Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

1966

" Не земля, а всего лишь страна, "

Не земля, а всего лишь страна, не страна, а всего только город, только улица, клен у окна… Надоело! Я весел и молод. Я устал от родимых примет, от причуд материнского нрава, и лежит предо мною весь свет — и любовь, и работа, и слава! …Так я думал. И вот, исчерпав эту юную страсть к переменам, понимаю, что все-таки прав, возвратившись к отеческим стенам. Слава Богу, что я не бедняк, что остались навек за душою этот берег и этот овраг, и поэтому что-то я стою.

1967

" Я услышал, как воды шумят, "

Я услышал, как воды шумят, то под снег забираясь глубоко, то обрушиваясь с водостока… Как тяжелые тучи летят… Значит, вновь на реке потемнели, изможденные старые льды, и
грачи наконец прилетели,
чтоб напиться апрельской воды. Что еще? Разве то, что залиты этой пенистой талой водой, оседают надгробные плиты по ночам под зеленой звездой. Слава Богу — грядут перемены, и всю ночь будоражат мой ум шорох льдин, бормотание пены — что ни час нарастающий шум…

1967

" Листья мечутся между машин, "

Листья мечутся между машин, на колючем ветру коченеют. Понимаю, как холодно им, на глазах золотые чернеют. Слава Богу, я снова один, словно в этом какое-то благо! И смотрю, как из серых глубин тихо сыплется серая влага. Я наутро поймаю такси, подниму воротник от прохлады и шоферу скажу — отвези на погосты Великой блокады. Потому что в одной из могил мой отец похоронен когда-то. Неизвестно ни места, ни даты — устанавливать не было сил. А недавно в рязанском селе были праздники в честь Руставели. Гости прибыли навеселе, отобедали, песню запели. Вечерело. Накрапывал дождь на разбитую сельскую церковь, на Оку, на есенинский дом… И, совсем в непогоду померкнув, любопытные бабы в платках, зябко пряча тяжелые руки, с удивленьем в усталых глазах молча слушали чудные звуки… Как смогли вы, друзья, уберечь за полуторатысячелетье эту древнегрузинскую речь, — что ни время, ни пламя, ни меч не развеяли в пепел наследье! Что за песни! Какая судьба донесла их до нашего края! Репродуктор с вершины столба что&то бодрое нес, не смолкая. Я впадал окончательно в грусть, на душе становилось постыло, потому что беспечная Русь столько песен своих позабыла! Издал ’ и от низины пустой, рассеченной осенней Окою, тянет холодом и широтой и последним движеньем к покою. Над равниной плывут журавли, улетают в горячие дали… Вам спасибо, что вы сберегли, нам спасибо, что мы растеряли. Но зато на просторах полей, на своей беспредельной равнине полюбили свободу потерь и терпенье, что пуще гордыни.

1967

" Свет полуночи. Пламя костра. "

Свет полуночи. Пламя костра. Птичий крик. Лошадиное ржанье. Летний холод. Густая роса. Это — первое воспоминанье. В эту ночь я ночую в ночном. Распахнулись миры надо мною. Я лежу, окружённый огнём, тёмным воздухом и тишиною. Где-то лаяли страшные псы, а Луна заливала округу, и хрустели травой жеребцы, и сверкали, и жались друг к другу.

1967

НОЧНОЕ ПРОСТРАНСТВО

Дитя сороковых годов, птенец послевоенных улиц, я видел много городов, но мне они не приглянулись. Меня качали поезда, меня кружили танцплощадки, и это, видно, навсегда со мной, как пальцев отпечатки. И верно, потому что нет такого места на планете, где клином бы на белом свете, как говорят, сошелся свет, — я странным чувством полюбил весь этот беспардонный табор, в котором ел, с которым пил и выходил очнуться в тамбур, чтоб дверь тяжелую рвануть и захлебнуться жарким ветром… Куда ты? Но не в этом суть, и дело все-таки не в этом, а в том, что к женщине одной, к какому-то микрорайону, с отяжелевшей головой я шел по городу ночному. Его окраина всегда меня тревожила сознаньем того, что дикая трава вплотную примыкает к зданьям, что справа глина и бетон, что где-то рядом запах поля, клочок зари — ну, словом, воля, переходящая в закон. Но мой бессмысленный рассказ так безнадежно затянулся, а дело в том, что в этот раз я заблудился и очнулся средь крупноблочных корпусов, занумерованных кварталов, среди ободранных кустов и бездыханных самосвалов и вышел к яркому костру, к каким-то людям молчаливым. Они сидели на ветру, и ветер бешеным порывом из улицы, как из трубы, ликуя, вырывался в поле, свистел, и пламя золотое сияньем озаряло лбы. Под этот сумасшедший свист я увидал с собою рядом спокойный ряд усталых лиц, очищенных огнем и мраком, и понял, что и у меня лицо почти иконописно от пляски тени и огня… Но
было все&таки обидно,
что ночь с ее блестящей мглой так коротка в средине лета, что ореол над головой всего лишь только до рассвета.

1966

КАРЛ XII

А все-таки нация чтит короля — безумца, распутника, авантюриста, за то, что во имя бесцельного риска он вышел к Полтаве, тщеславьем горя. За то, что он жизнь понимал, как игру, за то, что он уровень жизни понизил, за то, что он уровень славы повысил, как равный, бросая перчатку Петру. А всё-таки нация чтит короля за то, что оставил страну разорённой, за то, что рискуя фамильной короной, привёл гренадёров в чужие поля. За то, что цвет нации он положил, за то, что был в Швеции первою шпагой, за то, что, весь мир изумляя отвагой, погиб легкомысленно, так же, как жил. За то, что для родины он ничего не сделал, а может быть, и не старался. За то, что на родине после него два века никто на войну не собрался. И уровень славы упал до нуля, и уровень жизни взлетел до предела… Разумные люди. У каждого — дело. И всё-таки нация чтит короля!

