Секретарь старшего принца
Шрифт:
– Знаешь, Халэнн, иди-ка во дворец, тебе покажут выделенные комнаты. А я проведу воспитательные работы, потому что кто-то тут совсем от лап отбился.
Он мигом превратился в дракона и бережно сгрёб обоих братьев к чешуйчатому пузу, прорычал, пуская ноздрями дымок:
– Кто тут самый большой, а? Кто тут самый страшный, кого вы должны слушаться, шмакодявки мелкие?!
– Я не шмакодявка! – младший принц, отчаянно работая крыльями, снова взобрался на голову Элоранарру и стал по ней топтаться.
– Шмакодявка, – авторитетно заявил старший принц, растягивая губы в улыбке.
Снова поймав себя на том, что улыбаюсь, я кивнула спокойно сидящему в лапе брата
Не думала, что такое близкое столкновение с чьей-то семьёй может так волшебно согревать и в то же время резать сердце смертельным холодом.
____
* В момент сильного эмоционального переживания у дракона раз в жизни может случиться запечатление на объекте, который получает название сердце сокровищницы или сердце коллекции. После такого запечатления дракон начинает собирать похожие на запечатлённый объект предметы. Коллекции бывают двух типов: открытые и закрытые. Открытые коллекции драконы охотно показывают всем и каждому, а закрытые – только самым близким существам. Есть клуб драконов-коллекционеров, одно из условий членства – не трогать чужие сокровища, ведь драконы от них психологически зависимы.
** Драконы взрослеют иначе, чем люди, психологически одиннадцатилетний возраст дракона соответствует примерно шестилетнему человеческому, четырнадцатилетний Линарэна – девятилетнему.
Глава 5
Выход дракончиков на прогулку распугал придворных и слуг, вынудил патрульных гвардейцев изменить маршруты, так что к сияющему окнами дворцу я шла одна, и не у кого было спросить, где мне выделили место.
Детский смех и смех принца Элоранарра окончательно убедили меня, что причина его нежелания признаваться в пристрастии к управлению государством только в чувствах брата: он их любит. Обоих. Несмотря на то, что его мама умерла, давая жизнь принцу Линарэну.
Чужой взгляд коснулся щеки, мурашки пробежались от неё по шее до спины. Остро резануло ощущение, что я одна и беззащитна, хотя топот, шелест крыльев и фырчание принцев доносилось из-за угла дворца.
Я лишь чуть сбилась с шага, пошла быстрее, но сзади раздался женский голос с очаровательными модуляциями.
– Граф…
Меня звала золотоволосая женщина с нежными большими глазами. Тёмно-синее платье подчёркивало узкую талию, а серебряные кружева – большую грудь.
«Она прекрасна», – пронеслось в голове. Я знала, кто передо мной, много раз слышала от дедушки Эштрана её имя, и каждый раз при её упоминании в его голосе, лице появлялось восхищение. Теперь я поняла, почему…
– Леди Заранея, – прошептала я и поспешно склонилась.
– Узнал меня, – она отлично владела голосом, похоже, дальнее родство с нами передало ей часть этого дара. – Неужели Эштран говорил обо мне дома?
– Конечно, – я выпрямилась, снова разглядывая формальную любовницу императора.
Удивительно, что она при своей изумительной красоте носила только этот статус.
Формальные и просто любовницы – тоже следствие зависимости правящих родов от их семейных артефактов: магия их представителей так велика, что в момент близости может навредить партнёрше, а то и вовсе её убить, и так как в правящих семьях рождаются лишь мальчики, подходящих по магической силе девушек не существует. Поэтому мужчины правящих родов спят только с теми, кого принял родовой артефакт – с избранными или женщинами, после особого ритуала получившими магическую защиту артефакта.
Любовницы
– Глава рода не мог не говорить о вас, леди Заранея, – ответила я.
Она понимающе усмехнулась:
– Пожалуй, ты прав. Мой побег от брака с твоим отцом был настолько дерзким, что забыть об этом невозможно.
Порой формальными любовницами становились, чтобы избежать неприятного брака – если удавалось уговорить на это дракона правящего рода. Леди Заранея, принятая в правящий род Фламиров, должна была стать супругой моего отца, всё было сговорено, но она попросила защиты у императора Карита Третьего. Формальную любовницу принудить к браку не могли ни Сирины, ни даже Фламиры. Для моей семьи это было оскорблением. Просто плевком то, что после стольких лет верной службы нашего рода императорскому роду он взял Заранею, невесту Сирина, в любовницы.
– У меня нет причин обижаться на вас, – уверила я: что взять с молодой драконицы? Но император действовал осознанно и не мог не понимать, что оскорбляет нас. – Если бы вы не ушли, меня бы не было.
И род Сирин был бы жив – именно смешение крови Сиринов с кровью нашей с Халэнном матери сделало меня потенциальной невестой для представителей императорского рода.
– Надеюсь, мы подружимся, – улыбнулась Заранея и подошла ближе. От неё пахло сладко, нежно, трепетно. – Наверное, тебе сейчас очень одиноко. Если захочешь поговорить – я всегда готова выслушать и дать совет. А сейчас позволь проводить тебя в твои комнаты.
Она удивительно быстро узнала о моём здесь появлении. Или принц Элоранарр именно ей поручил устроить меня во дворце? Вполне подходящее для формальной любовницы поручение.
От её прикосновения по телу растеклось приятное тепло, словно Заранея воздействовала ментально, но этого не было – ни защитные амулеты, ни моя собственная магия не улавливали вторжения. Заранея просто взяла меня под руку. Улыбнулась мягко и понимающе:
– Идём.
И я пошла. Рассеянно слушая её поздравления со вступлением в должность секретаря, уверения, что во дворце мне обязательно понравится, и общество драконов поможет исцелить душевные раны.
Она лично распахнула двери апартаментов на первом этаже и зажгла магические светильники в строгой пепельно-чёрной гостиной с посеребрённым камином и отделанной перламутром мебелью.
– Эту гостиную называют «Северный океан». Я подумала, что тебе она… соответствует, – Заранея подошла к левой двери и открыла её. – Кабинет оформлен в водном стиле. Здесь цвета более насыщенные и отделка золотая. – Она указала на противоположную дверь. – Там спальня, ванная комната и гардеробная. В окна видна башня Элора, если потребуешься ему очень срочно, можешь лететь прямо через окно, но такое поведение гвардейцы не приветствуют, и барон Дарион может сделать замечание.