Сдвиг
Шрифт:
Стагот привёл всех в подземное помещение, которое вырыли совсем недавно, в некоторых местах вместо стен виднелась чёрная земля. В помещении оказалось тесно, не говоря о том, что низкий потолок, действовал мародерам и охотникам на нервы. Стагот же дождавшись пока все встанут по местам, вызвал шар испускающий сильный свет и поднял его к потолку, стало значительно светлее. Закончив с этим, колдун сказал:
– То, что вы увидите не должно покинуть эти стены. Предупреждаю, что зрелище это для вас необычное и потому будьте благоразумны, не делайте поспешных выводов.
Стагот
Деревянная, дверь грубо сколоченная из кусков древесины, отворилась и на пороге её показался колдун, ни кем иным, человек облачённый в чёрный балахон быть не мог. На руках он держал поднос, на котором лежала голова. Голова генерала Гая Ворона.
Броня на мародерах и охотниках стала угрожающе наливаться энергией.
Все взгляды обратились на Стагота, требуя немедленных объяснений. Колдун остался невозмутим и ещё несколько мгновений внимательно всматривался в лица окружающих его командиров, после чего сказал:
– Это действительно голова генерала. Гай Ворон погиб чуть больше месяца назад, не оправившись после ранения, ядовитой стрелы, пушенной рукой специально подосланного убийцы. Предчувствуя конец, он приказал мне найти Ургаша, - Стагот указал на колдуна держащего поднос, - чтобы тот воскресил его после смерти.
– Ты говоришь о некромантии колдун, чёрном колдовстве! Неужели ты думаешь, если эта голова заговорит, мы будем выполнять её приказы! Ворон мёртв и тут на подносе лежит подтверждение этому! – исходя гневом, ревел Арк, один из командиров охотников.
Стагот громко призвал к тишине, пока мародеры и охотники, не наделали глупостей, после чего дал возможность говорить Ургашу.
– Вам, конечно, не приходилось иметь дела с некромантией? – спросил колдун.
– Мы воины. Зачем нам это тёмное колдовство?
– Ну, хоть кто-то из вас имеет представление об этом учении?
Из рядов мародеров выступил Ролонд, один из самых опытных и старых воинов.
– Я имел дело с некромантией.
– Тогда вы будете свидетелем того, что я говорю, - сказал Ургаш. – Некромантия на самом деле не имеет никакого окраса это ни добро, ни зло. Питает её чистая энергия, такая же какую вы применяете в броне. Существуют, конечно, и те, кто извращают ритуалы высокой некромантии и к моему сожалению таких много. Подобно тавматургам эти безумцы используют эманации смерти, страха и боли, для своих ритуалов. Я никогда не пользовался подобными методами и генерал это знал, почему и попросил меня об услуге.
– Возможно, то, что он говорит правда, - нехотя сказал Ролонд.
– Я никогда не был свидетелем подобного «воскрешения», но даю слово, что если с нами и заговорит, какой-то дух, то это будет дух Ворона, некоторые некроманты и правда работают только с чистой энергией.
Мародеры молчали, ожидая, что колдун скажет дальше. Ролонд был не из тех, кто стал бы лгать, даже в мелочах.
– Ритуал, что я провёл с телом генерала, не совсем обычен и не многие знают о его существовании. Состояние духа, в котором сейчас находится
– Говори толком колдун, - заметил один из охотников.
– Обычно призванные духи находятся в состоянии небытия, до тех пор, пока заклинатель не призовёт, но не в случае с генералом. Его дух бродит сейчас по земле.
На несколько мгновений повисло молчание, мародеры и охотники переваривали услышанное. Хоть они и повидали всякое, но бродящий где-то дух генерала Ворона, будоражил сознание, многие не верили в загробную жизнь, не говоря уже о духах, что уже из раздела сказок.
– Я призову его, если вы готовы, он не зря просил собрать вас здесь.
Люди затаили дыхание, глядя на мёртвую голову генерала.
Последняя армия Альянса выступила в путь на заре.
Мародеры и охотники, мрачные и молчаливые, но в глазах каждого решимость. Их вела вперёд сотня командиров, которых теперь называли Серыми капитанами. Среди них теперь не осталось посторонних новобранцы и резервисты остались в лагере, как и те немногие высшие чины уже не существующей армии Альянса.
Действовали серые капитаны быстро и слаженно, все мародеры и охотники, собрались в опасный путь за считанные минуты. Но выступила армия, которую все за глаза успели окрестить Обречённой, только утром.
Серый и Аза вернувшись с собрания, что устроил мёртвый генерал Ворон, первым делом приложились к бутылке, после чего отдали приказы подчинённым звеньям о срочном сборе. Никто не стал задавать вопросов или роптать, бойцы доверяли командирам, больше чем богам, которым они поклонялись.
У Серого и Азы, когда они подсели к остальным на лицах застыли такие выражения и с таким ожесточением они прикладывались к фляге с водкой, что даже Волосатый не решился первым спросить, что же они там услышали от Стагота и генерала Ворона.
Но видя нетерпение, на лицах друзей, первым сжалился над ними Аза.
– Генерал Ворон принял решение создать чрезвычайный совет из командиров мародеров и охотников. Теперь все решения будем принимать только все мы сообща.
– Но ведь это отличная новость, - удивился Волосатый.
– Я бы предпочёл обойтись без этого… Но это конечно не всё, генерал дал нам задание. Нам предстоит очень трудное дело, выступаем утром, как вы уже слышали.
– А что генерал, как он? – спросил Костун.
Аза посмотрел на Серого, тот даже не моргнул.
– Генерал в порядке, но ему сильно нездоровится после ранения, - быстро сказал Аза.
– А мы уж думали что… Ну да ладно, что уж теперь.
– Надо рассказать обо всём остальным, - сказал Серый, - Волосатый займись этим.
Мародер кивнул.
– Дышите воздухом ребята, завтра будет не до этого, - обронил Серый, обращаясь к своему звену, прежде чем опрокинуть в себя ещё один глоток водки.
Следующий день и правда обещал стать не из лёгких уже с самого начала. Армия Обречённых не отойдя от лагеря и на несколько километров замерла, чтобы через полчаса сорваться с безумной скоростью вперёд.