Охота на василиска
Шрифт:
— То есть ты хочешь сказать, что это он вас позвал?
— Не, позвала Мышка! Это ее идея была, — сказала Катя. — А пакетики лежали у Егора! Но там две упаковки было, то есть на шестерых. Классная сначала заложить нас хотела, а Артем ей такой говорит: «А мы скажем, что это вы нам дали, вас посадят!». Она чуть не разревелась…
— Да погоди ты со своей классной! — повысила голос Ксю. — Ты мне лучше скажи, Егор пакетики достал — и вы раскурили?
— Ну да, — удивилась Катя, — а чего тянуть-то?
— Ничего не понимаю, — почесала нос Ксюша. —
Прозвенел звонок, Катя попыталась уйти, но Ксю заступила ей дорогу.
— Слушай, — разозлилась Катя, — да ничего я не знаю! И следаку уже сто раз это сказала. Тебе еще сказать? Глухарь в юбке!
Катя отпихнула Ксюшу и быстро пошла к кабинету.
Глава 11. ГЛУХАРЬ В ЮБКЕ
Ксюша наворачивала третий круг по маршруту «дом — магазин — школа — дом». На ходу думалось лучше. Она ни секунды не сомневалась, что Егор не убийца, но не имела ни малейшего представления, как это доказать.
Вдруг ее окликнули:
— Красавица! Чего бродишь! Давай к нам! Наливаем!
Ксю покосилась на компанию, которая традиционно торчала у подъезда дома Егора. Ребята все молодые, но уже синие от водки. Целыми днями тут ошиваются, не работают. Откуда только деньги берут?
«А где спайсы берут? — подумала Ксюша. — У нас в классе этим Данька занимается. Но это не он».
Ксю вернулась домой, влезла в интернет и по элементарному запросу выяснила, что в их родном городе купить любую наркотическую дрянь не проблема. То есть вариантов столько, что бессмысленно гадать, где именно Егор подхватил отравленные пакетики. Понять бы, зачем он это сделал…
А Мышка? Похоже, покурить было ее инициативой. Девчонки говорят, что она все повторяла, что «теперь-то он узнает». Кто он? Что узнает? Может, она Егору что-то хотела доказать? Но тогда бы она к нему обращалась, говорила бы: «Теперь ты узнаешь!». Может быть, папе? Она последнее время с ним в контрах была. Вполне могла назло папе устроить показательное курение, чтоб не думал, что она маленькая. Это, конечно, бред, но то, что Мышка была влюблена в Стаса, не меньший бред, так что стоит проверить.
Сначала Ксюша хотела позвонить маме Дианы, но быстро отмела эту идею. Подумала, что это не по-человечески. Поэтому она собрала волю в кулак и опять отправилась к Мышке в гости.
Домофон не работал, она сразу поднялась на этаж. В дверь квартиры звонить пришлось долго. Если бы Ксюша с улицы не увидела свет, который горел на кухне, она бы уже давно развернулась и ушла. А так ждала и звонила. Ждала и звонила.
Дианина мама открыла минут через пять. И у Ксюши на глаза навернулись слезы.
— Ксюша? — равнодушно сказала мама. — Прости, я не слышала. Напилась
Ксю аккуратно протиснулась в коридор. Дианкина куртка на вешалке заставила вздрогнуть.
— Егора посадили, — выпалила Ксюша, стараясь на смотреть на куртку.
— И Егора? — равнодушно спросила мама Лена.
— А кого еще? — удивилась Ксю.
— Мужа. На семьдесят два часа. Но вроде бы должны сегодня выпустить.
— Егора подозревают в убийстве, — тихо сказала Ксюша, — якобы он яд в спайс закачал.
— Не может быть, — отмахнулась мама и медленно пошла на кухню, — он же ее домой привел и сидел тут с ней, пока я не пришла.
Ксюша двинулась за ней.
— А вы можете позвонить следователю и сказать, что Егор ни при чем?
— Могу, — сказала тетя Лена таким безразличным тоном, что Ксю тут же добавила:
— Завтра, когда выспитесь.
— Могу и завтра…
Мышкина мама остановилась посреди кухни и нахмурилась.
— А ты не знаешь, зачем я сюда пришла?
— Может, — осторожно сказала Ксюша, — чаю попить?
— Чаю… — без выражения повторила тетя Лена. — Попить…
— Извините, — сказала Ксю, — я лучше завтра зайду.
— Ладно, — мама Мышки вдруг посмотрела на гостью с проблесками интереса в глазах. — А ты зачем приходила?
Ксюше стало зябко, она лихорадочно подбирала слова, когда в дверь позвонили.
— Я открою! — почти крикнула Ксю, хотя тетя Лена и не порывалась бежать к двери.
Открыла, даже не посмотрев в глазок. На пороге стоял Мышкин папа и тупо смотрел на ключи в своей руке. Сейчас он очень походил на свою жену. Страшно походил.
— Я забыл, какой ключ, — с трудом выговорил он и вошел.
Дальнейшее напоминало сцену из фильма про зомби. Папа медленно снимал ботинки и что-то бормотал про камеру, про то, что он не спал почти. Мама стояла, прислонившись к стене, и смотрела на него, как на постороннего человека. Ксю словно приросла к месту, не могла сдвинуться, пока Мышкин папа не расплакался. Не так отчаянно, как тогда, в школе, а тихо-тихо, как маленький мальчик.
— Я все думал… — говорил он жене, — это ведь я виноват… Я Дианку только воспитывал… Ну… как воспитывал… Говорил, что надо и что не надо… А сам… Я ведь даже не мог вспомнить, в каком она классе, «А» или «Б»… Не знал, есть ли у нее мальчик. У нее же есть, да?.. Был?
— Давай я пока ужин сделаю, а ты в душ, хорошо? — тихо сказала тетя Лена.
Она вытерла слезы ладонью, папа кивнул и с отчаянной надеждой смотрел в лицо жены.
— Ты не виноват, — тихо сказала она, — ты правда не виноват…
Только теперь Ксюша смогла сбросить оцепенение и тихонько, не попрощавшись, вышла из квартиры.
Пока она бежала домой — реально бежала, как на стометровке — холодный апрельский ночной ветер сдул слезы. А заодно проветрил голову. «Надо самой разобраться во всем, — повторяла Ксю. — Надо полазить по Мышкиной странице. Егора надо вытаскивать. Если не я, то кто?»