Одиссея адмирала Кортеса. Тетралогия
Шрифт:
– Все, закончили. Наши потери - "двухсотых" нет, шестеро "трехсотых". Взяли восемьдесят восемь пленных. Из тех, что сразу оружие побросали и сами сдались. Всех борзых зачистили. Разведка пошла дальше в лес, вдруг кто удрал.
– Офицеры среди пленных есть?
– Один.
– Кто?
– Наш старый знакомый - обер-лейтенант фон Альтхаус.
Леонид и Карпов удивленно переглянулись.
– Вот живучий крендель!!! И что теперь с ним делать? Вдруг, через неделю у него крыша поедет?
– Отдадим Матильде... для опытов. Пусть поэкспериментирует. А там, глядишь, если крыша не поедет, то может и для дела куда приспособим, как и остальных. Раз сложили оружие, то пусть пашут на благо Русской Америки, и забудут про "жизненное пространство". Женим их на русских
БМП и морская пехота проследовали к месту своей постоянной дислокации, а уцелевших пленных доставили в форт Южный. Матросам и унтерам оказали необходимую медицинскую помощь и заперли пока что под замок, а вот со старым знакомым Леонид и Карпов очень хотели побеседовать лично. И когда его ввели в кабинет, с интересом стали разглядывать счастливчика, которому пока что удавалось обманывать Судьбу. Во время артобстрела он отделался лишь царапинами и не стал геройствовать, когда увидел надвигающееся на него железное чудовище на гусеницах. Доставивший пленного лейтенант передал также и презент от Ковальчука - взятые в бою трофеи. Копия немецкой карты острова, два превосходных цейсовских бинокля и два знаменитых Р-08 - морские пистолеты "Парабеллум" с удлиненным стволом. Убрав пока трофеи в стол, Леонид посмотрел в глаза немцу, но тот не проявлял признаков страха. Наоборот, смотрел на своих врагов с плохо скрытым любопытством. Пауза затянулась, и Леонид первый нарушил ее, обратившись к пленному на немецком.
– Доброе утро, герр обер-лейтенант. Не утруждайте себя английским, можете говорить на родном языке. Мне хотелось бы узнать причины вашего ночного пикника в столь необычном месте.
– Доброе утро, герр... коммандер. Давайте не будем разыгрывать комедию друг перед другом. Думаю, что причины этого "пикника" Вам хорошо известны.
– Хорошо, давайте не будем. Не можете мне сказать, что собирается делать дальше ваш командир - фрегаттен-капитан Эрих Келлер?
– Увы, герр коммандер, он не поставил меня в известность о своих дальнейших планах. Я кстати тоже хотел бы спросить у Вас. Это ваш обычай ведения войны - добивать раненых и не брать пленных?
– Да, герр обер-лейтенант, это наш обычай. Нам не нужны пленные. Во всяком случае те, которые не сдаются сами сразу. А если враг не сдается - его уничтожают. Что касается тяжело раненых, то в этих условиях они просто не выживут. И обрекать их на излишние страдания просто негуманно. Если бы речь шла о н а ш и х раненых - другое дело. Но в а с сюда никто не звал. Вернее звал, но как друзей. Мы не хотели войны с вами - людьми из нашей эпохи. И объединив наши усилия, мы бы добились очень многого. Вы же этого не захотели и собирались установить здесь свои порядки, прибрав к рукам все, что мы создали за два года. А нам бы, в лучшем случае, предложили роль мальчиков на побегушках. Так какие у Вас могут быть к нам претензии?
– Герр коммандер, давайте не будем пытаться обмануть друг друга. После всего, что я тут увидел, я убежден - вы не из нашей эпохи.
– А из какой же?
– Не знаю. Но ваше техническое развитие явно опережает наше.
– На основании чего Вы так решили?
