Только дождись меня
Шрифт:
Я нахмурилась и посмотрела на него в зеркало заднего вида.
— Нет. Или ты сделал что-то плохое?
— Просто ты молчишь и забрала Джоша из школы раньше, чем меня, — ответил он, глядя в окно.
Джош раздраженно вздохнул.
— У тебя нет неприятностей. Не будь иди… — Он спохватился и продолжил: — глупым. Неприятности у меня.
— Почему? — с таким энтузиазмом спросил Луи, что я чуть не рассмеялась.
Карие глаза, напоминающие мне о Родриго, быстро посмотрели в зеркало заднего вида на меня.
— Потому что.
—
— Потому что, — повторил он, пожимая плечами. — Я кое-кого ударил, и меня отстранили.
— Что значит отстранили?
— Я два дня не буду ходить в школу.
— Что! — закричал Луи. — Я тоже хочу, чтобы меня отстранили. Что мне нужно сделать для этого?
Мы с Джошем одновременно застонали.
— Это плохо, Лу. Если тебя отстранят от школы, я убью тебя.
— Но…но… почему Джош живой?
Голубые глаза с любопытством уставились на меня в зеркало заднего вида.
— Потому что я не стану злиться, если вы попадете в неприятности из-за хороших поступков…
— Как можно попадать в неприятности, поступая правильно? — поинтересовался Лу.
И что мне ему ответить? Пришлось взять паузу, чтобы подумать.
— Потому что иногда хорошо — не значит правильно для всех людей. Понятно?
— Нет.
Я вздохнула.
— У вас в классе есть хулиганы? Те, кто задирают других детей и говорят им отвратительные вещи?
— Хм… у нас есть мальчик, который говорит всем, что они геи. Не знаю, что это такое, но учительница заявила, что это не плохое слово и позвонила его маме.
Господи.
— Я потом расскажу тебе, что это означает. Но это не плохое слово. Значит, этот мальчик говорит другим детям то, что расстраивает и злит их? Тогда он хулиган — человек, который оскорбляет чувства других людей. Это плохо, правда?
— Правда.
— Есть ребята, которые не могут защитить себя от нападок подобных хулиганов. Некоторые люди просто не обращают внимания на оскорбления, но есть те, кто принимает их близко к сердцу. Ты понимаешь, о чем я говорю? Они могут начать плакать или думать о себе плохо. Но в том, чтобы не нравиться кому-то, нет ничего страшного, правда?
— Правда?
Я чуть не фыркнула, услышав вопрос в его голосе.
— В общем, мальчик из класса Джоша оскорблял и задирал другого ребенка… Джош, расскажи, что произошло.
— Он говорил, что тот мальчик гре… — Джош замолчал и посмотрел на меня. Что? Дети матерятся уже в десятилетнем возрасте? Когда мне было столько лет, самым большим оскорблением было сказать «пердун». — Он обзывал другого мальчика плохими словами, типа каракатица, из-за роста, а еще смеялся над его кроссовками, потому что это не «Найк»…
О, черт. Об этом я еще не слышала.
— Я сказала ему прекратить, но он начал оскорблять меня.
Интересно, что он сказал Джошу? И почему мне внезапно захотелось пойти и пнуть этого ребенка под зад?
— Я потребовал, чтобы он замолчал.
Мне захотелось пнуть под зад не только этого парня, но и его мамашу, а потом еще и бабушку, чтобы преподать урок всей семейке.
— Он щелкал меня по уху, по шее, наступал на ноги, пнул пару раз, поэтому я ударил его по лицу, — закончил Джош. А я начала подумывать о том, чтобы отыскать еще и пару тетушек этого маленького ублюдка.
— О, — задумчиво ответил Лу.
Я отложила план на потом, напомнив себе, что сейчас нужно вести себя как взрослая.
— В общем, директор разозлился на Джоша, хотя не он начал это первым. Мне кажется глупым, что у него теперь проблемы, хотя именно второй ребенок вел себя как засранец…
Луи начал хихикать.
— Не говори abuelita (исп. бабушка, бабуля), что я так сказала. Я не собираюсь злиться на Джоша за то, что он сделал, в отличие от директора. Вступиться за человека, которого обижают, — это правильно. Только расскажи мне об этом. Я попытаюсь понять тебя. И не нужно драться беспричинно. Иногда все делают неправильный выбор, но мы должны попытаться извлечь из него урок.
— Я никогда не делаю неправильных выборов, — заспорил Луи.
Мы с Джошем рассмеялись, и это не прошло незамеченным для самого юного человека в машине.
— Что? — возмутился он.
— Ты никогда не делаешь неправильных выборов. — Я подняла руку, и Джош дал мне пять. — Сколько раз я просила тебя не засовывать фольгу в микроволновую печь, а ты все равно это сделал и сломал ее!
Джощ дал мне пять снова.
— А помнишь, как-то раз ты сказал, что тебе нужно покакать, и мы отправили тебя в туалет…
— Замолчи! — закричал Лу. Даже не глядя на него я знала, что он покраснел.
—… но вместо этого ты сходил по большому в трусы? — со смехом продолжил Джош.
— Это была случайность!
У меня затряслись плечи и только то, что я вела машину, удержало меня от истерики при мысли о том, как Луи неудачно пукнул в прошлом месяце.
— Это была случайность, и она научила тебя сдерживаться. Вот видишь, ты извлек урок в том, что касается туалета.
— Да, — пробурчал он таким поникшим голосом, что я рассмеялась еще сильнее.
— И для этого тебе пришлось нагадить в штаны, — фыркнула я, останавливаясь на подъездной дорожке возле дома.
— Tia!
Я вылезла из машины, держась за живот и со слезами на глазах от смеха. Мы направились к входной двери, и по пути я дернула Луи за волосы, пусть знает, что мы просто шутили.
— Сегодня не жарко. Может, покидаем мяч? — Директор может идти в задницу, если думает, что я собираюсь наказывать Джоша. Я понимала, что родители и Ларсенсы, скорее всего, не согласились бы со мной, но мне было наплевать. Я гордилась своим ребенком.