Осенние дивертисменты
Шрифт:
– Мадам, – начал элегантный француз, – видите ли, эта милая женщина в окошке говорит о невозможности продажи билета, поскольку погодные условия в Мстиславске не отвечают требованиям безопасности полётов.
– А как же быть?
– Нам не повезло. Мне самому необходимо попасть в Мстиславск и желательно завтра, поскольку в России начинается запой по поводу праздника великой ноябрьской революции.
– Боже мой, – округлила глаза несчастная путешественница, – у них опять революция.
– Нет мадам, у них опять запой. Впрочем, есть альтернативный вариант. Ехать поездом. Это несколько дольше, но вероятно надёжней.
– А
– Думаю, что вам не удастся более встретить золотозубую красавицу.
– Вы хотите сказать, что меня обокрали?
– Я хочу сказать, что вы перестали быть обладательницей пятисот долларов, золотого кольца и чемодана.
– Может сообщить в полицию?
– Если хотите задержаться в Москве на месяц, можете написать заявление.
– Ну, уж нет.
– Тогда пройдёмте. Меня кстати зовут Поль. Я из Парижа. Адвокат.
– Ребекка…, Ребекка Холл.
Пасмурная и скучная московская погода была готова поглотить случайных знакомых, когда бы ни любопытная личность, дефилирующая между тюками, чемоданами и пассажирами. Тёмно-синяя лётная форма, фуражка с высокой тульей и сапоги, выдавали в нём авиатора самого высокого полёта. Прохаживаясь между сонными группами ожидающих, он крутил на пальце связку ключей, вероятно от замка зажигания самолёта и почти не шевеля губами, достаточно громко вещал, – кому на Мстиславск? два часа и в Мстиславске, быстро и комфортно. Коровинские авиалинии. Кому на Мстиславск?
Помня наставления деда, Поль с недоверием подошёл к лётчику и спросил, – вы можете доставить нас в Мстиславск?
– Запросто. Пятьдесят долларов, два часа наслаждения и вы в городе Мстиславске.
Юмор про наслаждение Поль не понял. Однако, реальная возможность через два часа оказаться на исторической родине, заинтриговала путешественника и заставила продолжить диалог.
– Простите, но согласно официальному протоколу, погодные условия таковы, что Мстиславский аэропорт не принимает.
– Это сейчас не принимает, а через два часа, как миленький примет.
Самоуверенность несколько озадачила потенциальных пассажиров, но желание возобладали над разумом.
– Скажите, а где приобрести билеты на ваш рейс?
– У кондуктора при посадке.
Валерий Юрьевич Кизлюков, по окончанию Харьковского военного авиационного училища и работы на севере, в рядах истребительной авиации, подвязался на ниве перевозки грузов и пассажиров на Коровинских авиалиниях. В период перестройки и всеобщей неразберихи Кизлюков, совместно с Семёном Георгиевичем Пятисотко под шумок, приватизировали АН-2. Одномоторный кормилец по кличке "Росинант", исправно коптил небо по пассажирским и почтовым надобностям. Вскоре Пятисотко влюбился и переехал в Мстиславск. Взамен попорченного женщинами товарища по небу, Валерий Юрьевич выписал в напарники Томбу Ромбу. Иссиня-чёрный негр зарабатывал метикалы в Мозамбике.
Отец Томбы, столичный интеллигент, работал парикмахером в Мапуту. Однажды виртуоз щипцов и расчёски удачно обслужил Машела Самору. Главе государства, руководителю партии ФРЕЛИМО, лауреату Ленинской премии, стрижка понравилось. В благодарность за умелые руки лидер нации выделил для сына удачливого парикмахера, грант на обучение в Советском Союзе. Естественным образом, Томба очутился на Украине, в городе с непривычным для африканского уха названием Харьков. Когда в период развитого
Кизлюков был далёк от расовых предрассудков и достаточно близко сошёлся с представителем знойной Африки. Вместе шлялись по ресторанам и девчонкам, поэтому когда, через пятнадцать лет Валера пригласил старинного друга на работу, тот без сожаления покинул родину, жену, трёх детей и бросился в омут под названием Россия. Большая северная страна встретила тёмнокожего авиатора с распростёртыми объятьями. Уже через год обрёл лётчик хронический насморк, двукратно переболел гонореей и перетерпел закрытую черепно-мозговую травму, ударившись головой о рельсы на железнодорожной станции Мамонтовская. Всё это не помешало Томбе быть замечательным пилотом и с глубоким оптимизмом заглядывать в светлое, как его кожа будущее.
Между тем, конкуренция на Коровинских авиалиниях определялась натуральная. Компания зажимала частников, отдавая выгодные рейсы работникам фирмы, тогда как владельцы частных самолётов выполняли работу менее престижную и денежную. Валерий Юрьевич быстро сориентировался и в обход закона взялся перевозить грузы и пассажиров при погодных условиях из ряда вон выходящих. К примеру, не принимает Тула. Интернациональный коллектив шабашников набирает полный борт пассажиров до Тулы, а взлёт просят до Брянска. В полёте что-то случается и якобы по техническим причинам двукрылый трактор приземляется в Туле. Начальство знало о проделках беспредельщиков. Обещало отозвать лицензию. Однако доказать ничего не могли. И пока билеты продавались в салоне авиалайнера, воздушная вольница чувствовала себя прекрасно. Готовилось постановление о недопустимости такого рода промысла, но всё терялось в длинных, бюрократических коридорах самолётных начальников.
Через десять минут Поль и Ребекка, в сопровождении полной женщины, направились к самолёту. Дама нервно курила в рукав, оглядывалась по сторонам и плевала на бетон. Дорога, проходившая мимо пакгаузов, контейнеров и ящиков, была продолжительна и запутана. Наконец вынырнув из очередного коридора, путники оказались у летающего транспортного средства. Впечатление аппарат произвёл неизгладимое. Дерзко вздёрнутый нос оканчивался пропеллером. Крылья крепились металлическим тросом к фюзеляжу, мелкие колёсики шасси выглядели ненадёжными. В салоне кресел не наблюдалось. Имелись лавки с кожаными подушечками по количеству пассажиров. Вдоль пассажирского вместилища были протянуты две верёвки. Сверху металлический трос в палец толщиной, снизу парашютная стропа, причем последняя крепилась к громадному крюку в хвосте самолёта, а другим концом заходила в кабину пилотов.
My God, – испуганно прошептала Ребекка.
В самолёте уже находились смертники. Толстая бабка с козой принимала пищу. Несколько молодых людей пили водку и громко смеялись, обсуждая какого то Кольку, вчера провалившегося в выгребную яму. Ближе к выходу располагалась молодая пара, видимо молодожёны, отправляющиеся в свадебное путешествие. Они трогательно держали друг друга за ладошки. Напротив, уже в самом хвосте расположился средних лет, интеллигентный мужчина, усердно штудирующий толстое издание под названием "Сто лучших поз". Наши путешественники расположились по правому борту, рядом бабкой и козой.