Стремление к Богу
Шрифт:
Николай Кузанский писал более четырех веков тому назад: «Когда все стремления мои обращены на Тебя, поскольку все стремления Твои обращены на меня, когда я взираю на Тебя одного и ни на что иное, поскольку Ты окружил меня Твоею заботою, когда я направляю свою любовь к Тебе одному, поскольку Ты, Который Сам есть любовь, обращаешься ко мне одному, тогда что есть, Господи, жизнь моя, как не сие объятие, каким Твоя восхитительная сладость так нежно охватывает меня?"
Хочется сказать побольше об этом старце, человеке Божьем. Сегодня не многие христиане знают о нем, а фундаменталистам он вообще неизвестен. Думаю, что нам полезно знакомиться поближе с мужами, обладающими теми духовными качествами, какими обладал Николай Кузанский, и со школой христианской мысли, которую
Николай Кузанский был истинным последователем Христа, любил Господа, излучал свет и отличался своею преданностью Иисусу. Его богословию присуща ортодоксальность, и в то же время оно благоухает свежестью, чем, собственно, все, касающееся Иисуса, и должно отличаться. Его представления о вечной жизни, к примеру, возвышенны и, если не ошибаюсь, ближе по духу контексту Ин.17:3, нежели наши современные. Жизнь вечная, утверждает Николай, есть «не что иное, как благословенный взор, которого Ты никогда не отводишь от меня, и даже от самых потаенных уголков души моей. Взирая на меня, Ты даруешь мне жизнь; жизнь сия есть беспрестанный дар сладчайшей любви Твоей, и дается она мне, дабы Твоя любовь воспламенила мою любовь к Тебе, и питала меня этим огнем, и, питая, воспламеняла мое желание, давая мне пить от росы веселья, чтобы от пития сего бил источник жизни, умножающий и укрепляющий ее».
Итак, если вера есть взор нашего сердца, обращенный на Бога, и если этот взор возведенных на Бога духовных очей встречается со всевидящими очами Бога, то, значит, это самое легкое из всего, что доступно человеку. Это должно быть так же легко, как легко Богу жизненно важное сделать доступным для слабейших из нас и нищих духом.
Из всего вышесказанного можно сделать несколько очевидных выводов. Например, о простоте веры. Поскольку верить — значит взирать, то верить можно без всяких особых приготовлений или религиозных принадлежностей. Бог так устроил, что все жизненно необходимое никогда не зависит от каприза случая. Принадлежности религиозного поклонения могут повредиться или затеряться, вода может вытечь, записи могут погибнуть в огне, служитель может задержаться, а храм сгореть дотла. Однако все это внешнее по отношению к душе и подвержено несчастным случаям и механическим повреждениям. Возведение же очей идет от сердца, и взирать на Бога может любой человек, стоящий, коленопреклоненный или лежащий в предсмертной агонии за тысячу миль от ближайшей церкви.
Поскольку вера — это возведение очей к Господу, верующий может это сделать в любое время. Каждый момент может оказаться подходящим для этого сладчайшего из занятий. Бог никак не связал спасения с фазами луны, святыми днями или субботами. Человек нисколько не ближе к Иисусу в день христианской Пасхи, чем, скажем, в субботу третьего августа или понедельник четвертого октября. Пока Христос восседает на троне Посредника, каждый день благ и всякое время есть время спасения.
Также и место не имеет никакого значения в этой благословенной вере в Бога. Возведите свои очи горе и дайте сердцу найти покой у Христа, и вы немедленно войдете в святилище, хотя перед этим могли занимать спальное место в пульмановском вагоне, трудиться на фабрике или возиться на кухне. Бога можно увидеть отовсюду, если только душа ваша настроена любить и слушать Его.
