Принцесса из провинции
Шрифт:
Тим поставил ящик прямо у входа, вежливо и с улыбкой извинился за доставленное беспокойство.
Тася предложила чаю. Можно было бы посидеть, пообщаться с девушкой в обстановке, где она хозяйка, но Тим отказался – надо было вернуться еще в главный корпус за документами. Полтинник на маршрутку у Таси не попросил, постеснялся. Ничего с ним не случится, если налегке прогуляется по хорошей погоде еще тридцать минут, может, настроение улучшится перед походом в клуб.
Настя посмотрела на закрывшуюся за Тимофеем дверь.
Странный он какой-то. Позвонил почему-то ей, когда она
Настя села за рабочий стол и покрутила в руках визитку, оставленную Тимом в свой первый приход – та так и продолжала валяться рядом с ноутбуком.
В дверь постучали.
– Войдите! – крикнула Настя, обрадовавшись неожиданно для себя и, подскочив, чуть не кинулась к двери.
Тимофей вернулся! Чем-то этот мужчина все же ее притягивал. Такие ей раньше совершенно не нравились. Небритый блондин. Такое чувство, что крашеный. У настоящих блондинов такой густой щетины не бывает. Ей ли не знать этого достоверно: отец, и дядьки и двоюродные братья – все натуральные блондины? Да и она была такой же, пока не уехала из дома. Ей на собеседовании в университете заявили, если бы она не была блондинкой… Настя в тот же вечер перекрасилась в шатенку, если это мешает ее карьере – она никогда не цеплялась за цвет волос. Можно вообще покрасить их в любой цвет, было бы желание.
А Тим… Настя улыбнулась, приготовившись его увидеть. Высокий, сероглазый с порочностью во взгляде азиатских глаз. Скуластый. Было в нем что-то не только от тех скандинавских богов, каких изображали в фильмах, но и от китайских мастеров кун-фу – тренированный торс приятно подчеркивала облегающая трикотажная рубашка, а узкие бедра – брюки, сидевшие на нем как влитые. Терпеть не могла разношенные, потрепанные джинсы на мужчинах. Был у нее в классе подобный. Внешне очень похожий на Тимофея или Тим на него. Такой же самовлюбленный, уверенный в себе. Умный, красивый, ни отнять, ни добавить, богатый наследник с четкими планами на будущее. Одно слово – первый парень на деревне. И все только потому, что девчонки колледжа от первоклашек до учительниц западали на него. А у них в классе все были такие, но только он один блондин.
Но Настю ждало разочарование – в комнату вошел не Тим, а коллега по лаборатории. Дина, кажется. Настя провалами памяти не страдала, но запомнить тридцать имен, фамилий, а также научных степеней разом почему-то не получилось. Улыбка медленно сползла с лица.
– Когда ты собираешься проставляться? – поинтересовалась Дина прямо с порога. – Меня отправили узнать.
– Что? – не поняла ее Настя. – Как это проставляться?
Дина улыбнулась и выдавила из себя несколько негромких смешков. Смеяться девушка явно не умела.
– Выставляются всегда, когда происходят какие-нибудь важные события у человека, например, прием на работу, увольнение, уход в отпуск, рождение наследника, в конце концов, день рождения, да мало ли причин, когда хочется погрустить или порадоваться с коллегами.
– Это понятно, – кивнула Настя. – Только я плохо понимаю смысл слова «выставляться».
– Ну это совсем
– На тридцать человек один тортик? – ахнула Настя.
– Несколько тортиков, – поправилась Дина. – Если это вечер пятницы, то тебя никто не осудит, а наоборот поддержат, если, кроме тортика, на столе окажутся шампанское с селедкой.
– Что? – опешила Настя.
– Да-да, – подтвердила Дина. – Наиболее старые участники нашего тесного научно-творческого коллектива, пережившие лихие девяностые, предпочитают именно шампанское с селедкой на закуску. И никаких шоколадок, – замахала она руками.
– Тортик, шампанское и селедка? – переспросила Настя.
– Оно самое, – согласилась Дина, обрадовавшись, что новенькой не пришлось объяснять дважды.
– Завтра в пятницу после обеда, – кивнула Настя. – А где? Ко мне в комнату тридцать человек не влезут, – испугалась она. – Разве что по очереди будут заходить. Но у меня же подотчетные образцы…
– Есть у нас одно подходящее помещение, – заверила Дина. – Там мы поместимся все разом, и никто никому в затылок дышать не будет. О посуде можешь не беспокоиться – не первое мероприятие проводим. Так я объявлю, чтобы все были завтра после обеда на своих рабочих местах?
– Конечно, – покачала головой Настя.
Вот уж неожиданные непредвиденные расходы. Потом, скорее всего, придется проставляться по поводу первой зарплаты. Дожить бы до нее. И сколько покупать шампанского, а селедки?
Настя посмотрела на телефон, лихорадочно соображая, у кого можно проконсультироваться по этому поводу.
Но телефон от ее гипнотического взгляда зазвонил сам. Настя дернулась на месте и нервно схватила аппарат – на экране высветился незнакомый номер.
– Да, я, – подтвердила Настя и кивнула, когда спросили ее.
Мужской голос тоже оказался незнакомым, но очень приятным, низким, обволакивающим, который хотелось слушать и слушать. И совершенно неважны слова.
– Николай Алексеевич, – представились на том конце провода.
Настя замерла и даже дышать перестала. Сейчас репетитор назначит первое занятие в пятницу после обеда. Не хотелось бы отменять лабораторную вечеринку, но и пропускать первое занятие тоже было бы неправильно.
– Занятия начнутся со следующей недели, – произнес Николай Алексеевич. – Понедельник, среда, пятница. Главный корпус университета. Сбор в холле в шесть часов вечера. Попрошу без опозданий. По этому номеру можно связываться со мной.
Настя обрадованно выдохнула – она уже почти полюбила этого пока еще неизвестного ей мужчину, который не испортил ей ни конец недели, ни выходные.
– Хорошо, – ответила она весело.
Едва успела нажать «отбой», как телефон зазвонил снова. Теперь была подружка Катя, с которой Настя уехала из дома – одну ее дед ни за что бы не отпустил.
– Машину заправила? На автомойку заехала? – затараторила девушка без остановки.
– Ты чего? – опешила Настя. – У меня рабочий день не закончился.