Самая сладкая ложь
Шрифт:
— Совершенно верно. Вы поразмышляли на эту тему?
— Немного, — признался он. — Не знаю, удивлю ли я вас, доктор. Может, глядя на меня, вы сделали противоположные выводы. Но я не могу порадовать вас рассказами о бурных страстях, невероятных любовных приключениях или о чем-то в этом роде, потому что ничего подобного не было. — Он вздохнул. — Наверное, доктор Фрейд не сказал бы обо мне ничего хорошего.
Доктор Мейер улыбнулась, убирая портрет, и достала из ящика стола большой блокнот.
— Рискну предположить, что доктор Фрейд редко говорил что-то хорошее —
— Вы вселяете в меня надежду, доктор, — рассмеялся Константин.
— Расскажите мне о вашей первой женщине. Вы хорошо помните ее?
— Признаться, не очень. Мне тогда было четырнадцать, ей — пятнадцать. Девушки не давали мне проходу, хотя я на дух не переносил вечеринки и домашние сборы с алкоголем и наркотиками. Она жила этажом ниже, мы учились в одной школе. Я имел репутацию богатого мальчика, а она имела репутацию первой красавицы всей параллели. Однажды она пригласила меня на свой день рождения. Ее отец был дипломатом и постоянно разъезжал по миру. Жена ездила вместе с ним, а дочь была предоставлена самой себе. В тот день ее родители в очередной раз уехали, и она пригласила гостей к себе домой. Мы выпили, потанцевали, а потом гости разбрелись — кто-то поехал домой, кто-то поднялся наверх. А мы с ней остались вдвоем. Я был пьян, как последний черт, если вы простите мне такое сравнение, но мы выпили еще по бокалу шампанского, после чего хорошая и правильная дочь дипломата достала — что бы вы думали? — пакетик с «травой». Она еще сопроводила это гордым комментарием «хорошая, ливанская!» — это я помню. А вот то, что было после этого, помню смутно. — Константин поморщился. — Мы занимались любовью на полу в ванной, потому что все спальни были заняты более резвыми парами.
Доктор Мейер сделала пару заметок в блокноте и кивнула.
— Иногда подобные вещи позволяют разнообразить сексуальную жизнь, — сказала она, и в ее голосе послышались назидательные нотки.
— Я никогда не позволю себе довести свою сексуальную жизнь до такого состояния, чтобы мне пришлось заниматься любовью на полу в ванной. До какой степени двое должны наскучить друг другу, чтобы позволять себе подобную низость!
— Вы можете курить, — добавила она, посмотрев на то, как ее собеседник вот уже пару минут теребит сигаретную пачку.
Константин благодарно кивнул и закурил.
— После этого вечера я убедился в том, что секс и все, что с ним связано — это пошлость и грязь, о которых лучше не думать, а заниматься ими — тем более. Меня удивляли мои сверстники, которые трещали о своих сексуальных приключениях. Я не понимал, что они в этом находят. Неужели, думал я, людям это нравится? Так я считал год, может, больше. До того момента, как в моей жизни появилась она.
— Она? — переспросила Нурит с улыбкой. — И кем же она была?
— Она была настоящей женщиной, доктор. Она была старше меня на целых пятнадцать лет, но меня это не смущало. Я встретил ее случайно — увидел в книжном магазине. Она разглядывала одну из полок. Я смотрел на нее с минуту, может, даже больше. Потом смутился, осознав, что так разглядывать женщину — это признак невоспитанности, и опустил глаза.
— Напротив, я понимаю вас. Я тоже была молода и совершала неоднозначные поступки.
— Сейчас я ни за что так не поступил бы. Я считаю, что это унижает женщину. И заставляет ее думать о том, что она нужна исключительно для постели. Разве это не прекрасно — дарить цветы и подарки, гулять по ночному городу, разговаривать о важных мелочах? Но мы отвлеклись от главного. Та встреча, во время которой она пригласила меня в гости, состоялась в начале недели. Вы не представляете, как сложно мне было сосредоточиться на обычной жизни. Мыслями я давно уже был в ином месте. Я думал только о выходных, и, как ни старался отвлечься, у меня ничего не получалось. И фантазия моя рисовала такие картины, которые я даже при желании не смогу описать словами.
Нурит подошла к чайнику и достала две чашки.
— Простите, я перебью вас, Константин, — сказала она. — Вы будете кофе?
— Кофе? — переспросил он. — Да. Мне, пожалуйста, черный, и без сахара.
— Итак, вы поехали в гости к вашей новой подруге. Вы все еще были уверены в том, что у нее нетрадиционная сексуальная ориентация? Этому тоже было место в ваших фантазиях?
— Доктор! — вспыхнул собеседник. — Мы не договаривались обсуждать мои фантазии!
Она примирительно подняла руки.
— Хорошо. Но, судя по вашей реакции, от истины я была не далека.
— Может статься, вы правы, — ответил Константин сдержанно. — Но это не касается того, о чем мы с вами говорили. Простите за резкость, но эту границу я переходить не буду. У меня должно быть личное пространство. Я имею на это право.
— Прошу прощения. Пожалуйста, продолжайте.
— Я приехал к ней с опозданием. Разумеется, заблудился — до последнего момента думал, что лучше не брать машину, но сел за руль. Это было чудесное место. Свежий воздух. Природа. Жить в таком месте — мечта. У нее был небольшой дом, как две капли воды похожий на домики для отдыха, которые они с подругой сдавали в аренду желающим оставить суетливый город и насладиться природой. Подруги ее дома не оказалось — она уехала на неделю по делам. Мы были предоставлены сами себе, и могли наслаждаться обществом друг друга два дня и три ночи. Большего счастья я себе не представлял.