Обратная сторона маски
Шрифт:
— Не окажете мне честь потанцевать с вами, пока готовится обед?
Вот влипла… Если бы он хотя бы не вставал. Если откажу — поставлю барона в глупое положение, не откажу — сама в нем окажусь. Я хрипло прокашлялась, на секунду отвела глаза, пытаясь сделать взгляд как можно более трогательным, и полным огорчения голосом произнесла:
— О, ваша милость, простите… Сегодня днем я так неудачно подвернула ногу. Боюсь, танцы мне сегодня противопоказаны. — На лице Люцина начало проступать кислое выражение, и я поспешила оптимистично добавить: — Но я слышала, в вашем доме ежедневно даются
Барон расслабился, присел обратно и снова махнул рукой музыкантам. Я перевела дух и из-под стола показала кулак, не сомневаясь, что Сорби его заметит. Боковым зрением увидела, как мужчина чувственно изогнул губы в ответ на мою угрозу, затем повернулся к своей девушке.
— Расскажите мне о себе, — томно произнес барон, наливая мне вина.
Надо же — даже не заметила, когда его принесли. Охотно схватилась за бокал и сделала глоток. К концу вечера я должна быть «изрядно пьяна». Впрочем, благодаря Джеку в голове шумело и без алкоголя.
— Да вы, вероятно, и сами все знаете, — кокетливо отозвалась я, припоминая, что сегодня днем рассказывала Сирана. — Живу с отцом. Мать умерла много лет назад, когда я была совсем маленькой…
Больше всего хотелось увидеть, что сейчас делает Джек. Но под пристальным взглядом барона смотреть в сторону другого мужчины было бы не самым умным решением. Я постаралась прислушаться… и нахмурилась. Машинально рассказывая барону о жизни Сираны, кокетливо отвела глазки, глядя на соседний столик. Девица склонила голову к самому плечу своего спутника, и Джек активно шептал ей на ушко какие-то милые комплименты. Темные, блестевшие в неярких отсветах огня джокеровские глаза при этом не отрываясь смотрели на меня. Меня очередной раз обдало волной жара.
«Ревность — чувство недостойное», — напомнила я сама себе, но легче от этого не стало. Должно же быть разумное объяснение — может, это очередная его тетушка… Тем временем мужчина взял свою спутницу за руку и принялся медленным ласкающим движением поглаживать ее ладонь. Не в силах оторвать взгляда, я бездумно потерла пальцами запястье и тут же одернула руку, заметив насмешливый понимающий взгляд.
— …и что было дальше? — раздалось с другой стороны.
Подавив комок в горле и с трудом переведя дыхание, я снова рассеянно уставилась на барона.
— Ну вы переехали в столицу…
— Ах да… простите, задумалась. — Я практически залпом допила вино, подставляя бокал для новой порции. Во влажных глазах появилось расслабленное выражение, приходящее вместе с легким опьянением. Я вдруг расстроенно вздохнула, а на ресницах блеснули слезы. — Знаете, мне так грустно. Мой отец очень болен… — Я трогательно посмотрела в глаза Люцина, ища поддержки и сочувствия. — Только это секрет, никто не должен знать. Он может умереть в любой момент…
Я помяла в руках складочку на скатерти, печально опустив голову. И эмпатически ощутила радость барона. На самом деле отцу Сираны абсолютно ничего не угрожало. Но сейчас эта уловка была к месту — целое наследство гораздо привлекательнее приданого.
Барон будто невзначай пересел поближе ко мне, пытаясь утешить, положил ладонь мне на руку и
— …вы поражены? Думаете, так не бывает? — промурлыкал сидящий рядом красавчик. — Странно, обычно именно девушки верят в любовь с первого взгляда.
Я уставилась на собеседника. Он что же, в любви мне признался? А я все пропустила?.. Скромно потупила глазки. Барон придвинулся еще ближе, опять взяв меня за руку. Надеюсь, Сорби не устроит здесь показательные выступления — обещал же не вмешиваться! К счастью, нам принесли заказанные блюда, и моему новоявленному поклоннику пришлось немного отодвинуться.
Следующие полчаса прошли относительно мирно. Мы с Люцином беседовали на отвлеченные темы. Его баронская милость вел себя в меру корректно, лишь изредка пытаясь взять за руку либо слишком уж томно посмотреть в глаза, но зато с завидной регулярностью доливал мне вино, невзирая на слабые протесты и пьяненькие похихикивания. И только я, как ни старалась сосредоточиться на собеседнике, упорно косила глазом в сторону Сорби, каждый раз натыкаясь на волнующий немигающий взгляд. В неярком свете свечей Джокер выглядел особенно хорошо. В одной руке он держал неизменный бокал, в котором переливались темно-бордовые искры вина, другой все время касался партнерши — ее волос, спины, даже губ, вызывая во мне ответную реакцию. Я не скрывала ни учащенного дыхания, ни хриплых ноток в голосе, ни румянца, и барон цвел от удовольствия, приписывая себе заслуги Джека.
Тарелки с нашего стола унесли. Официант повторно сунул мне в руки огромный фолиант, именуемый здесь меню. Заслонившись от Люцина, очередной раз украдкой посмотрела на Джека. Тот перехватил мой взгляд, слегка отсалютовал бокалом и сделал небольшой глоток. Губы на мгновение окрасились красным, но мужчина сразу же слизнул оставшиеся капли. На секунду я тоже ощутила во рту терпкий, пьянящий вкус и незаметно облизнулась. Показалось? После чтения мыслей я уже ничему не удивлялась — может, и правда почувствовала вкус вина из бокала Сорби… Все интереснее и интереснее… «Какие еще сюрпризы меня сегодня ждут?» — подумалось.
В этот момент Джек неожиданно поднялся, подал руку своей спутнице и, не оборачиваясь, удалился. Я разочарованно посмотрела вслед. Какое-то время еще ощущала его, видимо, мужчина вышел на улицу, затем связь резко прервалась. «Ушел через портал», — констатировала я. В ресторане сразу стало пусто. Зато перед глазами продолжала стоять картинка — Джокер, ласкающий сидящую рядом девушку и смотрящий при этом на меня. Я устало прикрыла глаза, голова закружилась, во рту снова пересохло. Боже Ари… Джек, что же ты со мной делаешь…