Сыщик и вор - братья навек
Шрифт:
Никита не возражал. Ему и самому хотелось утереть нос столичным «важнякам».
Откровенно говоря, Дятлу уже надоела вся эта канитель со Скрипачом. Ну чего с ним Соловей возится? Шмальнуть этого козла из «шпалера» в подъезде, и все дела. А он хочет мешок ему на голову накинуть. Ну что ж, барская воля есть барская воля.
Клест дрых на заднем сиденье «жигуля». Да ему и самому хотелось спать. Засада явно затянулась. Позевывая, он смотрел прямо перед собой и поглядывал на окно
За подъездом он не следил. Глаза уже устали. Хорошо хоть на окно внимания хватает...
А вот открылось и окно. Выпорхнула занавеска, заколыхалась на ветру как белый флаг. Есть! Заглотил наживку Скрипач...
Дятел растолкал Клеста и вместе с ним вышел из машины. Неторопливым шагом они дошли до подъезда, в лифте поднялись на седьмой этаж. Дверь в Танькину квартиру уже была открыта. Все как положено.
Первым в фатеру вошел Клест. Он – голова. За ним в дверь протиснулся Дятел.
– А-а, – простонал вдруг Клест. Ноги его вдруг подогнулись.
В падении он обернулся к Дятлу. Глаза широко раскрыты от удивления. Горло перерезано, из него фонтаном хлещет кровь.
Как упал Клест, Дятел не увидел. Мелькнула чья-то тень, и он получил сокрушающий удар в шею. Свет померк перед глазами.
Пятнадцать спецназовцев с автоматами и с десяток сотрудников Тригорского уголовного розыска заняли места в засаде. Из-за кустов, где притаились Никита и Денис, хорошо просматривалась поляна, на которую скоро должны были съехаться бандиты. До восьми вечера оставался час.
Первого, кто вошел в квартиру по знаку Танюхи, Женя полоснул ножом по горлу. Второго рубанул ребром ладони по шее.
Только уж больно крепко рубанул. Полчаса прошло, а он все очнуться не может. И с Когтем проблемы. Его не разбудишь и пушкой – крепко спит, бедняга.
– Давай, сука, старайся! – грубо бросил он Танюхе, которая приводила в чувство соловьевского урода.
Она предала его. Это свершившийся факт. Она должна умереть. Убей предателя – один из главных законов воровского мира. И Женя убивал. Но на Танюху не поднималась рука.
Нет, у него не осталось к ней никаких теплых чувств. Все они словно испарились. Но она была женщиной. Он не мог убить ее. Не мог, и все тут... Он просто вышвырнет ее прочь. Но до этого она должна дрожать за свою шкуру. Пусть думает, что сегодняшний день последний в ее жизни. Он нарочно был груб с ней...
Танюха старалась изо всех сил. Тормошила бандита, делала ему примочки. Если бы ему мог помочь минет, она бы, не задумываясь, взяла бы за щеку. Наконец он пришел в себя.
С этой минуты Женя забыл о Танюхе. Она перестала для него существовать
– О-о, – протянул тот, пытаясь подняться с пола. – Где это я?
Ответом послужил удар ногой в печень.
– А-а, козлы! – взвыл соловьевский посланник.
– Кто козел? – Следующий удар пришелся по голове.
– Кто ты? Отзовись? – хватая пленника за волосы и оттягивая голову на себя, спросил его Женя.
– Дятел... Соловей тебя, суку, уроет... – Ты за себя, падла, отвечай...
Третий удар пришелся в область селезенки.
– Больно же... – застонал Дятел.
– Где Соловей? Где его можно найти?
Женя посмотрел на часы. Без десяти шесть. На «стрелку» с Соловьем он еще успевает. Но Соловья скорее всего не будет. Вместо него на разбор поедет кто-то другой. Соловей останется на «хазе». Вот там-то он его и достанет. Незачем ехать на «стрелку», если этого урода можно взять по-другому. Это будет стоить меньшей крови...
– Не знаю... А-а!
Женя хлопнул его по ушам. Дятел скорчился от боли.
– Еще?
– Не надо...
– Где Соловей?
В это время позвонили в дверь.
– Это Соловей! – Дятел, похоже, начал бредить. – Он тебе сейчас яйца оторвет...
Ах, яйца!.. Женя с силой заехал ему ногой в пах и направился открывать дверь.
На пороге стояли Веретено и Медведь.
– Скрипач, какие-то проблемы? – подозрительно посмотрел на него Медведь.
Не зря ему дали такую кликуху. Под два метра ростом, плечи как у Геракла, дьявольская сила в руках. Ходит медленно, вразвалку. Но в бою быстрый и верткий. Только взгляд у него не медвежий, а волчий. Холодный, злой. – Откуда адрес узнал? – вопросом на вопрос ответил Женя.
– Я навел, – сказал Веретено. – Мне Коготь на ухо шепнул...
Женя провел их в комнату, где корчился от боли Дятел. Тело убитого Танюха уже успела оттащить в ванную.
– А это что за урод? – пробасил Медведь.
– Соловьевский...
– Соловьевский? – И, не спрашивая позволения, Медведь заехал Дятлу ногой в глаз.
– Тише, не прибей...
– Постараюсь...
От удара Дятел отлетел к стене. Сознания он не потерял, но перед глазами все поплыло.
– Так наведешь на Соловья, сука? – спросил его Женя.
– Да... – выдавил он из себя.
– С кем ты?
– С тем, кому ты кровь пустил...
– Больше никого?
– Нет... Там во дворе тачка наша. Она пустая. Можешь проверить...
– Смотри, если кинешь, писец тебе... Где остальная братва? – спросил Женя Веретено.
– Там, во дворе, на двух тачках мы...
– Лады... Так, под руки этого, – он кивнул на Дятла. – В тачку его...
– Базара нет. – Медведь подхватил Дятла на руки, взвалил его на плечо и без помощи Веретена направился к выходу.