Румбы фантастики. 1989 год
Шрифт:
Владимир Николаевич вновь поежился, представив, как зеленый муравей высасывает у него кровь, бросил рассказ в ту же стопку, снял очки, протер стекла и, вцепившись зубами в кончик оправы, задумался. Некоторое время он рассеянно глядел перед собой. Надежда найти «шедеврик» таяла на глазах. На столе остались непрочитанными всего два рассказа, но Владимир Николаевич боялся браться за них… Наконец он пересилил себя и, тяжко вздохнув, продолжил чтение.
Раздался стук в дверь.
— Да-да, войдите! — машинально отозвался
— Добрый день!
— Здрасьте! Проходите, садитесь, — скороговоркой выпала, Владимир Николаевич. «Неужели автор? — думал он. — Новенький, что ли? Не помню… А вдруг — «шедеврик»?
— Я вас слушаю! — с достоинством произнес Владимир Николаевич, широким жестом предлагая гостю одновременно «чувствовать себя как дома», «курить», а главное — побыстрее излагать суть дела, которое привело его сюда.
— Моя фамилия — Бучков, — сообщил незнакомец, — а зовут меня… м-м… Николаем Владимировичем.
— Слушаю вас, Николай Владимирович, — сказал Владимир Николаевич, уже чуть суше и чуть более официально.
— Так вот. Я знаю, что в вашем журнале регулярно публикуются фантастические произведения. Именно это обстоятельство и привело меня к вам. Я хочу предложить несколько рассказов…
«Излагает профессионально, — подумал Владимир Николаевич. — Где же я его все-таки видел?..»
— Да, действительно, мы печатаем фантастику, — ответил он, — но, знаете, у нас серьезный журнал со специфическими и, я бы сказал, весьма жесткими критериями оценки художественных достоинств фантастической прозы… Но, разумеется, я готов ознакомиться с представленной рукописью. Правда, не гарантирую, что смогу сделать это достаточно скоро… Вы знаете, где у нас отдел писем? Понимаете, полно работы, сдаем номер, не до рукописей…
— Но ведь у вас как раз и нет рассказа для этого номера! — изумился Бучков. — А вы говорите — не скоро… Да нет, я думаю, это произойдет сегодня, сейчас. — И он вежливо улыбнулся.
«Кто же это растрепал ему? Ну, доберусь я до вас!» — тоскливо подумал Владимир Николаевич. Роль загруженного работой и недоступного для простых смертных издателя ему явно не удавалась. Но он решил перехватить инициативу.
— Простите, Николай Владимирович, а кто вы по профессии? Специальность и вообще? Расскажите о себе!
— Виноват! Немедленно исправлюсь! — снова улыбнулся гость, прикурил сигарету, затянулся и, устроившись на стуле поосновательнее, заговорил:
— Дело в том, уважаемый Владимир Николаевич, что мне хорошо известна специфика вашей работы. Более того, я отношусь к вашим проблемам сочувственно, ибо… сам являюсь редактором отдела фантастики в популярном журнале «Наша планета».
— Интересно, — Владимир Николаевич с опаской вгляделся в лицо посетителя, — а кем же тогда являюсь я?
— Вы? Естественно, редактором отдела фантастики журнала «Наша планета»!
— Ну и ну! Журнал один, отдел один, зарплата тоже, кстати, одна,
— Почему неувязочка? И журнала два, и отдела два, и зарплаты соответственно две — по одной на каждого редактора. Просто вы работаете в журнале «Наша планета» на Земле, а я — на планете Бимбо, в системе… впрочем, вы не поймете, в терминах вашей цивилизации это созвездие Водолея…
«Боже, — устало подумал Владимир Николаевич и отвернулся к окну. — Ну что за жизнь?! Рассказа нет, номер горит, а тут еще психбольница разбежалась… В корпусе пять редакций, у каждой — двадцать комнат, так нет же — ко мне приперся!»
Он медленно снял очки; протерев стекла, надел и повернулся к Бучкову.
— Ну и что вы хотите, пришелец?
В слово «пришелец» он вложил столько сарказма, что любой настоящий пришелец на месте Бучкова молча встал бы и ушел, осторожно притворив за собой дверь.
— Я же вам сказал: я принес рассказы, — спокойно ответил гость, с любопытством наблюдая за выражением лица Владимира Николаевича.
— Ах да, конечно… — протянул Владимир Николаевич. Потом снова протер очки и обреченно сказал: — Ну что ж, давайте…
«Может, открыть рубрику «Шизофрения для всех»? Или «Мир глазами параноика»?» — размышлял он, глядя, как Бучков роется в кейсе.
Тем временем пришелец положил на край стола стопку рукописей и какой-то замысловатый прибор, похожий на совершенно плоскую пишущую машинку с миниатюрной кареткой.
— Пожалуйста! — Бучков с легким полупоклоном пододвинул Владимиру Николаевичу стопку бумаги. — Правда, тут есть небольшая трудность… технического порядка…
Владимир Николаевич, удивленно покосившись на странный предмет, взял в руки титульный лист и, запинаясь, прочел:
Верол КАТОРО
ЭСЛЯМБДО ТУДЫ КА ЭРАТРО БЕЗЗОБРАЗЗО
— Оччень, знаете, интересно! — оживленно проговорил он. — Непременно прочту, непременно! Спасибо вам большое! Непременно!..
— Минуточку, Владимир Николаевич, — перебил его гость. — Дело в том, что это все написано на языке оригинала, а вы, как мне представляется, недостаточно хорошо владеете языком бимбо… Или я ошибаюсь?
— Да нет, вы не ошиблись, — вынужден был согласиться Владимир Николаевич.
— Поэтому, — Бучков встал и взял в руки «машинку», — я и захватил для вас наш универсальный переводчик. Сейчас он запрограммирован на языки вашей планеты. Вот здесь, сбоку, панель с кнопочками. На кнопочках, приглядитесь, надписи: русский, английский, французский и так далее, всего сорок земных языков. Чтобы получить перевод, вы берете листок с текстом и лист чистой бумаги, складываете их вместе, вот так, видите? — вставляете сюда, нажимаете сначала кнопку «русский», а затем кнопку «включено»…