Отверженный ??? Часть I
Шрифт:
Я взглянул через край, тела видно не было, с этой стороны двора разбит садовый участок, на который не падал свет. Найдут тело только утром, всю ночь под дождем мокнуть будет.
Я был бы рад зарезать его как свинью, которой он и являлся, но тогда я привлек бы слишком много внимания. А так все прошло отлично, – подросток наглотался снотворных и решил сброситься с крыши чтобы наверняка. Да и я был спокоен, – жертва точно не выживет, если падение её не убьет, сердце все равно откажет.
Вот и хорошо.
Не убирая
– Его звали Хироки Эгава, – прозвучал из динамика голос Каори. – Парня, которого я довел до самоубийства…
Отлично, как раз нужный момент. Моего голоса на записи нет, я весь его монолог молчал. На всякий случай я перепроверил, прослушав запись полностью и немного вырезав в редакторе концовку. Это заняло у меня не более пяти минут.
Теперь сделаем красиво. Я раскрыл зонт Каори и поставил на краю крыши, бросил под него пустой флакон из-под таблеток, замотал его смартфон в целлофановый пакет и оставил там же. Ну чем не предсмертная записка?
Получилось даже лучше, чем я предполагал, – Каори заложил и Баку и своего семпая. Трех зайцев одним выстрелом.
Марина-сенсей сказала, что формально Каори прилежный ученик, что доказательств его вины нет, – вот вам пожалуйста, сенсей, чистосердечное признание. Иногда я слишком буквально воспринимаю чужие слова, но что поделать.
Я оставил полиции идеальное место преступления, и пошел обратно. Спустился на лифте, как ни в чем не бывало, не встретив по пути ни одного жильца. На выходе из подъезда, наткнулся на мальчика, лет так пяти. Он сидел на ступенях, обнимая коленки, и обернулся, услышав шаги.
Так, у нас тут потенциальный свидетель. Нужно с этим разобраться.
Я засунул руку в карман и приблизился к нему.
– Эй, малыш…
– Да, – поднял он на меня большие глаза.
Я достал из кармана пачку леденцов и отдал ему.
– Держи.
Он счастливо вцепился в пачку под мой одобрительный кивок.
Последнюю конфету я закинул в рот и вышел на улицу, вновь открывая зонт. Хм, и правда мятная.
Глава 22
Я постучал в дверь кабинета председателя. Дернул ручку, вопросительно заглянул.
– Коничива, вызывали?
– Да, Икари, заходи, – махнул пухлой ладонью директор.
Меня вызвали после уроков, и на этот раз я был без понятия зачем. Тело Каори уж точно должны были обнаружить за весь день и вызвать полицию. А те обязаны были проверить крышу, откуда спрыгнул подросток, обнаружить телефон и прослушать записи. И конечно, незамедлительно передать информацию в школу.
Я прошел в кабинет, поклонился председателю и Марине-сенсей, и занял место за столом.
Сразу почувствовал напряжение в воздухе, эти двое сидели, как в воду опущенные. Безрадостные
– Икари-кун, мы вызвали тебя, чтобы объявить, что подозрения с тебя полностью сняты, – поведала сенсей. – Я лично хочу попросить у тебя прощения, Ика-чан. Я была не права, обвиняя тебя.
– Спасибо, сенсей, – преклонил голову я. – Я рад, что все разрешилось. Но позвольте спросить, неужели Каори изменил показания и признал, что не я дрался с ним?
– Каори-кун умер, – объявила она, не поднимая глаз. – Нам позвонили к обеду и объявили, что он покончил с собой.
– Это ужасно, – я постарался показать на лице смятение. (Никогда не получалось, и вот опять).
– Мы просим тебя никому пока не говорить об этом инциденте. Мы объявим о трагедии завтра, – произнес председатель. – Возможно, нам придется закрыть школу для посещения на неопределенный период.
– Закрыть?! Но как же так… Я понимаю, это большое горе, но учебные заведения не закрываются по причине самоубийства студентов, – возмутился я.
– Закрываются, если проводится внутреннее расследование, – вздохнула Марина-сенсей.
– Внутреннее…расследование? Я ничего не понимаю. И почему с меня сняли обвинения?
– Каори-кун оставил признание перед смертью, о случаях буллинга и травли одноклассников, – объяснила она. – Учитывая, что признание попало в руки полиции, скоро об этом узнают все. Он также упоминал, что в нападении на учеников ему помогал его кузен, а поддерживал их начинания Сато-сенсей. Учителя временно отстранили от занятий и кружков, ему запрещено проводить собрания в школе и встречаться с воспитанниками до окончания расследования. Если факт травли подтвердится, ему грозит не только увольнение, но и тюрьма.
Ой-ой! Похоже, я немного перестарался. Закрытие школы, внутреннее расследование, увольнение, длань закона… Вот это бурю я поднял.
– На основании этого, его обвинения против тебя признаны беспочвенными. Благо, за тебя заступился Терада-сан. Ты просто вернулся в школу, чтобы забрать вещи и тут же покинул территорию, не пересекаясь с бейсбольной группой.
– Так и было…
– Хорошо.
– Но, извините, Марина-сан, а почему вы мне обо всем рассказываете? – задал я вопрос в лоб.
До меня вдруг дошло, что меня ведь не из доброты душевной в круг посвященных приняли.
– Икари, нам будет гораздо проще, если мы подготовимся к расследованию. Поэтому мы надеялись, что ты все-таки соизволишь рассказать нам то, чего мы не знаем о Каори или Сато-сане, – произнесла сенсей мягким голосом. – Скажи, твои синяки, – это ведь они поставили? Можешь хоть что-то нам рассказать?
– Почему вы спрашиваете у меня?
– В последнее время ты часто вступал с ними в конфликт.