– Начнем с нашей первой встречи, когда мы познакомились. Мы подошли к борту вашего парохода и пока находились рядом, я его хорошо рассмотрел. Помимо необычной архитектуры, его корпус не имеет ни одной заклепки, а листы обшивки соединены непонятным способом, как будто сплавлены краями друг с другом. Стрельба ваших малокалиберных пушек с расстояния в одну милю была выше всяких похвал. Точность просто изумительная, как и пробивная способность снарядов. Но это пока все из области возможного и допустимого. Мало ли какие экспериментальные артсистемы создали в САСШ и какие необычные суда там строят. Я читал, что есть способ соединения металлических листов путем расплавления соединяющихся поверхностей, но в судостроении он нигде не применяется. Ни в Европе, ни в САСШ. Хотя, повторяю, теоретически это возможно. Мало ли какой эксперимент в судостроении решили провести американцы. Но меня очень удивил еще один факт. По внешнему виду обшивки вашего судна ясно, что
Леонид и Карпов переглянулись. Немец-то явно не тупой солдафон, а может логически мыслить. Перейдя на русский, решили посоветоваться.
– Башковитый и наблюдательный крендель попался... Не ожидал.
– А я тебе о чем говорил? Немцы как увидели наш пароход вблизи, так сразу поняли, что здесь дело нечисто. Откроем ему часть правды до известных пределов? Раз жив остался и своим умом дошел? Глядишь, может и сможем какую-то пользу из него извлечь. Все равно, с Тринидада он теперь никуда не убежит.
– Можно попробовать. Один хрен собирались его Матильде отдать. Пусть у него в мозгах как следует покопается. Сможет для дела приспособить - хорошо. Не сможет - память сотрет, или просто грохнет. Такого умника опасно держать, если он против нас что-то замыслит...
Посовещавшись, Леонид достал из ящика стола толстую папку и передал пленному.
– Прочтите это, герр обер-лейтенант. У Вас исчезнет ряд вопросов, но появится много новых. Потом и поговорим.
– А что это, герр коммандер?
– Копия дневника Вашего сослуживца на "Карлсруэ" - капитан-лейтенанта Ауста, а также подборка наиболее интересных событий в мире после того, как вы вышли из Виллемстада на Кюрасао. Вас сейчас накормят, а потом можете заняться чтением. Время не ограничиваю. Если что-то понадобится, постучите в дверь и скажете охраннику. Они все знают английский.
– Простите, герр коммандер, но Вы ошиблись. Ауст - обер-лейтенант, а не капитан-лейтенант.
– П о к а еще обер-лейтенант. Читайте и все поймете...
Когда офицера увели знакомиться с материалами из будущего, Леонид и Карпов поднялись на стену форта, чтобы получше рассмотреть противника, заодно опробовав трофейную оптику. Немецкая оптика начала ХХ века оказалась выше всяких похвал. Не то, что китайско-малазийско-турецкая поделка начала XXI.
– Да-а, мой команданте, теперь понимаю, почему цейсовскую оптику хвалили...
– А что Вы хотите, герр Мюллер? Цейс - он и в Африке Цейс.
– Далеко ушли... А почему колбасники так резко драпанули? Даже повоевать не захотели?
– Потому, что эта консервная банка не для боя. "Карлсруэ" - быстроходный охотник на безоружные, или слабо вооруженные торговые суда. Артиллерийскя дуэль с хорошо укрепленными береговыми батареями, или даже несколько более сильным противником на море ему противопоказана. Его единственное преимущество - скорость. Броневой пояс слабый, и тот не по всей ватерлинии, вооружение - только безоружных "купцов" гонять, да от эсминцев отбиваться, если те начнут целой сворой преследовать. Все, что он может - это нашкодить ночью и удрать, пока не поймали. В принципе, что его коллега "Эмден" в Мадрасе и Пенанге хорошо продемонстрировал. Пока сам более сильному противнику - австралийскому крейсеру "Сидней" не попался. На этом его триумфальная эпопея и закончилась. Вот Келлер и рванул от нас, когда ему в борт восьмидюймовый "чемодан" прилетел. Потому, что хорошо понимает - его жестянке много не надо. Еще одно такое же, но более удачное попадание, и он может хода лишиться. А даже если и не лишится, то ремонтироваться ему сейчас все равно негде.
Сердце Дракона. Том 12
12. Сердце дракона
Фантастика:
фэнтези
героическая фантастика
боевая фантастика
рейтинг книги
Гимназистка. Клановые игры
1. Ильинск
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
рейтинг книги
Предназначение
1. Радогор
Фантастика:
фэнтези
рейтинг книги
