Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

— Та-ак, — выдохнул Туйчиев, прочитав документ. — Интересно, а? — обратился он к Николаю.

— Ты имеешь в виду его место работы.

— Вот именно! — подчеркнул Туйчиев. — Прямо или косвенно, это мы еще уточним, но доступ к взрывчатке он, видимо, имел. При нашей бедности — это уже ниточка.

— Только бы не оборвалась, — вздохнул Соснин.

* * *

У двери палаты лечащий врач остановилась и еще раз повторила:

— Значит, недолго и очень осторожно. Ей ни в коем случае нельзя волноваться.

Арслан согласно кивнул головой.

— Не беспокойтесь,

Рахима Хакимовна, по первому требованию прервем беседу, — заверил Соснин.

От предстоящей беседы Туйчиев и Соснин не ожидали открытий. По факту ограбления Калетдинова вряд ли порадует сообщением ценных сведений. Собственно, врач предупредила их, что этот эпизод полностью выпал из памяти девушки, и просила не пытаться здесь нажимать, что-либо выяснять. Она опасалась, как бы волнение не ухудшило и без того тяжелое состояние больной. Но Соснину и Туйчиеву крайне важно было с помощью Калетдиновой пролить свет на историю со взрывом магнитофона. Ее окружение, знакомые и, главным образом, недруги, вот что хотели они сейчас выяснить.

— Какие могут быть у девушки-студентки недруги? — еще до беседы недоумевал Соснин. — Да не просто недруги, а такие, которые хотят ее смерти! Нет, мне этого не понять.

Арслан соглашался с ним. Но факты, непреложные и непоколебимые факты, говорили об обратном. Необходимо было выяснить все связи Калетдиновой, установить ее знакомого Алексея, пропустить всех через самый плотный фильтр, и найти ту единственную ниточку, которая сможет привести к преступнику. Без помощи Калетдиновой решить эту задачу было невозможно.

— Калетдинова, — обратилась к больной Юлдашева, — с вами хотят побеседовать следователи. Вы не волнуйтесь, просто им нужно кое-что уточнить, — подсчитывая пульс, объяснила врач.

Девушка открыла глаза, тускло посмотрела на пришедших, но спустя минуту глаза ее пояснели, зажглись, впустили в усталый мозг беспокойный и горячий мир.

— Как вы себя чувствуете, Люция? — спросил Соснин.

— Спасибо. Сейчас лучше. — Она помолчала и попросила: — Зовите меня Люсей.

— Почему? — не понял Туйчиев.

— Так все меня зовут, я привыкла к этому имени.

— Прекрасно, — подхватил Соснин. — Люся так Люся. Имя вполне подходящее.

Больная слабо улыбнулась.

— Скажите, Люся, в чемоданчике были какие-нибудь ценности? — начал Туйчиев.

— Нет, — отрицательно покачала головой Люся.

— Мы так и думали, — ободряюще улыбнулся Соснин. — Припомните, пожалуйста, о чем вы говорили в дороге с шофером?

Калетдинова напряглась, пытаясь вспомнить, но по всему было видно, что это ей не удается. На лице девушки отразилась досада. Врач многозначительно кашлянула. Николай забарабанил пальцами по колену, чуть слышно произнес:

— Все ясно…

— Вы любите музыку, Люся? — спросил Туйчиев, меняя тему.

— Очень.

— А какая вам нравится больше — классическая или легкая?

— Знаете, та и другая, но классическая мне ближе.

— Ходили на концерты?

Соснин понял замысел друга: исподволь подойти к магнитофонной записи и ее владельцу.

— Старалась не пропустить ни одного. Правда, не всегда получалось. Знаете, — оживилась она, — мы ходили даже на отчетные концерты в консерваторию.

— Кто мы? —

поинтересовался Арслан.

— Я и… — Люся запнулась, но тут же добавила, — девочки из группы.

— Только ли девочки? — шутливо спросил Соснин.

— Ребята к классике равнодушны…

«А он? — подумала Калетдинова, устало закрыв глаза. — Ему нравилась классика. — При воспоминании о нем, она чуть заметно улыбнулась. — Милый, любимый… Где ты сейчас? Мне так плохо. Помнишь, ты называл меня березонькой, и мир был прекрасен. Почему ты не приходишь? Рассердился… Но разве можно сердиться на любовь? Глупенький…»

— Вам нехорошо? — донесся до нее голос врача.

— Нет, нет. Просто очень ярко светит солнце. Пожалуйста, задерните штору…

Туйчиев вопросительно посмотрел на Рахиму Хакимовну. Она кивнула, разрешая продолжать беседу.

