Современный детектив. Большая антология. Книга 1
Шрифт:
— Я не хочу, чтобы у вас из-за меня появились проблемы. Спасибо за помощь и чудесную беседу.
Лука резким движением остановил ее. Она знала, что он так и поступит.
— Идти пешком тебе небезопасно. — Он снял грязную бейсболку и потер лоб. — У нас есть пиво, чтобы их угостить, и они не станут проверять кузов.
Он водрузил бейсболку на место и знаком показал ей следовать за ним. В открытом кузове громоздилось оборудование, применяемое в процессе нефтедобычи.
— Накройся брезентом и не высовывайся без нашего сигнала, — сказал он. — До Лубы дальше есть еще один КПП, кроме этого,
После того как они миновали КПП, Монро отодвинула брезент и уставилась на чистое голубое небо, стараясь дышать глубоко и ровно.
Грузовик неожиданно дернулся и остановился на одной из редких мощеных дорог Лупы. Озадаченная Монро зарылась поглубже в брезент. Она прислушалась к приглушенным голосам Луки и Сальваторе, что-то оживленно обсуждавших, но хоть что-то разобрать так и не смогла. Вскоре раздался звук хлопнувшей дверцы, и они снова тронулись.
Наконец они добрались до безлюдного поселка за пределами города и остановились. Ни Лука, ни Сальваторе так и не появились, хотя и обещали дать ей знать, когда доберутся до места. Через примерно полчаса Монро стала прикидывать, что ей делать дальше. Она решила немного поспать, а потом, дождавшись темноты, продолжить путь самостоятельно.
Ее разбудили шаги. Инстинкт, дремавший почти семь лет, дал о себе знать: она машинально потянулась за ножами, и только не нащупав их, сообразила, где находится. Монро сгруппировалась и приготовилась действовать. Шаги приблизились, и ее тихонько окликнул Сальваторе.
Монро отозвалась шепотом и вылезла из-под брезента. Она села на край кузова, свесив ноги, и Сальваторе устроился рядом Он объяснил, что их задержал патруль: в городе оказалось полным-полно военных, проверяющих документы.
— Не знаю, подойдут ли, — сказал Сальваторе, передавая ей пару обуви и носки, — но без них ты не сможешь продолжить путь.
Чтобы достать обувь, им и пришлось остановиться в городе. Туфли были самыми что ни на есть примитивными — парусиновый верх, пришитый бечевкой к резиновым подметкам, привезенным из Нигерии или Камеруна, но ей они показались самыми чудесными, какие только бывают на свете.
Монро примерила их: они были чуть великоваты, но вполне годились. Она протянула ему банкноту в пять тысяч франков. Он улыбнулся и отказался взять деньги.
— Гостиницы переполнены, с ними здесь всегда проблема. Если тебе не удастся разыскать друзей сегодня, можешь переночевать в кузове. Но рано утром сюда придут рабочие, чтобы заняться выгрузкой.
Она кивнула на туфли:
— Ты уверен, что не возьмешь деньги? Ни за них, ни за то, что подбросили?
— Нет-нет, — подтвердил он. — Ты не первая, кто попадает в неприятности в этой сумасшедшей стране. Мы помогаем, когда можем.
Монро дождалась ухода Сальваторе и, соскользнув на землю, скрылась в тени. Стараясь держаться подальше от улиц, она двинулась к морю.
Почувствовав запах рыбы и дым костров, она направилась туда, откуда он доносился. Вскоре она оказалась на небольшом, очищенном от зарослей участке, застроенном маленькими домиками, сложенными из грубых обожженных деревянных
Уроженцы острова говорили на языке буби, более мелодичном по сравнению с фангом, используемым в основном на материке и в столице. Монро уже приходилось слышать буби и раньше, но она не владела им достаточно хорошо, чтобы общаться, а потому предпочла обратиться к собравшимся с приветствием на испанском.
В ответ взрослые тоже поздоровались и заулыбались, а дети уставились на нее, не скрывая любопытства. Монро выдала себя за обычную путешественницу, и они охотно ответили на ее вопросы и рассказали о столице и наиболее пригодных для купания местах, а кроме того, пригласили разделить с ними трапезу, отказавшись при этом от нескольких тысяч франков, предложенных ею. Тем не менее она вложила деньги в ладошку ближайшего к ней ребенка. Помимо рыбы на ужин были поданы листья подорожника, разрезанные на полоски и зажаренные в пальмовом масле, а также лесные улитки в жирной томатной пасте.
Монро, заведя разговор с рыбаками, поинтересовалась насчет лодки, которая могла бы доставить ее на материк. Те покачали головой и принялись что-то обсуждать на своем языке. После этого они сообщили, что такие лодки иногда заходят в Лубу, но сейчас их там нет, и предложили отвезти ее утром на берег, дабы познакомить с теми, кто совершает подобные рейсы. Она отсчитала еще несколько купюр за ночлег под их кровлей, и ей выделили место на цементном полу, предложив куртку вместо подушки. В знакомой с детства обстановке сон пришел быстро.
Рано утром, под еще не исчезнувшим полумесяцем и звездами, Монро пришла на берег, чтобы разглядеть лежавшие там лодки, похожие на армаду, готовую развернуться в боевые порядки. Их состояние в точности соответствовало тому, что говорили местные жители: ветхие и полусгнившие рыболовные суденышки. Были здесь и просто пироги с маломощными навесными моторами, а многие и вовсе без них. Некоторые посудины, что побольше, были оснащены мачтами и парусами, а у самой большой из них, длиной десять футов, имелся совсем новый навесной мотор. Монро обошла ее вокруг и потрогала корпус. В лодке вполне хватило бы места для дополнительных запасов топлива, но относительно ее мореходных качеств оставались большие сомнения.
Швыряя горстями гальку в набегавший прибой в попытке погасить закипавшую злость, она поняла, что оказалась на этом острове в западне, а время уходило впустую. Это означало, что ей все равно придется рискнуть и, вернувшись в Малабо, попытаться выбраться уже оттуда. Аэропорт отпадал. Порт тоже. Она посмотрела на небо, как бы ища в нем поддержки и подсказки.
Был еще один вариант. Возле Уреки можно найти Бонифация Акамбе. Да, она хотела его повидать, но не при таких обстоятельствах. Но разве у нее есть выбор?