Тайна Дракона или пироги с капустой
Шрифт:
Распогодилось. Я открыла окна, тревожным пограничником смотрела вокруг. После злополучной ночи я чувствовала себя как на пороховой бочке. Мысленно обращалась к моменту, когда появился виконт. Ничего не понимаю. Помню его лицо, глаза. Виконт сплошная загадка. До сих пор не могу разобраться, чего ему от меня надо. Если бы Ханна не сказала, что я под её защитой, я бы уже бежала выпучив глаза, пряталась в скалах, искала где мне спастись.
Сколько это будет продолжаться? Когда нибудь у меня наступит покой в сердце? Почему все меня
Не передать, как меня подкосила новость, что мой, так называемый “папаша” прекрасно знал, что отправлял меня на погибель да ещё и две баржи леса приплатил. Всего за зерно, которого хватило бы на месяц, два — отправил на смерть собственного ребёнка. Ну не урод?
День катился к обеду, Берта накрывала стол на террасе. Работники уже расселись, я достала испечёный хлеб, вдыхала изумительный запах, резала каравай крупными ломтями. Я собиралась заняться плюшками, вышла во двор забрать со скамеечки корзину с яйцами. Неожиданно в калитку влетела женщина:
Она орала как ужаленная аспидом:
— Увела наших мужиков!
Это она мне что ли? Не поняла, ответила ей, что первое в голову пришло:
— Ваши мужики работают за хлеб. Несут вам, дурам безруким, хлеб на ужин и сами не голодные.
Интересно что это было: аттракцион ревности или зависти? Я повернулась к Айне, тут же оказавшейся возле меня. Собака наплевала на осторожность, моя защита для неё оказалась важнее. Айна плотоядно облизнулась и наклонила голову. Опасный знак, я сразу вспомнила Габриэллу с разорванным горлом.
— Айна, спокойно, милая, я сама.
Я держала в руках корзину с яйцами. Женщина продолжала орать:
— Они теперь на тебя батрачат, сучка!
— Что ты сказала? Это ты мне? Про сучку?
— Да! И верни моё яйцо, что мой муж заплатил тебе за пирог.
Я достала яйцо из корзины, размахнулась и швырнула его точно в цель: в лоб скандалистке:
— Это яйцо?
Женщина от удара села в пыль. На лбу у неё наливался фиолетовый синяк, перемазанный растёкшимся желтком. Она ошарашенно смотрела перед собой. не понимая, что случилось.
Я повернулась к столу, за которым сидели мои гости, человек 10 мужиков:
— Ну, что, девочки. Ой, а что это вы с усами. Кто ещё не спросил разрешения у своей мамочки?
Видела, как у мужиков наливались яростью глаза, сжались кулаки. Ну да, наверное, за всю историю их городка мужиков впервые назвали девочками. Мне хотелось продолжения банкета. Я ведь боялась каждый день, старалась для всех, пыталась всем угодить. И вот он, незаслуженный плевок в душу. Менгя несло, я придерживала корзину одной рукой, другой погрозила кулаком в сторону усатой братии за столом:
— Смотрите мне, чья ведьма прибежит сюда и рот откроет, тот будет платить 2 яйца за пирог, понятно?
Николас улыбался. Странно,
Вдруг посреди лужайки я увидела чёрную кошку. Она совершенно спокойно сидела, смотрела мне в лицо. Я не сводила с неё глаз. Блестящая, чёрная, шёлковая шерсть. Янтарные, пылающие изнутри жёлтым светом большие глаза, настороженно поднятые ушки. Замершая в позе сфинкса агатовая красавица смотрела мне в глаза. И, кажется, кошку не видел никто, кроме меня. До меня дошло, это знак от Ханны.
— Айна, идём! — я, не оборачиваясь, поставила корзину с яйцами в траву, пошла к лесу.
Глава 35
Глава 35
Я еле поспевала за шустрой чёрной кошкой. Дорога изгибалась, терялась в густых зарослях тёмного леса, бурелома. Заросшая папоротником тропинка то и дело прятала от меня чёрную спинку провожатой.
Кошка как знала, стоило мне потерять её из виду, грациозно выпрыгивала из кустов папоротников, мелькала своей блестящей спинкой, продолжая тащить меня в чащу. Айна настороженно всякий раз забегала вперёд, поминутно оглядывалась, на кошку вовсе не обращала внимания. Я даже сомневалась, видит ли Айна кошку.
Когда я совсем выбилась из сил и потеряла надежду добраться до цели, передо мной открылась маленькая проталинка и совсем неприметная избушка. заросшая по самую крышу изумрудным мхом. Тишина непроходимой чащи, полумрак, замерший воздух — всё пробежало по мне мурашками. Я остановилась, прижала руку к боку (дыхание давно сбилось и в боку кололо нещадно), тяжело сглотнула.
Кошка проскользнула в приоткрытую дверь. Я, не дожидаясь приглашения, тоже несмело вошла в тёмнфый провал приоткрытой двери, промямлила “Здравствуйте, Ханна”.
В темноте толком ничего было не видно. В нос ударил крепкий запах сухих трав, косматые букеты, развешанные под потолком, кидали шипастые тени на стены, в неровном пламени свечи, казалось, они шевелились. Я разглядела в дальнем конце комнатёнки низенький столик и сухонькую фигурку Ханны.
Бабуся покосилась на моего здоровенного пса (Айна заняла большую половину комнаты), молча махнула мне рукой, требуя, чтоб я села. Я осторожно присела на лавку возле стола разглядывая жилище лесной волшебницы.
Ханна не глядя на меня, смотрела в пламя свечи. Оно потрескивало, изгибалось чёрным чадящим концом. Свивалось кривыми кольцами, наполняло воздух едким тонким дымком. Ханна мельком глянула на меня:
— Что Стефания. Пришла пора умирать?
— Как, опять? — невольно вырвалось у меня, — Да что же это такое, бабушка? Каждый день меня хотят убить, охотятся на меня как на добычу в лесу.
Ханна повернулась ко мне. Я в ужасе замолчала встретившись с её колдовским взглядом. Она как будто смотрела сквозь меня.