После поцелуя
Шрифт:
– Это странно, но я... – Пенелопа не договорила.
– Тебе и в голову не приходило, что я могла сойтись с мужчиной, да? – подсказала ей Маргарет.
Пенелопа кивнула.
– Но именно так я и поступила. – Ну вот, она призналась во всем. – Это произошло, когда я ездила продавать книгу.
– Вчера вы едва не упали в обморок, – заметила Пенелопа.
– Да, но в последнее время это со мной не впервые, – кивнула Маргарет.
В Лондоне она не раз слышала от подруг, как те чувствуют себя во время беременности. Но признаться, наибольшее
– У вас будет ребенок... – повторила Пенелопа, как-то странно махнув в воздухе ложкой.
– За годы замужества я так и не смогла забеременеть, – промолвила Маргарет едва слышно. Сколько ни думала она об этом, не могла понять, в чем все-таки дело. Очень странно! Хотя, как бы там ни было, теперь она точно знает, что не бесплодна.
– Одна женщина из деревни частенько повторяет, что за отсутствие яиц надо ругать не курицу, а петуха, – заметила Пенелопа.
Услышав это, Маргарет нервно рассмеялась.
– И что же вы будете делать? – спросила Пенелопа.
– Как что? – улыбнулась Маргарет. – Я стану матерью.
– Но вы можете представить себе, какие пойдут по деревне сплетни? – встревоженно спросила Пенелопа.
Маргарет утвердительно кивнула:
– Конечно, представляю. – Это ее больше всего волновало. Ее ребенка всегда будут называть бастардом, незаконнорожденным, и в этом будет ее вина. Именно это омрачало нежданную радость женщины. Но как быть? Она не может ничего сделать.
– А вы сообщите ему? – спросила Пенелопа. – Я хочу сказать... отцу? – Девушка явно смущалась, но этот вопрос неоднократно задавала себе сама Маргарет.
Следует ли ей рассказать Майклу о том, что у них будет ребенок? Как он поступит, если она пошлет ему письмо с этим известием? Маргарет ничуть не сомневалась в том, что Хоторн захочет помочь ей, сделает ее любовницей. Если это произойдет, их ребенок вечно будет носить клеймо незаконнорожденного – как Джером. А ведь он, между прочим, очень глубоко переживал из-за этого, стыдился своего положения.
Маргарет положила руку на живот. Сейчас в ее чреве растет ребенок. Она должна найти способ уберечь его от скандалов, от жестокого мира и даже от глупости его собственной матери.
– Нет, – наконец произнесла она. – Говорить о чем-то отцу ребенка нет необходимости.
– Ну что скажете, герцог? – спросил граф Бэбидж. – Отличное приобретение, не так ли?
Герцог Таррант кивнул. В библиотеке графа Бэбиджа было очень тепло, но он вдруг почувствовал, как по спине его пробежал холодок.
В руках он держал книгу – ту самую, которую считал уничтоженной. Одну из трех, которые он получил семь лет назад.
Даже сейчас герцог Таррант помнил, какую тогда
– Боже мой, Бэбби, где вы это откопали? – Раздавшийся из-за спины мужской смех удивил Тарранта. Повернувшись, он нахмурился, медля положить книгу на стол. Возможно, это всего лишь копия. Не раз они слышали насмешки по поводу того, что выбрали именно эти книги. Конечно, они хотели возбудить интерес к ним, однако те, кому книги попадали в руки, и подумать не могли о том, что в них содержится что-то более глубокое.
Герцог Таррант открыл книгу на середине и провел по строчкам пальцем. Его невольно охватила дрожь, когда он заметил едва приметные пометки на полях. Нет, это была не копия!
Таррант открыл первую страницу. Что-то новенькое, то, чего он раньше не видел. Надпись, сделанная от руки: «Джером Эстерли, книготорговец». Палец герцога пробежал по буквам, Таррант едва сдерживал ярость. Да уж, его братец-бастард всегда обладал хваткой торговца или вора.
– Вы хотите ее продать? – спросил Таррант, поворачиваясь к графу Бэбиджу.
«Болван! – раздраженно подумал он. – Трудно представить, что во всем мире есть человек, меньше его достойный этой книги».
– Я еще не успел прочитать ее, – с ухмылкой произнес Бэбби.
Таррант с неохотой отдал книгу. Что ж, пусть считают последнее приобретение Бэбби послеобеденным чтивом. Интересно, сколько людей уже видели ее у графа?
Таррант придвинулся к хозяину дома.
– Эта книга давно у вас, Бэбидж? – спросил он.
– Всего несколько недель, – ответил Бэбби.
– Замечательное приобретение, – проговорил Таррант, заставляя себя через силу улыбнуться. – И где вы ее взяли?
Лицо графа Бэбиджа мгновенно приобрело отсутствующее выражение, и весь его интерес сосредоточился на содержимом бокала, который он держал в руке.
– Мне продала ее восхитительная женщина, – ответил он с улыбкой. – Я хотел купить у нее и второй том, но сделка внезапно сорвалась. Ею увлекся один мой друг.
– Женщина? – Не успев договорить, Таррант уже знал, каким будет ответ на его вопрос. Только один человек на свете мог владеть «Записками» – Маргарет. Продавщица, на которой женился Джером. Женщина с дерзким взглядом.
Герцог Таррант отвернулся, его мысли понеслись вскачь. Книга была больше чем просто рискованной. Гораздо больше.
Если все прояснится, ему грозит виселица.
А он должен защитить свое состояние, имущество. Это его собственность. Он должен продолжить свой род. Род гордых мужчин и славных дел; семь лет назад он не пожалел о своих действиях. Появись у него снова такая возможность, он поступил бы точно так же.
История все расставит по своим местам, даже если современники не поймут его. Эти узколобые типы не видят дальше своего носа и не в состоянии оценить его намерения.