Скуф. Маг на отдыхе 4
Шрифт:
Но скорее всего она еще страшнее.
Глава 17
В кузове довольно
— Кто-то знает, что ты ушла? — спросила Ирина.
— Стеклова знает, — ответила Ксюша Шестакова и всхлипнула. — Я ей сказала, что в лес иду, за грибами.
— За грибами?! Серьёзно?! А ты раньше когда-нибудь ходила за грибами?!
— Нет.
— И что?! Её ничего не смутило?!
— Стеклову-то? — и снова всхлип. — Вообще нисколько. Наоборот, советов надавала что брать, что не брать, где искать и всё такое прочее. И ещё умоляла мухоморы не пинать, мол, они для лесных зверушек очень полезные…
— Плохо.
— Ага, — всхлип-всхлип. — Очень плохо.
Шестакова повесила бы голову, да только не имела физической возможности такое провернуть. Клан Сколопендры зафиксировал шаманку в пространстве так, что она даже пошевелиться не могла — настоящий кокон из сдерживающих магию артефактных цепей и верёвок. Обмотать сверху бинтом и получится мумия.
Так она и валялась сейчас на полу. И будто рулон ковролина перекатывалась туда-сюда на резких поворотах.
Ну… что сказать?
Заслужила.
Можно даже счесть это со стороны триады комплиментом. Этаким знаком уважения.
Сю, мягко говоря, не понравилось то, что Шестакова наворотила в холле гостиницы до её прихода. Особенно учитывая тот факт, что время для клана сейчас было мирное. Потерь личного состава вообще быть не должно, а тут вдруг приходит эта соплячка и ровным слоем размазывает по полу несколько звёзд Сколопендр.
Изо всех сил осторожничая и стараясь правильно оценить возможности Скуфидонского, что было крайне правильным решением, клан умудрился недооценить Шестакову, что оказалось решением неправильным.
Что до Скуфидонской, то та просто попала не в то время и не в то место. Или же… наоборот? Приди она на встречу с Чао часом позже или часом раньше, Ксюша уже была бы «наказана», а Сколопендры потихоньку свалили из страны.
Теперь же история дала новый виток. А вот каким он будет — остросюжетным или же очень коротким и весьма трагичным, станет понятно уже скоро.
— Надеюсь, что Вася всё понял.
— Вася? — сперва не поняла Шестакова. — А-а-а… Василий Иванович, что ли?
— Василий Иванович, — вздохнула Скуфидонская. — Я как могла старалась ему подсказать.
Говорить им, кстати, никто не мешал. Никаких кляпов или хотя бы скотча на рты не наклеивали. Опрометчиво?
Возможно, наоборот. Сговариваться они могут сколько угодно, а дальше что? А так вся их жажда действия выливается в разговоры. Притом одна ещё и другую успокаивает…
Триады действительно знали толк в захвате заложников.
Саму Ирину так плотно не пеленали и ограничились наручниками, но при этом антимагическими. На всякий случай.
Но проблема была
Как подать сигнал своим без какой-либо техники — совершенно непонятно. Да и потом… знать бы теперь, где они с Шестаковой вообще находятся?
Даже если бы Ира считала, сколько раз машина свернула направо, сколько раз налево и сколько раз постояла на светофоре, толку от этого не было бы никакого.
Так что единственная их связь с внешним миром — это радио в водительской кабине. Какая-то ретро-волна с кучей рекламы и диджеем, который выжимает из себя сомнительные остроты. Что ж… Возможно, есть смысл попытаться втихаря сделать артефакт из наручников? Или вообще из машины, в которой они сейчас едут? Решение вполне себе элегантное, да только вряд ли исполнимое.
Сингапурцы прекрасно знают, кто такая Ирина Скуфидонская, и, наверняка, просчитали подобный шаг с её стороны.
Потому что…
Ну а правда? Что именно умеет банши? Полный список способностей с их подробным описанием и временем отката по кулдауну Скуфидонской никто не предъявлял. Но вероятней всего, что, будучи сильным магом, косоглазая почувствует неладное сразу же.
Брат подробно объяснял Ирине, как чувствует токи сырой энергии, и принцип был ей предельно понятен. Если где-то убыло, значит, где-то прибыло, а артефакторика — техника затратная, и ману жрёт только так.
— Плохо, — повторила Скуфидонская, судорожно соображая, что же им теперь делать.
Сю ехала в машине вместе со своими пленниками; в водительской кабине.
Иногда сингапурцы о чём-то коротко переговаривались на своём языке, ну явно не погоду обсуждали. И тут, впервые за всё время поездки, в кабине зазвонил телефон.
— Да, — Сю ответила по-русски. — Нет. Простите, я вас не знаю, — сбросила звонок и ляпнула что-то такое протяжное и явно что эмоционально-заряженное.
Ира не знала наверняка, есть ли в китайском языке матерные ругательства, но, кажется, это было одно из них.
«Началось», — подумала Ира…
* * *
Как же мне хотелось прибить собственника отеля. Изощрённо как-нибудь, с выдумкой. На его счастье, человек я всё-таки незлобивый и склонный к самоанализу, а потому быстро понял — это всё потому, что он крайний и прибивать мне кроме него некого.
Потому что опоздали.
Потому что пусто.
В чёртовом отеле не было ни единой живой души. Мы с Гринёвым и подоспевшими канцелярскими перевернули каждый номер и каждое помещение, но так никого и не нашли.
Что до собственника, то… ну нет, человек не был в сговоре с сингапурцами. Это точно. Не был он ни дураком, ни корыстным ублюдком, ни легкомысленным растяпой. Просто ему, как и Женьке Данилову, предложили слишком щедрую сделку.
Сингапурцы сказали, что хотят купить его бизнес, и пустили пыль в глаза — выкупили абсолютно все номера на целый месяц. Так что их просьбу временно выгнать весь персонал в оплачиваемый отпуск, оплачиваемый ими самими, к слову, не выполнить было просто невозможно. Хозяин-барин, как говорится.