Новый Завет: культурно-исторический контекст
Шрифт:
11:16. Упоминаемый здесь «начаток» — аллюзия на «начатки теста» для хлебного приношения в Чис. 15:20,21; они освящают все приношение; Израиль был «начатком плодов», святыней Господней (Иер. 2:3), и Бог не забыл Свой замысел относительно него. Однако главная тема 11:17–24 заключена в следующей иллюстрации, приведенной Павлом (корни и ветви). (Смешанные метафоры были обычны для древней литературы.)
11:17–24. Язычники имели возможность и действительно приобщались к Божьему народу в Ветхом Завете (напр., Руфь, Раав, стражи Давида и др.), хотя и составляли явное его меньшинство. Теперь же христиане из язычников стали по численности превышать христиан из иудеев и начали забывать свою причастность
Израиль иногда изображался как дерево, корнями которого были патриархи (Авраам, Исаак и Иаков). В противовес традиционному еврейскому учению, Павел утверждал, что необрезанные язычники могли стать частью народа Божьего через веру в еврейского Мессию (гл. 4). Теперь он напоминает язычникам, что они должны уважать еврейский народ, который привел их к вере. Еврейские ветви было легче снова привить к дереву истинной веры, чем языческие, поскольку язычникам, которые поклонялись идолам до своего обращения, было труднее понять веру, которую они ныне принимали. Как и другие еврейские учителя того времени, Павел не рассматривает персональное спасение как твердо гарантированное с человеческой точки зрения, если сам человек не устоит до конца. Прививка деревьев (прививка побега одного дерева на другое) известна и из греко-римской, и из еврейской литературы. Иногда побег (привой) дикой маслины прививался к садовому дереву, которое приносило мало плода, чтобы укрепить дерево или спасти ему жизнь. Ветви, не приносившие плода, отсекались, а новые ветви считались привоем «не по природе».
11:25–32 Грядущее спасение Израиля
Бог обещал, что когда-нибудь весь Израиль (выдержавший великие испытания верный остаток) снова обратится к Нему (Втор. 4:25–31; 30:1–6); в это время Бог приведет все к концу (напр.: Ос. 14:1–7; Иоил. 2:12 — 3:2). Как явствует из отраженного здесь представления Павла о конце времен, это событие будет связано с обращением Израиля к Богу.
11:25. Некоторые ветхозаветные пророки предсказывали распространение свидетельства Бога среди язычников; поскольку окончательное "покаяние Израиля должно произойти в конце времен, Бог задерживает это его последнее покаяние до тех пор, пока не будет собран верный остаток язычников (ср.: Мф. 24:14; 28:19,20; 2 Пет. 3:9).
11:26,27. Будущее спасение Израиля постоянно обсуждается ветхозаветными пророками, но здесь перед нами один из немногих "новозаветных отрывков, где тоже говорится об этом. Еврейские учителя обычно говорили, что «весь Израиль спасется», но затем начинали перечислять израильтян, которые не будутспасены; таким образом, в этом выражении подразумевается «Израиль как единое целое (отнюдь не обязательно включая каждого израильтянина) будет спасен». Другими словами, подавляющее большинство сохранившегося верного остатка евреев обратится к вере в Христа. Павел основывает этот вывод на тексте Ис. 59:20,21: остаток Иакова, который отвратится от греха, будет спасен в пришествие нового Искупителя, когда Он наделит их Своим Духом (в пересказе Павла, как было принято передавать цитаты в древности).
11:28,29. В отличие от некоторых современных комментаторов, Павел считает, что Бог не отменил Свои обетования народу Израиля, а только отложил их исполнение (ср.: Втор. 4:25–31); Бог по-прежнему верен завету с «отцами» (Втор. 7:8). Большинство читателей сегодня придерживаются одной из двух точек зрения: Израиль и Церковь представляют собой раздельные и непримиримые общности, хотя Израиль будет восстановлен; христиане стали истинным Израилем, а этнический Израиль больше не входит в планы Божьи. Павел отвергает обе эти крайности, считая, что этнический Израиль как единое целое в конце времен обратится к своему завету с Богом, присоединившись к верному остатку из евреев и других народов.
11:30–32. Здесь Павел утверждает, что все люди согрешили, и все народы
11:33–36 Прославление Божественной премудрости
Как и авторы ряда эллинистических еврейских документов, Павел завершает этот раздел славословием(doxology), прославлением Бога. Используя образы Ис. 40:13 и Иов. 41:3 (о власти Бога над творением), Павел возносит хвалу премудрости Бога, явленную в Его замысле истории, которая выстроена так, что спасение оказалось доступным всем народам (гл. 9—11).
Философы-стоики считали, что Бог управляет всем сущим и что все сущее в конечном итоге растворится в Нем. В таком контексте слова Павла в 11:36 означают совсем другое.
12:1–8 Служите друг другу
Заложив богословское основание для примирения в римской церкви (гл. 1—11), Павел переходит к практическим рекомендациям. (Некоторые другие древние назидательные письма построены аналогичнымобразом.) Он подчеркивает, что воля Божья побуждает верующих рассуждать разумно: признавать равноправие всех членов единого организма церкви и использовать дары каждого для построения единого тела церкви.
12:1. В древнем иудаизме и в ряде философских школ понятие «жертва» часто использовалась иносказательно для обозначения жизни, посвященной служению, так что читатели Павла едва ли могли не уловить здесь его мысль. Говоря о «разумном служении», Павел подразумевает служение священников в храме, а призывая к «обновлению ума», он показывает, каким должен быть надлежащий образ мыслей (как в 12:2,3). «Благоугодными» назывались жертвы в Ветхом Завете; о жертвах Богу люди нередко говорили как о «святых»; но определение «живая», использованное по отношению к жертве, придает метафоре особую выразительность, представляя жертвенный стиль жизни как повседневную практику.
12:2. Для иудаизма характерно представление, что в этом мире господствуют злые силы, но в веке грядущем все народы признают власть Бога. Здесь Павел дословно говорит следующее: «Не подстраивайтесь под век нынешний». В отличие от оргиас-тических греческих культов, подавлявших разум, и бездушного ритуального формализма большинства римских и многих греческих государственных культов, в учении, которое проповедует Павел, важнейшая роль отводится разуму: те, кто различает, что благо, угодно и совершенно, смогут познать Божью волю.
Авторы еврейских книг мудрости и греческие философы согласились бы с призывом Павла к обновлению ума; они понимали, что ценности, которых придерживается человек, определяют образ его жизни. Но Павел обосновывает необходимость этого обновления иначе, чем они: он говорит о ставшей доступной новой жизни во Христе, тогда как в иудаизме подобная жизнь ожидалась только в веке грядущем.
12:3–5. Тезис о том, что каждому классу общества свойственны определенные функции как отдельным членам человеческого организма, издавна обсуждался философами, которые защищали статус-кво в государстве; философы-стоики также использовали метафоры головы и тела по отношению к Богу и Вселенной, соответственно. Но Павел, вероятно, был первым, кто предложил, чтобы каждый член религиозной общины имел определенные функции в рамках единого организма церкви, и кто упразднил обычное разделение на жречество и мирян, присущее большинству древних религий. Говоря о том, что каждый член церкви обладает определенной «мерой веры», соответствующей тому или иномупредназначению (12:6–8), Павел утверждает многообразие в единстве. В гл. 14 он применит этот принцип к межнациональному конфликту в церкви (см. введение).