду Мартина. Три минуты, пять минут — его нет. Ах, черт, думаю, я перепутала комнаты! Может, он ждет меня в какой-то

другой? Но где? И я начинаю очень интенсивно передвигаться по сауне в поисках Мартина. Моя женственность уже готова, она в состоянии начала, и я понимаю, что Мартин тоже в таком состоянии, только где он находится, непонятно. Мне эта сауна вдруг показалась тайгой какой-то. Стоят какие-то люди, каждый меня останавливает, заговаривает со мной, но у меня неотложная цель, и мне показалось, что я ищу час. Что это какой-то огромный дом, и я, как во сне, знаю, что где-то меня ждет мой любимый, а не могу его найти уже целую вечность. Настолько у меня время вытянулось. И я забегаю в душевые и вдруг вижу своего Мартина и эту Нику — они занимаются петтингом прямо под душем!

Это был публичный плевок, это была пощечина!

Они делали это при всех.

Я никогда не устраивала Мартину скандалов. И я никогда не буду мешать мужчине делать то, что он делает. Но для меня это было огромное оскорбление. И унижение самой последней степени. Потому что меня можно обзывать как угодно, сказать, что я глупая, последняя дура и прочее. Я это признаю, я скажу: «Хотя в принципе я умная, но в чем-то я все-таки, наверно, глупа». Но сказать, что я не женщина, — куда же пасть еще ниже? Ведь моя женственность — это единственное, что во мне было всегда! Что невозможно ни отнять, ни оспорить! Допустим, я некрасива, но я женщина! Допустим, я глупая, но я женщина! А тут было отобрано последнее!

И я пошла в общую комнату, где телевизор, села на диван и думаю: «Только бы не расплакаться и не наорать ни на кого». Хотя я обычно не кричу на мужчин. Но если я обижена чем-то, я делаюсь циничной и ехидной. Поэтому я приказала себе молчать. При том, что окружающие стали меня как бы жалеть. Это меня вскипятило, просто кидануло вообще вверх. Черт подери, меня жалеют! Да это же предел, тьма-тьмущая, это мое полное фиаско! Меня жалеют! Ко мне подходит хозяин сауны и говорит: «Знаешь, Алена, твой Мартин сволочь, но я тебя в обиду не дам». Потом подходит эта змея Зарема со своей улыбкой: не бери в голову, ты у нас все равно самая лучшая! А мне все эти похвалы… — да лучше бы они сказали, что так мне, дуре, и надо! Это бы мне больше помогло, это бы меня укрепило.

Короче, некоторое время прошло, я не успокоилась. И тут появляется Мартин, садится рядом, обнимает меня за плечи и говорит эдак интимно: «Алена, сейчас мы идем заниматься любовью втроем с Никой». Я развернулась и громко, так, чтобы все слышали, говорю: «Мартин, ты идешь, куда ты хочешь, я не иду никуда!» Эта фраза была настолько четко сказана, что все вокруг смолкли. Он побледнел: «Как ты смеешь со мной так разговаривать?» Я говорю: «Мартин, если ты еще минуту будешь касаться меня своими грязными руками, ты меня больше вообще никогда в жизни не увидишь!» Все молчат, но все всё видят и слышат. Я слегка разворачиваюсь к нему спиной, и его рука падает с моего плеча. Он встал и ушел. И тут я вижу сияющие глаза Заремы. Я начинаю что-то соображать, но мне уже на все плевать, меня понесло, я ушла на кухню и стала пить. Хотя я пью очень редко или практически никогда. Но тогда я понимала, что что-то нужно сделать, как-то себя разрядить и выразить.

Я не знаю что потом происходило в сауне, я была на кухне. Ко мне пришла моя подруга Наташа, единственная, с которой Мартин еще не спал, и мы с ней просто поговорили от души о том, что меня снедало. Потом все вышли из сауны огромной толпой. Было очень поздно. Не было ни автобусов, ни метро, это было в три или в четыре утра. Все стали ловить такси, а мы с Наташей ушли вперед. Светало, было раннее утро. Я оборачивалась с глазами, как у раненого быка, и видела, что он идет под ручку с этой Никой. Меня от этого колотило, как ненормальную. Я не ревела, я была в ярости. Я шла и громко говорила Наташе, что я ненавижу Савельева, потому что он подкладывает своим друзьям этих чертовых аспиранток. Зачем ему это надо и чего ему не хватает? Все в таком духе. Это продолжалось всю дорогу, я была в состоянии аффекта. Впервые в жизни я лишилась своей мудрости, терпения и так ярко, при всех, сжигала себя. И тут Зарема подкладывает мне вторую свинью. Она рассказывает Савельеву, что я матерю его на весь Мичуринский проспект. А дорога-то длинная, мы шли по ней, заворачивая к трамвайному кругу и надеясь поймать первый трамвай. Мартин все шел за ручку с Никой. И тут меня догоняет Савельев. Хватает за плечи и разворачивает к себе. И я вижу, что он тоже в ярости. Он на меня: что ты несешь? как ты смеешь? Я на него: «Знаешь, Павел, пошел ты к черту! Плевала я на твою аспирантуру и на твоих аспиранток!» И толкаю его в живот. Но он сильный, он меня не отпускает. Я его отталкиваю, я вырываюсь, мы с ним практически деремся. И он видит, что я просто в невменяемом состоянии, он говорит: успокойся. А я не могу. Тут подбегает Илюша и говорит: только не деритесь! А я уже не способна остановиться, у меня истерика, сопли и слезы. И тогда Савельев сделал то, что я когда-то сделала с маленьким «эпилептиком», сыном хозяина сауны. Он меня прижал к себе крепко-крепко. Я еще, как маленький ребенок, колошматила его в живот кулаками, пытаясь вырваться. Но поняла, что это уже смешно. И выдохлась. А он впервые визуально увидел, что мне плохо. Никогда это раньше так явно не проявлялось. Он говорит: «Все, успокойся. Давай разберемся. На самом деле я эту Нику держал для себя. Она мне безумно нравится. И вдруг я вижу, что Мартин, как десантник, прыгает к ней в бассейн и начинает ее охаживать. Я, конечно, со своим животом не могу с ним сравниться. А Ника на него клюет. Ты понимаешь, как мне обидно? Я ее в Архангельске нашел, я ее в Москву вытащил, она для меня свет в окошке, а он таким наглым образом просто выдрал ее у меня из зубов! А ты говоришь, что я ее подкладываю!»