Кто-то спросит. «Разве не относится то, что вы говорите, к особого рода людям, например, монахам или служителям, у которых по роду их деятельности есть время для тихих бдений? Во всяком случае этого не отнесешь ко мне, потому что я постоянно занят на работе и
Секрет того, о чем я толкую здесь, многие постигают не тогда, когда задумываются о том, что творится у них внутри, но когда постоянно упражняются в навыках созерцания Бога. Такие люди знают, что нечто внутри их сердца созерцает Бога. Даже тогда, когда они вынуждены сознательно переключить свое внимание на земные объекты, внутри них остается некая таинственная связь с Богом Стоит вниманию их на мгновение отойти от неотложных дел, как тотчас их внутренний взор снова обращается к Богу Таково свидетельство большого числа верующих людей, столь многих, что у меня, когда я пишу эти слова, возникает чувство, что я невольно цитирую кого-то, хотя кого и в каком объеме — не знаю.
Я не хочу сказать, что обычные средства стяжания благодати уже не имеют никакой цены. Конечно же, имеют. Уединенная молитва должна стать сердцем жизни всякого следующего за Христом От долгих размышлений над прочитанным Словом Божьим очищаются наши глаза и обращаются в верном направлении, от посещений общих богослужебных собраний расширяется наш кругозор и умножается любовь к ближнему Служение, плюс труд, плюс деятельность — все это хорошо и всем этим должен заниматься добрый христианин Но в основании этого, придавая ему смысл, покоится установка на созерцание Бога. В нас формируется новый, если можно так выразиться, орган духовного зрения, который дает возможность взирать на Бога, между тем как прежнему, материальному, предоставлено право рассматривать сцены преходящей жизни.
Некоторые в страхе могут сказать, мол, здесь безмерно прославляется личная, замкнувшаяся на себе религия, и новозаветное «мы» наполняется эгоистическим «я». Приходилось ли вам когда-нибудь в жизни встречаться с тем, как сотня фортепиано, настроенных по одному камертону, автоматически настраивалась друг на дpyгa? Будучи настроены, они звучат в унисон, но не друг с другом, а с иным стандартом, которому каждый из них в отдельности должен подчиниться. Так же и сотня почитающих Бога, собравшихся вместе в поисках более тесных братских отношений если каждый из них взирает на Христа, то все они духовно ближе друг другу, чем когда, стремясь к «единству», все отвращают взоры от Христа. Общественная религия станет более совершенной, если очистится религия персональная. Организм укрепляется по мере оздоровления отдельных его органов. Всей церкви Божьей прибыток, когда члены, составляющие ее, пребывают в поисках горней жизни.
Все сказанное выше предполагает наличие истинного покаяния и полного предания души Богу. (Впрочем, едва ли было нужно упоминать об этом, поскольку только те, кто именно так предались Богу, и могли добраться до этого места).
Когда навык духовного созерцания Бога укрепится в нас, мы выйдем на новый уровень духовной жизни в полном соответствии с Божьими обетованиями и новозаветным духом Триединый Бог станет местом нашего пребывания, хотя наши стопы все еще будут ходить замысловатыми путями, поскольку мы должны оставаться между людьми. Мы, конечно, найдем высшее благо жизни. «Это источник всех радостей, какие только возможны, но ни ангелам, ни людям не только ничего из этого представить до конца невозможно, но ничто лучшее и существовать не может ни в том, ни в другом способе бытия! Ибо здесь абсолютный максимум всякого разумного желания, превыше которого и быть не может».
Господи! Я услышал благое слово с призывом взглянуть на Тебя. и насытиться. Сердце мое стремится ответить, но грех затемнил мое зрение так, что я вижу Тебя, но смутно. Благоволи, Господи, очистить меня Твоею драгоценною Кровию и навести в сердце моем чистоту, дабы спали пелены с очей моих и я мог созерцать Тебя все дни моего земного странствия. Тогда буду готов взирать на Тебя, Преславный, в тот день, когда Ты явишься, дабы прославиться в святых Твоих и восхитить всех верующих в Тебя. Аминь.