Путь Пилигрима
Шрифт:
Шейн так и не снимал с головы низко надвинутого на глаза капюшона с того момента, как ушел из гостиницы. Сейчас он вглядывался в лицо Маротты. На этот раз на лице не было заметно ни враждебности, ни явного дружелюбия. Просто готовность делового человека совершить сделку с другим членом общества.
– Так вы готовы?
– спросил Маротта по-итальянски.
– Да,- ответил Шейн,- Как только машина будет готова, я отправляюсь в Рим. По приезде туда мне надо будет купить другой посох или палку, приблизительно как эта…
Он потряс своим посохом.
– Кроме того, мне понадобятся белая простыня, черная краска, кисти и гвозди. Мне нужно
Маротта кивнул.
– Возвращайтесь в офис,- сказал он.- Сейчас смена Иоганна. Он ждет вас там.
Через полчаса после того, как грузовичок высадил их в полутора кварталах от припаркованной машины - четырехдверного седана «Симка» пяти- или шестилетней давности, ключи от которой хранились у Иоганна,- Шейн и его шофер уже были на пути в Рим.
Иоганн оказался опытным водителем с хорошей реакцией. Шейн смотрел на него с любопытством, которое никогда раньше не испытывал к участнику Сопротивления. О чем думает человек вроде него? Что заставило его с риском для жизни заниматься подобным делом? Пострадал ли от алаагов кто-нибудь из его близких? Любой ответ был возможен. Впервые Шейн ощутил потребность узнать что-то об этих людях. Невысокий, молчаливый, смуглый мужчина тридцати с небольшим лет, с совершенно миланской внешностью несмотря на имя,- все, что Шейн мог бы узнать о нем. Иоганн сосредоточенно управлял машиной, дав Шейну ясно понять, что разговор его не интересует. Поскольку это соответствовало намерениям самого Шейна, если не принимать во внимание его пробудившееся любопытство, они совершили переезд в Рим почти без слов, потратив немногим более шести часов.
Наконец они остановились перед многоквартирным домом. Иоганн взял с заднего сиденья машины небольшую холщовую сумку на молнии и повел Шейна вверх по узкой, темной лестнице, пропитанной тяжелыми запахами кухни. Они очутились в маленькой однокомнатной квартире с двумя небольшими кроватями, электрической двухконфорочной плитой, лампочкой под потолком и настольной лампой. В комнате было довольно темно, хотя солнечный день только начинал клониться к вечеру, поэтому Иоганн зажег верхний свет. При свете одной слабой лампочки комната выглядела еще менее привлекательно.
– Место безопасное,- сказал Шейн.- Впрочем, от алаагов не спасет.
К его удивлению, Иоганн перекрестился.
– Чужаки нас тоже собираются разыскивать?
– спросил он.
– Нет,- ответил Шейн. Он ощутил нелепое желание извиниться. Потом сменил тему.- Послушайте, синьор Маротта говорил вам о вещах, которые мне нужны? Где купить их, не привлекая внимания?
Иоганн кивнул.
– Сначала я хотел, чтобы вы отвезли меня и я бы купил все сам, но поскольку уже довольно поздно, то некоторые магазины скоро закроются. Возможно, вы один сделаете это быстрее. Как вы думаете - успеете вы все купить до закрытия магазинов?
– Да,- ответил Иоганн.
Шейн вручил ему толстую пачку банкнот.
– Я подожду здесь. И хорошо бы привезти немного еды и питья.
– Я и так собирался это сделать,- сказал Иоганн. Он ушел.
После его ухода комната, казалось, стала серой и холодной. Причиной было всего лишь отсутствие одного человеческого тела, но Шейн почему-то внезапно и резко ощутил свое одиночество. Это было сродни чувству, что его предали. Он понял, что измучен. Он лег на спину на одну из узких кроватей, чувствуя всем телом
Его решение ускользнуть в Рим и устроить там представление имело целью нарушить видимую связь между городами, в которые он был послан, и появлением Пилигрима. В конце концов, как предложил Питер, другие люди могли взять на себя ответственность и обыгрывать эти появления, с его разрешения или без оного. Тогда всякая прямая связь между его путешествиями и подобными зрелищами потеряла бы четкость и не могла быть отслежена. Но до того времени он должен обезопасить себя.
Само появление в этом случае должно быть довольно безопасным и простым. Трудность состояла в его решении иметь в постоянном пользовании инструменты типа тех, которые сейчас были при нем,- а их можно было взять лишь из некоторых хранилищ оружия, к которым у него не могло быть доступа. И еще желательно, чтобы это было более обширное хранилище, чем те, которые находились в Губернаторских Блоках Лаа Эхона,- тогда, вероятно, сложней было бы обнаружить пропажу. Иными словами, ему надо было совершить рейд в учреждение алаагов с многочисленным личным составом офицеров - такое, как алаагский штаб здесь, в Риме.
Опасность заключалась в том, что, будучи пойман в этих стенах, он не сможет дать какого-либо разумного объяснения своему нахождению там. Быть схваченным означало быть возвращенным к Лит Ахну для неизбежного допроса и в конечном итоге устранения. Единственный его шанс ускользнуть от наказания - это войти через такую же частную алаагскую дверь, через которую он выскользнул из миланского штаба, чтобы обеспечить оправдание, спасшее жизнь Марии, а потом уже уповать на то, что увидевшие его там сотрудники примут его за человека-слугу, пришедшего с каким-то поручением.
Он ничего специально не планировал, потому что не имел представления о том, на что может натолкнуться, оказавшись внутри, в смысле расположения штаба или любопытства людей или алаагов к своей персоне. Он воображал, как его останавливают, допрашивают и выясняют… и тут заснул.
Когда он неожиданно проснулся, неизвестно отчего, в комнате было совершенно темно. Взглянув на наручные часы, он увидел, что внутренний будильник разбудил его почти в нужное время. Была почти полночь. На соседней кровати небольшой бугор под одеялом обозначал фигуру спящего Иоганна.
Алааги были в основном индифферентны ко времени суток на захваченной планете. Они работали по графику двадцатичетырехчасового дня, а в большом учреждении вроде местного штаба в любое время дежурило порядочное число служащих-людей. Шейн надел широкие брюки и рубашку, которые обычно носил на работу в Доме Оружия,- обычную одежду людей в алаагских учреждениях, не требующих специальной униформы. Закутавшись в плащ пилигрима, он взял посох и вышел.
Ночь в Риме была прохладной. Он почти сразу почувствовал холод, проникающий через плащ и легкую одежду под ним. Он пожал плечами, чтобы просигнализировать нагревательной системе выполненного по алаагской технологии плаща о необходимости температурной компенсации. Улицы были пусты, если не считать длинных рядов машин у края тротуара с каждой стороны - надежно запертых, темных и пустых. Среди них должна быть «Симка», но ключи остались у Иоганна. Особо не задумываясь, Шейн планировал поступить как обычно и нанять машину. Но непохоже было, что в таком месте он найдет курсирующие по улицам такси.