И вот мы стоим вдвоем и ревем. Потому что мы с ним одинаковы и оба оказались в дерьме.

Но это еще не был конец. Я пришла домой и легла спать. Я была как в тумане, руки какие-то ватные и все тело разбито, как отбивная. Это физиология, потому что после стресса человек размякает. Потом явился Мартин, стал что-то рассказывать, а я пыталась ему объяснить, как он меня обидел. Он сказал: да что ты! Да ты там лучше всех! Просто бывают такие моменты… И как-то он меня в ту ночь успокоил, и мы опять занимались любовью, но утром у меня не было ощущения, что все прошло. Казалось бы — подумаешь, Мартин в очередной раз кого-то трахнул, что ж такого? Все равно мы с ним женимся через полгода. Но он убежал на работу, а я осталась наедине со всем тем, что было вчера. И — с телефоном. Который, конечно, включился в десять утра и звонил весь день. Потому что всем нужно было выразить мне свое сочувствие и подлить масла в огонь. Какой Мартин негодяй, как это было, Ника моих подметок не стоит, Савельев меня надул, они с Заремой уже давно Мартину эту Нику подкладывают. И так далее. Но постепенно из массы деталей стала вырисовываться некоторая картина. Оказывается, они сношались в бассейне, пока я пила на кухне какой-то дурацкий пунш. Второе: Ника меня ругала за мою грубость, а он с ней шел то под ручку, то за ручку и переубеждал ее, говорил, что я хорошая. То есть он не бросил ее и не сказал: «Заткнись, такая-сякая», и не побежал за мной.

Поделиться:
Популярные книги

Невеста инопланетянина

Дроздов Анатолий Федорович
2. Зубных дел мастер
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
альтернативная история
5.25
рейтинг книги
Невеста инопланетянина

Идеальный мир для Лекаря 23

Сапфир Олег
23. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 23

Единственная для невольника

Новикова Татьяна О.
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.67
рейтинг книги
Единственная для невольника

Инквизитор Тьмы 5

Шмаков Алексей Семенович
5. Инквизитор Тьмы
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Инквизитор Тьмы 5

Вторая невеста Драконьего Лорда. Дилогия

Огненная Любовь
Вторая невеста Драконьего Лорда
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.60
рейтинг книги
Вторая невеста Драконьего Лорда. Дилогия

Восхождение язычника 5

Шимохин Дмитрий
5. Проснувшийся
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Восхождение язычника 5

Ученик. Книга третья

Первухин Андрей Евгеньевич
3. Ученик
Фантастика:
фэнтези
7.64
рейтинг книги
Ученик. Книга третья

Прорвемся, опера!

Киров Никита
1. Опер
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Прорвемся, опера!

Гоголь. Соловьев. Достоевский

Мочульский Константин Васильевич
Научно-образовательная:
философия
литературоведение
5.00
рейтинг книги
Гоголь. Соловьев. Достоевский

Альда. Дилогия

Ищенко Геннадий Владимирович
Альда
Фантастика:
фэнтези
7.75
рейтинг книги
Альда. Дилогия

Хозяйка лавандовой долины

Скор Элен
2. Хозяйка своей судьбы
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.25
рейтинг книги
Хозяйка лавандовой долины

Идеальный мир для Лекаря 15

Сапфир Олег
15. Лекарь
Фантастика:
боевая фантастика
юмористическая фантастика
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 15

Неомифы

Неделько Григорий Андреевич
Фантастика:
научная фантастика
5.00
рейтинг книги
Неомифы

Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Марей Соня
1. Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор
Фантастика:
фэнтези
5.50
рейтинг книги
Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор