Притяжение II
Шрифт:
Он потер виски и устало посмотрел на миссис Эллингтон.
– Если ты не возьмешь себя в руки, Генри, и все не исправишь – ты мне больше не сын.
– Ты отказываешься от меня? – с ужасом прошептал он.
– Не моргнув глазом! Лучше у меня вообще не будет сына, чем будет, но такой!
Громко хлопнув дверью, она покинула кабинет мистера Эллингтона, не намереваясь туда возвращаться.
– Ну и фурия! – возмутилась Шарлин, походкой рыси пробравшись в кабинет после ухода Алисии. – Снова читала тебе нотации?
– Шарлин, ты считаешь, у нас все хорошо? – он с вызовом
– Не могу сказать, что одобряю твои походы налево, – она кокетливо присела на край стола и протянула Генри бокал с бурбоном. – Но в остальном, у нас все замечательно.
* * *
Доктор Ризерстоун сегодня на операции. Кэссиди записала меня на завтра. Полдень. Даже не верится, что все решится.
Ровно в пять прибыла Алисия. Видимо, вопрос действительно нельзя отложить, раз такая пунктуальность. Я как раз закончила встречу с мистером Уоторби. Его новый проект отчаянно нуждался в инвестициях, и мне было поручено провести финансовый анализ и подготовить заключение по поводу целесообразности подобных вложений. Кажется, в мире на одного мечтателя станет больше. Я верю в него и его проект. Люди никогда не перестанут восхищаться хорошей выпечкой. А мистер Уоторби великолепный пекарь. Жестом показала Алисии, чтобы она проходила и устраивалась.
– Чай, кофе?
– Какой у тебя просторный офис, – улыбнулась миссис Эллингтон, осматриваясь. Как всегда – сама элегантность в обтягивающем платье цвета капучино и с забранными наверх волосами. – Не откажусь от чашечки кофе.
Кофеварка стояла прямо у меня в кабинете, за рабочим столом, чтобы я всегда могла приготовить себе напиток и взбодриться. Налила миссис Эллингтон и хотела налить себе, но вспомнила результат теста. Конечно, еще предстоит сходить на УЗИ, чтобы убедиться, но, вдруг… нет. Пожалуй, налью чай. Так. На всякий случай. Слишком много кофеина – вредно для здоровья. А за сегодня уже итак две чашки выпила.
Я поставила кружки на журнальный столик, достала печенье и, сделав глоток, отметила, что чай с бергамотом тоже неплох. И почему я раньше его никогда не пила?
– Итак, чем могу быть полезна?
Ее прекрасное лицо исказила усталость. События последнего месяца легли тяжелыми морщинками вокруг ее глаз и поперек лба. Несмотря на безупречный макияж, скрыть от меня подобные мелочи было сложно. Слишком похожи они с сыном. Слишком хорошо я изучила его.
– Если бы у меня был выбор, я бы не стала просить о помощи тебя. Но, поскольку мы обе любим Генри, то должны вытянуть его из ямы, в которую он забрался.
– Алисия, мне, казалось, что по телефону я четко дала понять. Это был не мой выбор. Меня поставили перед фактом, – я закинула ногу на ногу, чтобы закрыться от неприятной темы. Чтобы самой себе придать уверенности. Дистанцироваться. Заставить себя поверить, что это не мое дело.
– Ох, милая! Любовь к Генри как окопная война. Необходимо залечь и притаиться и только после этого действовать. А ты сразу ушла от него, – она была расстроена.
– То есть это я виновата? – даже чашка звякнула о блюдце. Взяла себя в руки.
– Нет. Конечно, нет. Я могу понять твою реакцию. А мой сын,
– Какие наклонности?
Она сделала глоток и задумалась. Напиток – отличное средство во время переговоров. Чтобы иметь возможность обдумать ответ или лучше сформулировать мысль, ты можешь сделать паузу на кофе.
– Понимаешь. Он… скажем так, полигамен. Сложно говорить такое о сыне, но это уже давно стало достоянием общественности. Так было до и после тебя. Он не может находиться с одной женщиной. Каждый раз ему необходима новая. И если раньше сын был достаточно осмотрительным, чтобы подобное не просачивалось в прессу, сейчас он плевал на приличия и имидж.
Интересно. Каким образом это должно меня утешить?
– Полигамен… – я с отвращением вспомнила последние фотографии, где Генри в окружении полуголых девиц. – Но это его выбор. Каждый сам выбирает модель сексуального поведения, и повлиять на него в этом плане я не могу. Да и не хочу. Меня его похождения не касаются.
– Амелия, его слабое место – любовь. И выбрал он не ту женщину. Шарлин, – из ее уст имя прозвучало как ругательство, – его персональный дьявол-искуситель. Яд, выжигающий все хорошее, что в нем еще осталось. Она имеет… имела над ним особую власть, раскрывая все худшее и все темное, что есть внутри Генри. А противоядие одно. Имя ему – Амелия, – я скептически хмыкнула. – Мы должны спасти его. Будь у тебя ребенок, ты бы меня поняла, – неожиданно замутило и, едва поборов желание продемонстрировать Алисии свой обед, я затравленно покосилась на женщину.
– Не уверена, что понимаю.
– Дай ему шанс…
– Он женат, Алисия! – отчего-то перешла на шепот.
– Досадное упущение! Но что прикажешь мне делать, снова ее похитить? – в сердцах крикнула женщина. Я подняла на нее недоумевающий взгляд.
– Что значит снова?
Поняв, что проговорилась, она рухнула обратно на кресло и закрыла лицо ладонями.
– Алисия, что значит снова?
– А что мне оставалось? – она не оправдывалась. – Он не хотел замечать, как Шарлин разрушает его, а вслед за ним и фирму, которую он с таким упорством создавал! Мои слова не достигали цели. Влюбленный мужчина глух к мольбам матери! На глазах я теряла единственного сына! Естественно я пошла на это. Не могу сказать, что горжусь собой, но и жалеть мне не о чем.
– Она же могла погибнуть… – я вдруг осознала, что совершенно не знаю женщину, которая сидит передо мной. Ведь, получается, из-за нее и я чуть не погибла.
– Если бы ты только знала все. Эта дрянь заслуживает худшего!
– А я… заслужила то, что получила? – рефлекторно погладила шею. Там, где еще недавно красовались следы пальцев мужчины, напавшего на меня в лифте.
– Амелия, прости. Талбот… он просто не знал и переусердствовал.
– Талбот? Ваш сообщник, вы имели в виду? – кружка в моей руке задрожала и, чтобы не выронить, поставила ее на столик.