Спецоперации Второй мировой
Шрифт:
В завершение фотографирование было произведено с высоты 1000 метров для определения положения береговой полосы в нужную по времени приливно-отливную фазу. Каждая даже самая малейшая деталь была перенесена на громадную рельефную карту.
После всего этого, с учетом исследований Уилмота, на одном из участков побережья Англии было подобрано местечко, абсолютно схожее с нормандским берегом. На нем были воспроизведены все препятствия, различные объекты, минные поля и проволочные заграждения, сооруженные немцами на данном участке. Таким образом войска получили возможность провести необходимые учения по высадке на побережье и прежде всего ознакомиться на практике с новыми видами десантных танков, специально разработанных к тому времени. Из-за
В ночь на 18 мая 1944 года в руки немцев в районе Кале попали английские офицеры Георг Лейн и Рой Вулдридж. Они имели задание установить местоположение минных полей немцев на побережье у Кайе-сюр-Мера. То, что они не были расстреляны, а доставлены в штаб-квартиру Роммеля, произошло из-за того, что в том районе случайно находился с инспекционными целями начальник штаба Роммеля генерал Шпейдель. [31] Вместо того, чтобы передать их службе безопасности для «специального расследования» он поместил их в отдельных камерах в замке Ла-Рош-Гийо. Оба они были единственными, кто остался в живых, будучи захваченным в плен при разведке побережья.
31
Шпейдель Ганс (1897–1984) — немецкий военный деятель, генерал пехоты. Участник I-ой мировой войны. Затем служба в рейхсвере. Прошел подготовку офицера генштаба. С 1933 г. — помощник военного атташе в Париже. С 1938 г. — начальник отдела иностранных армий Запада. С 1942 г. — начальник штаба армии и с 1944 г. — группы армий во Франции. Участник заговора против Гитлера, что однако доказано не было, но в тюрьме просидел 7 месяцев. После окончания войны участвовал в создании бундесвера, где занимал ряд высоких постов. Был военным советником Аденауэра. В 1955 г. — представитель ФРГ в НАТО и в 1957 г. — командующий сухопутными войсками НАТО в центральной зоне Европы.
Из воспоминаний полковника Георга Лейна:
«18 мая 1944 года я находился в надувной лодке вместе с другом Роем Вулдриджем. Мы дрейфовали примерно в полумиле от берега в районе Кайе-сюр-Мера. Было еще темно. Отойдя на веслах от берега, мы сидели в лодке, ожидая рассвета. Вдруг мы услышали шум, а затем и увидели моторный бот, шедший к нам со стороны берега. Когда мотобот приблизился к нам, я сказал напарнику:
— Может быть, нам удастся овладеть суденышком и на нем возвратиться домой.
Приблизившись, бот стал делать вокруг нас круги. Затем на нас были направлены «Шмайсеры» (армейские немецкие пистолеты-пулеметы). Не видя никакого другого выхода из положения, мы подняли руки вверх.
Немцы взяли нас на борт и тщательно обыскали. Я обратил внимание, что при входе в порт, немцы вели себя очень осторожно. Когда я поинтересовался таким их поведением, они сказали, что это — из-за мин. Повернув голову в сторону Вулдриджа, я увидел, что он смеется. Непроизвольно я тоже рассмеялся, почувствовав некоторое облегчение, что мы оба остались живы и здоровы после ночного плавания на минах.
В Кайе-сюр-Мер мы были неоднократно допрошены. Я теперь уж и не помню, что это были за люди. В заключение нам завязали глаза и, отведя руки за спину, надели
На следующий день нас повезли дальше, и опять не могу сказать куда. Там мы снова были допрошены различными людьми — естественно, каждый из нас допрашивался отдельно. С тех пор я Роя почти уже не видел. Потом ко мне в камеру пришли два офицера. С завязанными глазами меня вывели и швырнули в автомашину.
Я сидел на переднем сидении рядом с водителем и к своему большому удивлению вдруг понял, что могу кое-что видеть, откинувшись назад, в промежуток между носом и повязкой. Таким образом мне удалось прочитать названия дорожных указателей. Мы ехали долгое время — во всяком случае, так мне показалось — и я старался, чтобы немцы не заметили, что я все же кое-что вижу. И тут чуть было сам не выдал себя. Увидев собаку, перебегавшую дорогу, хотел предупредить водителя, чтобы он ехал осторожнее, но вовремя спохватился, и промолчал. Вскоре мы приехали, так как автомашина остановилась.
Как раз перед остановкой я успел прочитать на дорожном указателе: «Ла-Рош-Гийо» и постарался запомнить это название — сейчас не смогу, пожалуй, даже сказать для чего.
Мы вышли из автомашины, с меня сняли наручники и повязку. Осмотревшись, увидел необычный замок как бы прислоненный к скале. Присмотревшись, заметил, что его дымовые трубы образуют единую линию с деревьями, росшими на скалах. Повернувшись к Рою Вулдриджу, сказал:
— Боже мой, что за удивительное место, посмотри-ка!
Это, по всей видимости, охране не понравилось, и мы тут же были введены внутрь здания. Нас снова разъединили и развели по камерам. В здании и вне его стояла полневшая тишина и я решил немного осмотреться. Подойдя к двери, приоткрыл ее немного и вдруг сквозь образовавшуюся щель увидел громадную собаку, злобно оскалившую свои клыки и угрожающе зарычавшую (таких собак я в своей жизни больше никогда не видел). Часовой со всей силы потянул ее за поводок, а я поспешно прикрыл дверь.
Внезапно дверь моей камеры через некоторое время отворилась и ко мне вошел чрезвычайно элегантный офицер. Один из постовых тут же принес мне чай с бутербродами. Я был ужасно голоден, ибо в течение нескольких дней почти ничего не ел. Переждав несколько минут, офицер сказал:
— Я хочу сообщить вам нечто очень важное. Вы встретитесь с весьма значительной личностью — но прежде должны дать мне слово джентльмена и офицера, что будете вести себя соответственно.
Я сделал вид оскорбленного человека и резко произнес:
— Я никогда не веду себя не по-джентльменски.
Он улыбнулся и между нами установилась дружеская атмосфера. Затем он вывел меня из комнаты (собака опять зарычала) и мы прошли в соседнее помещение. Там сидел очень импозантный офицер более высокого ранга, чем мой сопровождающий. Насколько мне помнится, в его униформе преобладали синий и золотой цвета. [32] Он встал, дружески поприветствовал меня и произнес:
32
По всей видимости, это был начальник оперативного отдела штаба группы армий «Б» полковник Ханс-Георг фон Темпельхоф. — Прим. Автора.
— А в Англии сейчас должно быть очень хорошо.
В ответ я спросил:
— А вы знаете Англию?
— Да и неплохо, — воскликнул он. — Между прочим, моя жена англичанка.
Я выразил ему свои комплименты по поводу его хорошего английского языка. Улыбнувшись, он сказал:
— Сейчас вы должны встретиться с весьма значительной личностью. Полагаю, что вы себя не посрамите.
На это я ответил:
— Конечно же, я всегда веду себя по-джентльменски, как же иначе?