Руки твоей прикосновение
Шрифт:
– Затем, чтобы мы почувствовали его силу и уступили ему. Человек, который в состоянии переселить из одного места в другое целую деревню за сто дней ради демонстрации своей силы, действительно, способен на невесть что.
– Что же нам делать?
– Я думаю, утром мы отправимся к горам и примемся строить.
Джубилит встала и направилась к двери.
– Теперь я знаю, что делать, - прошептала она.
– Больше я не буду стараться понять. Я просто буду помогать - Да, иди, - попрощался с ней Ренн. Скоро ты ему
***
Джубилит и Оссер стояли на парапете, любуясь кровавыми предрассветными всполохами на небе. Красное солнце вот-вот должно было встать; белое уже поднялось, и теперь его резкие причудливые тени покрыли землю. В роще небесных деревьев весело щебетали птицы, а в ее глубине глухо ухали летучие мыши с размахом крыльев в семь футов, укладываясь спать.
– Допустим, они не придут?
– засомневалась она.
– Еще как придут, - мрачно заверил он.
– Джубилит, а что тебя привело сюда?
– Я не догадываюсь, что ты замыслил, Оссер, и не знаю, правильно ты поступаешь или не правильно, но я уверена, будет много боли и трудностей, и я.., я пришла, чтобы попытаться спасти тебя. Я люблю тебя.
Оссер посмотрел на нее сверху вниз; такой же высокий и мрачный, как и его башня, возвышающаяся над предгорьем, и расхохотался. Его губы дрогнули, и он спросил:
– Маленькая бабочка, ты считаешь, что сможешь защитить меня?
Ее прекрасное и одухотворенное лицо не могло не тронуть Оссера. В его мире, помимо двух солнц, вспыхнуло третье - Джубилит. Обняв девушку за плечи, он засмеялся, подхватил ее, потом осторожно опустил, а сам подскочил к парапету и уставился вдаль.
Потрясенная Джубилит проследила за его взглядом и на горизонте, сквозь туманную дымку, оставленную поднявшимся красным солнцем, различила нескончаемую процессию. Они шли и шли - молодые мужчины и старые из дальних и близких деревень, а с ними их отцы, матери, жены и сестры, сидящие на всем, что могло перемещаться па колесах. Тут были открытые телеги, двухколесные брички, в которые впряглись люди, детские коляски, передвижные лотки; четыре тигровых быка, хрипя и взрывая землю, тащили широкую платформу, а за ними шествовали носильщики, которые, сменяя друг друга, несли на шестах разные грузы.
Оссер презрительно скривил губы и сказал, скорее обращаясь к самому себе:
– Вот, убедись сама. Перед тобой быдло. Достаточно одного слова, и они бросаются исполнять твою волю. Болваны.
– Он сплюнул и продолжал:
– Но однажды один из них возразит мне, и я вправлю ему мозги, чтобы другим было неповадно. А пока.., здесь тысяча рук и одна голова. Сегодня состоится закладка фундамента, - воодушевляясь, заметил он, - а когда это стадо построит дом, то поймет то, что сейчас им невдомек. Они - "настоящие" мужчины!
– Пришли все, - тихо проговорила Джубилит.
– Все до одного, Оссер.
– Тише, - остановил он ее, наклоняясь вперед навстречу
Процессия скрылась из виду и вскоре приблизилась к основанию горы, направляясь к башне. Столпившись на наклонном узком участке земли, прибывшие принялись что-то прикидывать, ковырять почву, оглядываясь вокруг и споря, где и что посадить, как лучше сделать дренаж и не испортить окружающий красивый ландшафт. Оссер не верил собственным глазам.
Он облокотился о парапет и покачал головой, осуждая их поспешность и нерасторопность. Разве так проводят планировку? Ну ладно, пусть потешатся, пока не зайдут в тупик. Тогда он спустится и покажет им, как надо работать. Зашедшие в тупик люди - мягкие люди. Теми, кто работает из-под палки, легко повелевать.
В этот момент Джубилит приглушенно вскрикнула, и Оссер быстро обернулся.
– Что с тобой?
Она указала пальцем на копошащихся внизу людей.
– Вон там.., отдающий распоряжения... Видишь, у платформы с камнями? Это же Ренн!
– Ерунда!
– воскликнул Оссер.
– Он давно не выходит из дома. Чтобы он очутился среди пропахших потом строителей? Ты что? Этот человек общается только с теми, кто говорит ему, что он прав еще до того, как тот откроет рот.
– Говорю тебе, что это он. Он!
– закричала Джубилит, сжимая его руку. Оссер, я боюсь.
– Боишься? Чего?.. Клянусь красным солнцем. Он! Точно, Ренн отдает приказания, словно это его город.
– Он засмеялся.
– Знаешь, Джуби, сильных людей хватает, но здесь я сильнейший. А ведь он вкалывает на меня!
– Я боюсь, - прошептала опять девушка.
– Все бросаются исполнять малейшие его желания, - задумчиво сказал Оссер, прикрывая глаза ладонью.
– Пожалуй, я был не прав, загоняя их на работу и выжимая все соки... А теперь с его помощью.., хм! Я думаю, у нас дело быстро пойдет на лад. Он оттолкнулся от парапета и бросился к лестнице.
– Оссер! Остановись! Прошу тебя, не надо!
– крикнула вслед ему Джубилит.
Оссер замер и смерил ее холодным взглядом.
– Тебе не переубедить меня, Джуби. Тебе не поздоровится, если ты будешь мешать мне.
– Он устремился вниз, перепрыгивая через три-четыре ступеньки, и вдруг остановился как вкопанный, несвязно бормоча под нос. Джубилит, затаив дыхание, приблизилась к колодцу и увидела Оссера, стоящего на цыпочках. Невероятно, но факт - он застыл на самых кончиках пальцев ног, едва касаясь сандалиями каменных ступенек.