— А кто ваш любимый композитор? — возвратился снова к теме о музыке Арслан.

— Как вам сказать? Каждый хорош чем-то своим.

— Ну, например, магнитофонные записи, пластинки классической музыки вы собирали, отдавая предпочтение каким-то определенным или одному из композиторов?

Калетдинова удивленно вскинула брови:

— Я этим не занималась… Я любила слушать, но не коллекционировать, — пояснила она. — У меня и магнитофона нет.

— А проигрыватель?

— Тоже нет.

— И все же, Люся, я повторяю свой вопрос: какому композитору вы отдаете предпочтение? — Туйчиев настойчиво шел к поставленной цели.

Юлдашева недоумевала.

«И что это они о музыке да о музыке? Можно подумать, что они не следователи, а музыканты. Ведь все ясно: девушку ограбили, чуть не убили — так вот и выясняй. А им какой-то композитор нужен, как будто если она его назовет, то сразу поймают грабителя! Чудеса да и только».

— Пожалуй, Гайдн, — подумав, ответила Калетдинова.

— Прекрасный композитор, — согласился Николай.

— А что вам больше всего нравится у Гайдна? — уточнил Арслан.

— Мне? — переспросила она. — «Прощальная симфония». — Грусть отразилась в ее зеленых глазах, она закрыла их и отвернула голову.

«Тогда внезапно пошел дождь, поэтому мы зашли к нему, — опять нахлынули на нее воспоминания. — Кофе, который он заварил, был так ароматен и вкусен… Потом… Потом он обнял меня и, целуя, сказал: «Закрой, березонька, глаза и только слушай…» Он включил проигрыватель. Какая чудесная была музыка. Не открывая глаз, я спросила: «Что это?» — «Симфония Гайдна, симфония нашей любви», — ответил он и погасил свет… Я осталась у него… Он был сама нежность. А потом… Почему он охладел ко мне? Нет, он ласкал и целовал меня, но это было уже не настоящее, не как прежде… Почему же? Когда это случилось? Да, я сказала ему, что у нас будет ребенок, значит, он теперь мой навсегда… Боже! Что он тогда говорил? Это было кошмарно!.. Ах, да! Он все упирал в материальную обеспеченность, вернее — необеспеченность, свою и мою. Его нельзя было узнать! Я тянулась к нему, а он отталкивал меня… Боже мой! Зачем я только стала угрожать ему? Зачем я сказала, что никогда не избавлюсь от ребенка, никогда не убью свое дитя? Но ведь и в самом деле — я люблю его и хочу иметь от него ребенка. Он испугался, он стал невыносим и потребовал, чтобы я перестала его преследовать…»

Поделиться:
Популярные книги

Помещица Бедная Лиза

Шах Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.40
рейтинг книги
Помещица Бедная Лиза

Газлайтер. Том 10

Володин Григорий
10. История Телепата
Фантастика:
боевая фантастика
5.00
рейтинг книги
Газлайтер. Том 10

Обгоняя время

Иванов Дмитрий
13. Девяностые
Фантастика:
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Обгоняя время

Дракон - не подарок

Суббота Светлана
2. Королевская академия Драко
Фантастика:
фэнтези
6.74
рейтинг книги
Дракон - не подарок

Надуй щеки!

Вишневский Сергей Викторович
1. Чеболь за партой
Фантастика:
попаданцы
дорама
5.00
рейтинг книги
Надуй щеки!

Я тебя не отпущу

Коваленко Марья Сергеевна
4. Оголенные чувства
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Я тебя не отпущу

Случайная свадьба (+ Бонус)

Тоцка Тала
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Случайная свадьба (+ Бонус)

Усадьба леди Анны

Ром Полина
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Усадьба леди Анны

Ученик. Книга третья

Первухин Андрей Евгеньевич
3. Ученик
Фантастика:
фэнтези
7.64
рейтинг книги
Ученик. Книга третья

Магия чистых душ 3

Шах Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Магия чистых душ 3

Фронтовик

Поселягин Владимир Геннадьевич
3. Красноармеец
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Фронтовик

Невеста инопланетянина

Дроздов Анатолий Федорович
2. Зубных дел мастер
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
альтернативная история
5.25
рейтинг книги
Невеста инопланетянина

Барон играет по своим правилам

Ренгач Евгений
5. Закон сильного
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
5.00
рейтинг книги
Барон играет по своим правилам

Измена. Осколки чувств

Верди Алиса
2. Измены
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Измена. Осколки чувств