1966

" Швеция. Стокгольм. Начало мая. "

Швеция. Стокгольм. Начало мая. День Победы. Наше торжество. Я брожу, еще не понимая в иностранной жизни ничего. Вспоминаю Блока и Толстого, дым войны, дорогу, поезда… Скандинавской сытости основа — всюду Дело. Ну, а где же Слово? Может быть, исчезло навсегда? Ночь. Безлюдье. Скука. Дешевизна. Этажи прижаты к этажу. Я один, как призрак коммунизма, по пустынной площади брожу.

1966

" Целый день я бесцельно бродил "

Целый день я бесцельно бродил по знакомым дворам и проулкам, и, привыкший к подобным прогулкам, я всю душу себе растравил. Я напрасно приехал сюда — потому что нелегкое дело убеждаться, что время умело разрушает родные места. Опостылело мне с давних пор, чувств своих не жалея, прощаться, пропадать и опять возвращаться, словно роль затвердивший актер. Лучше буду глядеть издали, с ледников голубого Тянь-Шаня, чтоб расплылись в глазах очертанья и приметы родимой земли. Но сырая весенняя мгла, слыша эти досадные речи, утешала меня как могла, обнимала так нежно за плечи! Бормотала: — Куда ты уйдешь? Изведешься, меня вспоминая! — Потому что сыновняя ложь мне дороже, чем правда иная!

1966

" Сквозь слезы на глазах и сквозь туман души "

Владимиру Соколову

Сквозь слезы на глазах и сквозь туман души весь мир совсем не тот, каков он есть на деле. Свистят над головой бесшумные стрижи, несутся по песку стремительные тени. Сквозь слезы на глазах вся жизнь совсем не та, и ты совсем не та, и я совсем другою тебя люблю всю жизнь — какая слепота! — уж лучше осязать твое лицо рукою. Была одна мечта — подробно рассказать том, что на земле и на душе творится, но слишком полюбил смеяться и страдать, а значит, из меня не вышло очевидца. А время шло. Черты подвижного лица сложились навсегда, навеки огрубели. Смешно, но это так: не понял до конца ни женских голосов, ни ласточкиной трели. А если понимал хоть на единый миг, а если прозревал хотя бы на мгновенье, то многого хотел — чтоб этот шумный мир мне заплатил сполна за каждое прозренье. Об этом обо всем я размышлял в глуши под сиротливый звук полночного напева… Сквозь слезы на глазах и сквозь туман души надежнее всего глядеть в ночное небо, гдe вечный свет Луны и Млечного огня, и бесконечность мглы, и вспышек моментальность оправдывают все, что в сердце у меня, — мой невеликий мир, мою сентиментальность.

1967

" Ты больше, чем моя печаль, "

Ты больше, чем моя печаль, ты громче слов моих невнятных. Твоя мерцающая даль, куда ни глянь, в родимых пятнах. Дыханье осени сквозит в последнем августовском зное. Какой опустошенный вид — ни мертвое и ни живое! Все призрачно — бесшумный лес и остывающие воды приобрели холодный блеск уже получужой природы. Все призрачно — пустынный пляж и этот склон полузабытый… Неумирающий мираж, подтеки памяти размытой. Не знаю, как тебя назвать: судьба? отчаянье? прощанье? Не объяснить. Не рассказать. Ни в песне и ни в завещанье. Осталось чувствовать одно: все неразрывней год от года смыкаются в одно звено, в одно родимое пятно моя неволя и свобода.
Поделиться:
Популярные книги

Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Марей Соня
1. Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор
Фантастика:
фэнтези
5.50
рейтинг книги
Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Черный дембель. Часть 5

Федин Андрей Анатольевич
5. Черный дембель
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Черный дембель. Часть 5

В погоне за женой, или Как укротить попаданку

Орлова Алёна
Фантастика:
фэнтези
6.62
рейтинг книги
В погоне за женой, или Как укротить попаданку

Менталист. Конфронтация

Еслер Андрей
2. Выиграть у времени
Фантастика:
боевая фантастика
6.90
рейтинг книги
Менталист. Конфронтация

Идеальный мир для Лекаря 8

Сапфир Олег
8. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
7.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 8

Серые сутки

Сай Ярослав
4. Медорфенов
Фантастика:
фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Серые сутки

Ратник

Ланцов Михаил Алексеевич
3. Помещик
Фантастика:
альтернативная история
7.11
рейтинг книги
Ратник

Хозяйка старой усадьбы

Скор Элен
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
8.07
рейтинг книги
Хозяйка старой усадьбы

Инквизитор тьмы 3

Шмаков Алексей Семенович
3. Инквизитор Тьмы
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Инквизитор тьмы 3

Третий. Том 4

INDIGO
Вселенная EVE Online
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Третий. Том 4

Кодекс Охотника. Книга XII

Винокуров Юрий
12. Кодекс Охотника
Фантастика:
боевая фантастика
городское фэнтези
аниме
7.50
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XII

Возвращение Безумного Бога 2

Тесленок Кирилл Геннадьевич
2. Возвращение Безумного Бога
Фантастика:
попаданцы
рпг
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвращение Безумного Бога 2

30 сребреников

Распопов Дмитрий Викторович
1. 30 сребреников
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
фэнтези
фантастика: прочее
5.00
рейтинг книги
30 сребреников

Помещица Бедная Лиза

Шах Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.40
рейтинг книги
Помещица Бедная Лиза