Реликвия Времени
Шрифт:
Вполне справедливо. Уточнять не нужно. Фелпс принимал все близко к сердцу. Но какой искатель истины не устоит перед искусной ложью?
— Но куда она ушла?
— Вы справлялись в том мотеле, который упомянули?
Фелпс схватил телефон. Номер он не знал. Нил бросил на стол коробок спичек с логотипом «Тореадора». Это был риск, но Фелпс сейчас глубоко погрузился в самообман. Он позвонил в мотель. Нил отвернулся к открытым дверям. Вдалеке была площадка со скамейками, тенистыми пальмами, а слева виднелся уголок часовни дона
— Ее там нет.
— Вы сказали, что попросили ее покинуть ваш дом?
— Я выставил ее на улицу среди ночи!
Неужели он сейчас расплачется?
— В таком случае, полагаю, она уехала. И сейчас, вероятно, возвращается в Миннеаполис.
Старик откинулся на спинку кресла. Догадка Нила принесла ему облегчение. Адмирари подался к нему:
— Что вам известно о событиях в доме дона Ибанеса?
— О событиях. — Фелпсу не хотелось выбираться из кокона жалости к самому себе.
— «Святой обман». Все это началось здесь. Разве вы не следите за новостями?
Что такое крушение страны по сравнению с утратой наложницы? Именно это слово употребила Катерина. Странная женщина, перед такой трудно устоять. Нил поймал себя на том, что в нем начинает шевелиться то самое чувство, с которым старался совладать старый профессор. В отличие от сердца, пах никогда не хранит верность кому-то одному.
— Они забрали ящик, который хранился у меня по просьбе дона Ибанеса.
— Расскажите мне об этом. — Спокойствие определяет все. — Какой ящик?
Фелпс описал его, словно чтобы выбросить из памяти; в час испытания это была несущественная мелочь.
— Пенопластовый ящик, заклеенный скотчем.
— Большой?
— Ради всего святого, какое это имеет значение?
Но Нил уже сложил два и два, надеясь, что оба числа по-прежнему остаются в десятичной системе. Неужели пропавшее изображение Мадонны Гваделупской нашло пристанище под крышей знаменитого атеиста, разрушителя подобных суеверий? Но зачем посвящать Фелпса в то, что находилось внутри ящика?
— Произошла подмена?
Несомненно, Фелпс хотел поскорее выпроводить Нила. Снова сняв трубку, он набрал номер, сверяясь с записной книжкой. Нил встал. Подходя к двери, он услышал, как Фелпс говорит:
— Мирна, это Джейсон.
Нил направился быстрым шагом к границе имения. Заросли деревьев редели и становились гуще, и часовня то появлялась, то снова пропадала из виду. Добравшись до беседки под пальмами, Нил увидел тропинку, ведущую к дому дона Ибанеса. Наверное, вот почему на самом деле он свернул к дому Фелпса, вместо того чтобы присоединиться к скоплению машин, запрудивших дорогу впереди. Слава богу, он закрыл за собой ворота. Но они не были заперты. Нил поспешил по петляющей тропинке в направлении базилики.
VII
«Три ящика?»
Дон
— Оригинал висел здесь?
Печальный вздох.
— Это, разумеется, лишь копия.
Дон Ибанес рассказал обо всем позже, в своем кабинете, за вином, безутешным тоном человека, сожалеющего о том, что принял участие в подобном обмане.
— Монахов в храме предупредили о готовящемся ограблении, — объяснил он.
Один возможный ответ заключался в том, чтобы превратить храм и окружающую территорию в неприступный военный лагерь, однако даже в этом случае не было бы никаких гарантий того, что вопиющее преступление удалось бы предотвратить. Поэтому было принято решение обратиться к дону Ибанесу.
— Монахи обратились непосредственно к вам?
— В роли посредника выступил Мигель Арройо.
— Тот самый человек, кто предупредил их о готовящемся ограблении? — уточнил Рей.
Дон Ибанес бросил на него печальный взгляд:
— Не знаю.
— Продолжайте, продолжайте, — нетерпеливо произнес Нат.
План был достоин захватывающего боевика. Снять оригинал и заменить его копией. Тайно вывезти священный образ из страны и спрятать там, где никому и в голову не придет его искать. «Где лучше всего спрятать книгу? — спросил Арройо. — В библиотеке».
А где лучше всего спрятать оригинал изображения, как не в маленькой базилике, точной копии храма в Мехико, хотя, разумеется, и в меньшем масштабе? С самого момента возведения часовни за алтарем висела искусно выполненная копия священного образа. Теперь там должен был разместиться оригинал.
— Я не спал все те дни, пока образ доставляли сюда, — сказал старик. — Но как только он был благополучно перевезен сюда… — Блаженное выражение разгладило морщины у него на лице. Хранить объект своего поклонения всего в нескольких шагах от своего дома, иметь возможность приходить к нему, когда захочется, не толкаясь в толпе паломников… — Брат Леоне простоял в часовне несколько часов на коленях. Как и я. Это было прекрасное время.
— Если только забыть беспорядки, стрельбу, общее смятение, — напомнил Рей.
Блаженство сменилось потерянным выражением.
— Совершенно верно. Я был больше всех потрясен реакцией на ограбление. Я лично вылетел в Мехико умолять монахов сказать, что им известно, где находится оригинал. Проливалась кровь.
— Это было тогда, когда вас якобы похитили, — заметила Лора.
— Да. Мигель Арройо пытался меня отговорить. Но я был полон решимости отправиться в Мехико.
Монахи, с которыми переговорил дон Ибанес, были убеждены в том, что подобное заявление с их стороны сочтут отговорками небрежных хранителей, у них похитили бесценную реликвию, доверенную их попечению.