Про-писи венеролога
Шрифт:
Вот и байке конец! А кто не верит, спросите у Славочкина. Он подтвердит.
Не внутриматочная спираль
Haec tu tecum habeto
(Не разглашай этого).
Непомерно возросший в последнее время сексуальный аппетит супруга и три последовательных аборта заставили Зайтуну Зуфаровну обратиться за помощью в центральную районную больницу. С пустыми руками к доктору, хоть и соседке, не пойдешь! Для восстановления пошатнувшегося добрососедства пришлось загубить жирную уточку с целью умасливания
Как известно, холодок как ветерок пробегает между соседями чаще, чем другими односельчанами. То межа вдруг проляжет на соседний участок, то шлея попадет между ног, то старый должок вспомнится! Иногда яблоня тень на плетень наведет, иногда жаба задушит, глядя, как хорошо редиска за забором всходит.
В последний раз Зайтуна Зуфаровна, она же Зоя Ивановна, говоря по-русски, сильно осерчала на соседку, работавшую гинекологом в центральной районной больнице, из-за непредвиденного аборта, случившегося полгода назад. Сначала, как водится, во всем был виноват муж, но затем в разборку была вовлечена и бестолковый врач, назначившая противозачаточные таблетки.
– Мы ни при чем, – в одну дуду отбивались супруг с соседкой, – природа у тебя, видать, сильная!
– А вот как дам сейчас по вашей природе, – бушевала Зайтуна, – нарожу тебе третьего, кобель несчастный, тогда запоешь! – орала она на благоверного, стоявшего с несчастным видом побитой собаки в кабинете гинеколога. – И ты, Дамира, хороша! «Пей по таблетке. Пей, ничего не будет!» Вот, – гулко бухала себя по животу, – теперь расхлебывай из-за вас! Ничего не будет! – передразнила она. – Уйди с глаз моих, Борис! – звонким металлическим голосом в сторону мужа. – Не доводи до греха! – В минуты гнева она всегда так называла своего Зубаржана. – Вас бы, мужиков, хоть раз на наше место положить! – махнула в сторону гинекологического кресла.
– Все! Теперь отдельно спать будешь!
Мало-помалу обида на судьбу, раздражение на мужа рассосались и даже постепенно возобновились былые добрососедские взаимоотношения.
– А точно спиралька поможет, – спрашивала она недоверчиво Дамиру Нуримановну, – не так как в прошлый раз?
– Что ты, Зоя? Кто старое помянет, тому в глаз! Конечно, поможет!
Долго ли, коротко ли, только через некоторое время относительного благополучия периодические боли и дискомфорт в аногенитальной области заставили Зайтуну Зуфаровну вновь обратиться к специалисту.
– По-видимому, надо в город ехать! Похоже, воспаление сильное у тебя. Не тяни резину, поезжай скорее, – напутствовала она пациентку.
– Что беспокоит? – спросил врач приемного покоя республиканской больницы. – С какого времени, после чего началось?
– Стыдно сказать, доктор, но после введения спиральки у меня в жопе как будто чегой-то есть!
– Кхм, кхм, – похмыкал умно врач, привыкший за многие годы работы к просторечным выражениям некоторых сельских жителей. И не такое слышали! Уши в трубочку иногда сворачиваются. – Вы же живой человек. Кушаете! Там всегда что-то есть. Ложитесь, пожалуйста, на кресло, давайте посмотрим, что вас беспокоит.
– Ой, доктор, мне кажется, вы не там ищете! – беспокойно заерзала Зайтуна Зуфаровна после введения влагалищного зеркала.
– Лежите
– Так! – констатировал он. – Во влагалище все спокойно. Ничего плохого не вижу. Шейка матки чистая, эктопии нет, цервикальная пробка прозрачная. Выделения умеренные. Слизистая оболочка розового цвета.
– А спиралька серебряная где? – вдруг встревожилась страдалица за свое богатство.
– Нет тут ничего, – пошевелил он пинцетом, – спиралькой даже не пахнет, – задумчиво пробормотал исследователь. – Сейчас выпишем направление на ультразвуковое и рентгенологическое исследование органов малого таза. А после исследования посмотрим, что с вами делать!
Обследование показало наличие внутриматочной спирали в малом тазу.
– Ай, яй, яй! – зацокал врач языком. – Похоже, произошло прободение стенки матки внутриматочной спиралью. Так, – приказал он медсестре, – вызывай эндоскописта, придется делать лапароскопию!
Эндоскопист перетряхнул все органы малого таза и, ничего не обнаружив, бессильно опустил руки.
Консилиум врачей призадумался.
– Ничего не понимаю! Где же эта зараза находится? Гистероскопию провели, лапароскопию сделали. Может, плохо смотрели? – строго спросил начмед по хирургии, разглядывая рентгеновские снимки.
– Обижаете! – в унисон ответили специалисты.
– Давайте с другой стороны зайдем! Посмотрим кишечник. Проведите колоноскопию! – приказал начальник.
Вот так и была обнаружена спираль, раком вцепившаяся в слизистую оболочку прямой кишки.
Как она туда попала, остается только гадать, но после выписки из больницы Зайтуна Зуфаровна почему-то долго не разговаривала с соседкой Дамирой Нуримановной. Переживала.
Самое главное, никому ведь и не расскажешь! Не поделишься о наболевшем.
И вы не рассказывайте!
Об этом случае мне когда-то по большому секрету поведал Рафочкин. Пожалуйста, меня не выдавайте! А то он отмассирует! Тсс!
На чужой зад не пяль свой взгляд!
Cura, ut valeas
(Заботься о своем здоровье).
Унизительно! Что я ему, половая тряпка какая-нибудь?! До сих пор не пойму, как такое могло произойти?
Я – большое банное полотенце, красивого пурпурного цвета с золотистым греческим меандром на боках. Уважаемое лицо нашего общества. Как мог хозяин так безжалостно со мной поступить? Как только рука поднялась? В раздевалке, никого не стесняясь, у всех на глазах он сначала промокнул свою дряблую задницу, потом основательно потрепал седую передницу. После чего, удовлетворенно крякая и похмыкивая, с удовольствием утер лицо. От брезгливости меня в дрожь бросило! Потому что до этого я обнаружило у него на правой ягодице какое-то огромное пятно, словно плевок каракатицы. Как будто сам морской дьявол пришлепнул огромную ядовитую печать синюшно-красного цвета с четкими макрофестончатыми границами, напоминающую по виду географическую карту из древних фолиантов, где причудливые очертания множества неизвестных островов возвышаются над морской гладью здоровой кожи.