Сибирские сказки
Шрифт:
Ару-Мёндюр
Жил на Алтае храбрый богатырь Ару-Мёндюр. Сердце его страха не знало, тело его усталости не испытывало.
Полюбил богатырь красивую девушку Чечек.
— Давай жить в одном аиле, — сказал ей. — Давай разведём свой костёр…
Девушка ответила светлой улыбкой: согласна. Но что скажет отец? Отдаст ли он её в жёны Ару-Мёндюру?
Поехал парень к отцу Чечек. Аракой старика угощает, хорошие речи заводит. Старик араку не пьёт, единственную дочь из своего аила отпускать не желает.
Но Ару-Мёндюр
Три дня он в аиле сидел, старика уговаривал. На четвёртый день старик сказал:
— Ладно. Если ты привезёшь мне два клыка чудовища Кара-Кула, Чечек будет твоя. Мне надо подпереть теми клыками свой старый аил. Семьдесят богатырей к Чечек сватались — ни один моего желания не исполнил. Может, ты привезёшь клыки…
Богатырь Ару-Мёндюр слова «нет» не знал, цели своей всегда достигал.
— Хорошо! — сказал он. — Клыки привезу.
Надел стальной панцирь, взял боевой лук, сделанный из рогов горного козла туу-теке, наполнил берестяной колчан стрелами и поехал.
По широкой долине, над которой сорока не могла пролететь, богатырь промчался. Через высокий хребет, через который орел не мог перелететь, он переехал. Деревья ему ветками махали, птицы весёлые песни пели: все успеха желали.
Белка бросила богатырю кедровую шишку.
— Пощелкай, — сказала она. — Орехи прибавляют силы.
Медведь показал ему лучшую звериную тропу:
— Тут хорошо проедешь, Кара-Кулу сонного застанешь.
Всё дальше и дальше богатырь ехал, по сторонам зорко посматривал.
Вдруг остановился конь, чуть слышно прошептал:
— Вперёд смотри!
Глянул Ару-Мёндюр: впереди Кара-Кула спит. Голова у чудовища как большая сопка, туловище — всю долину заполнило, из кольца в кольцо свилось, ресницы — на таёжный лес походят.
Храпит Кара-Кула страшнее грома небесного, ужаснее каменного обвала. От его храпа земля вздрагивает, из берегов рек вода выплёскивается. Конь богатырю шепнул:
— Стрела бессильна поразить чудовище. Бери камень, бей между глаз.
Спешился Ару-Мёндюр, от горного хребта отломил большую скалу и поднял
— Эй, эй! — громко крикнул.
Кара-Кула, просыпаясь, сладко зевнул.
Богатырь Ару-Мёндюр увидел: из одной челюсти чудовища торчат кости семидесяти богатырей, из другой челюсти — кости семидесяти богатырских коней.
— Кто осмелился разбудить меня? — проворчал Кара-Кула, один глаз приоткрыл.
Глаз у него огромный, на бездонное озеро похожий, чёрный, как дёготь.
— Эй, эй! — крикнул богатырь громче прежнего.
Кара-Кула открыл второй глаз.
Не успел он разглядеть противника — скала обрушилась и глубоко вонзилась в переносье.
У чудовища глаза лопнули, чёрными реками вытекли. Сердце на куски развалилось. Кара-Куле пришёл конец.
Богатырь выломил у него два клыка, повьючил на коня и поехал в свою родную долину.
Птицы над ним летели, весело посвистывая, звери следом шли — победителя славили. Трава ему под ноги стлалась, высокие деревья низко кланялись. Все радовались.
Старик, увидев победителя, замахал руками:
— Бери Чечек в жёны. Бери.
Ару-Мёндюр лиственничной коры надрал и сделал новый аил. Вместе с Чечек они развели костёр. Много мяса нажарили, много араки приготовили. Всех соседей позвали. Первую чашку Чечек поставила на землю перед своим отцом.
Старик выпил араку и стал у зятя просить прощения за то, что посылал его на верную смерть.
Сказители ударили по струнам топшуров и запели победителю хвалебные песни. Богатырь Ару-Мёндюр сказал:
— Не я победил чудовище — победила смелость. А смелости меня научил народ.
Молодые парни игры затеяли. Взрослые мужчины состязались в меткости стрельбы из лука.
Женщины шесть лет свадебные песни пели. Девять лет продолжалось веселье.
Ару-Мёндюр и Чечек жили счастливо, детей своих воспитали смелыми и храбрыми, честными и трудолюбивыми.
Лиса и сирота
В одной из долин Алтая жил сирота, молодой парень. Скота у него не было, юрты не было. Ютился в шалаше. Денег он не знал. Рубахи не имел, сапог никогда не надевал.
В густом осиннике он ставил силки на зайцев. Мясо ел, поджаривая на костре, шкурками прикрывался от мороза.
Однажды утром он проверял свои ловушки. Смотрит: в силке лисица, ещё живая. Хотел её добить, но она заговорила человеческим голосом:
— Пожалей меня, сиротинушка! Оставь в живых. Придёт пора, я тебе тоже добро сделаю.
Парень отпустил лисицу на волю. Она вмиг исчезла в глубине леса. Молодой охотник подумал и упрекнул себя:
— Зачем я её отпустил? Какая от неё польза? А шкурка сгодилась бы на воротник, из лапок я сшил бы себе шапку…
Пришёл он в свой шалаш, уснул возле костра. Утром снова собрался на охоту. Неожиданно перед ним появилась лисица.
— Ты, парень, уже большой, — говорит ему заботливо. — Тебе пора жениться.