Проснувшееся зло
Шрифт:
Что он пытается довести до ее сознания?
И вдруг она услышала его голос. Шепот, похожий на легкое дуновение ветерка.
— Ты… в ужасной… опасности! — выдохнул он.
Глава 11
Джейн почувствовала леденящий душу ужас.
— Какой опасности? — спросила она.
Тело Томаса стало таять в ее руках, и спустя несколько мгновений она поняла, что держит в объятиях воздух.
Наверное, она громко закричала, потому что в спальню немедленно
— Зачем вы встали? — воскликнула толстая сиделка.
— И открыли окна? — завизжала худая. — Наверное, вы хотите покончить с собой! А обвинят в этом нас!
Сиделки подняли ее и уложили обратно в постель. Зубы Джейн отчаянно дрожали.
Она была в опасности. Так сказал Томас, и она верила ему.
Но от кого ей грозит опасность? Откуда ждать удара?
«Не засыпай, — приказала она себе. — Ты должна быть начеку, всегда готова к бою».
Но она так устала! Какая слабость! Джейн не заметила, как глаза ее сами собой закрылись.
Когда молодая женщина проснулась, комната была залита ярким солнечным светом. Сейчас она чувствовала себя еще хуже, будучи даже не в силах повернуться в постели.
Доктор Пирс снова влил ей в рот какое-то лекарство, и Джейн мгновенно заснула.
Открыв глаза, Джейн поняла, что снова наступила ночь. Несмотря на то, что окна на этот раз были плотно закрыты, в спальне было так же холодно, как в ту ночь, когда ее посетил призрак Томаса. Слышался монотонный шум дождя.
Ветви вишневого дерева стучали по стене дома, и от этого звука Джейн вдруг стало страшно.
— Джейсон? — в надежде позвала она.
Никакого ответа. Ее снова оставили одну.
Джейн трясло от холода и страха. Она обхватила руками колени, пытаясь унять дрожь.
«Нужно встать», — сказала она себе, но холод; казалось, сковал тело. Любое напряжение лишь усиливало дрожь.
Тем не менее она все-таки заставила себя сесть и спустить ноги с кровати. Когда голые ступни Джейн коснулись пола, она ахнула от неожиданности. Ноги ее стали худыми, как спички, и удивительно, что они держат ее.
Медленно-медленно она подошла к своему столу, тяжело и прерывисто дыша.
Получилось! Джейн схватилась за край стола, тяжело опустилась на стул и уронила голову на руки. Она чувствовала полное изнеможение от сделанных усилий.
Спустя мгновение силы вернулись к ней. Джейн подняла голову и посмотрела на себя в зеркале. Сердце ее отчаянно забилось. У нее не было лица!
Вдруг она поняла, что произошло, и засмеялась. Служанки вынесли из спальни зеркало, и на его месте остался лишь темный прямоугольник. «Наверное, они не хотели, чтобы я видела себя, подумала Джейн. — Я выгляжу ужасно».
Она рассмеялась еще громче, сама удивляясь звуку собственного смеха. «Интересно, когда я последний раз смеялась?» — спросила она себя.
На столе лежал
Это тот самый день. Ужасный день, когда…
— О, Томас, — прошептала она. На глазах уже не было никаких слез. «Наверное, я их все выплакала», — подумала она. Но горе ее не стало от этого меньше. Казалось, в горле у нее навсегда застрял большой камень.
«Какой сегодня день? — спросила себя Джейн. — Сколько времени прошло с момента смерти Томаса?»
Она этого не знала.
Девушка с трудом повернула голову и осмотрела комнату. Взгляд ее наткнулся на стул, на котором обычно сидел Джейсон. Там лежала газета.
Стул был очень далеко — целых десять футов. Осилит ли она такое расстояние? Джейн заставила себя встать на ноги и медленно двинулась к стулу. Однако это путешествие далось гораздо легче, чем первое. Силы постепенно возвращались к ней.
Она взяла газету и посмотрела на дату.
13 марта.
Ровно месяц со дня смерти Томаса.
Как же она могла этот день пролежать в постели! Джейн злилась на себя и стыдилась своей слабости.
Нужно было сделать одну вещь. Пойти к нему на могилу и положить туда цветы.
Дело было не только в том, что прошел ровно месяц. С похорон ей пришлось уйти — вернее, ее оттуда унесли. Так что она должна была обязательно посетить его могилу.
На то, чтобы одеться, ушло очень много времени. Пальцы Джейн дрожали, крючки не попадали в петли, ей не хватало дыхания.
Несмотря на жар, который так и не прошел, Джейн заставила себя одеться тепло. Поверх платья она надела теплую красную накидку и туго-туго завязала ленточки шляпки.
Когда она открывала дверь в коридор, ее посетило странное чувство, как будто она провела взаперти несколько лет.
В коридоре никого не было. Словно паря над землей, Джейн дошла до лестницы и осторожно спустилась по ней.
«Не делай этого, Джейн, — приказала она себе, осторожно открывая заднюю дверь. — Это безумие. Это смерть. Томас не хотел бы, чтобы ты это делала, Джейн. Возвращайся в постель».
«Ты в ужасной опасности!»
Снова и снова слова Томаса возвращались к ней, звучали у нее в ушах, слабо и тихо, как будто они пролетели огромное расстояние.
Но Джейн не слушала ни свой внутренний голос, ни слова Томаса. Ей нужно было попасть на кладбище, на могилу Томаса. Ради него. Хочет он этого или нет.
Джейн открыла дверь. Холодный ветер взметнул полы ее пальто. В лицо ударили капли дождя, подобно острым иголкам.
Она вышла на крыльцо и осторожно спустилась по ступенькам. Поскользнувшись на скользкой траве, она чуть не упала. Тем не менее, ей удалось сохранить равновесие.
На полпути к кладбищу Джейн поняла, что промокла насквозь. Но дождь даже освежал ее, охлаждая разгоряченную кожу.