ТораДора
Шрифт:
Иначе говоря, прошли уже две недели с того кошмарного инцидента – Рюдзи ещё раз вздохнул. Кошмар, или… нет, он не хотел это вспоминать. Что толку вспоминать? Важно, что Тайгу не исключили и завтра она снова пойдёт в школу. Разве этого мало? Рюдзи чувствовал умиротворение, но…
– …Так. Мы не договорили. Почему ты так ведёшь себя?
Девушка в пальто из ангорской шерсти прищурилась. По лёгким движениям век можно было понять, что она перешла в режим «тиран». Предусмотрительно отстранившись, Рюдзи спросил…
– …Как так?
– Словно
– …Да уж не ради меня, знаешь ли.
– Не увиливай, трус!
– …
Отраз за разом поражающей его нелогичности Рюдзи инстинктивно захлопнул рот. Тайга тут же подобралась поближе и продолжила атаку…
– Пока меня не было, вы могли идти в школу вместе, вдвоём! Ты мог пригласить её перекусить с тобой! Ты мог спланировать встретиться с ней в выходные! Ты мог много чего сделать, так ведь?! Так почему не сделал? Держу пари, вы даже письмами не обменивались, верно? Ха! Смех один, размазня, размазня, раз… ой! Язык прикусила!…
Пока Тайга хваталась за рот с гримасой боли, Рюдзи воспользовался возможностью оправдаться.
– Я действительно ничего не мог сделать! Пока тебя не было, Кусиэда не приходила на обычное место встречи по утрам, обедала с другими девчонками, а я не настолько близок с ними! А после школы она каждый раз отправлялась в клуб! Да и с мейлами я ничего не могу придумать!
Высказавшись, он почувствовал себя ничтожеством. Но это была правда.
Когда отстранённая Тайга перестала ходить в школу, то общее, что связывало Рюдзи и Минори, моментально испарилось. Всё то время, что он обожал её, дистанция между ними постепенно сокращалась – это ещё не были романтические отношения, но похоже, они как минимум стали друзьями. Но без Тайги, их связующего звена, Рюдзи не мог даже поговорить с Минори. Нет, они не игнорировали друг друга, просто общались при встрече на уровне «доброе утро, привет, как дела, пока».
Рюдзи уже был готов тяжело вздохнуть, но остановился. Ага. Он поднял лицо.
– …Вообще-то, по сравнению с апрелем это большое продвижение?… Да, может быть…
Он скрестил руки на груди, убеждая себя, да, да, должно быть, всё идёт как надо, но…
– КО-НЕЧ-НО-ТЫ-НЕ-РАЗ-МАЗ-НЯ.
– Ой-ёй…
Из его глотки исторгся крик, какого она ещё не знала. Это всё Тайга, редкостный мастер на такие вещи. Но высказываться по этому поводу было некогда.
Пальцы Тайги ухватили верхнюю губу Рюдзи и потянули вверх так, что из его глаз брызнули слёзы. Казалось, что губа в любой момент может оторваться от челюсти. Рюдзи непроизвольно вскинул голову и поднялся на цыпочки, боясь, что ему порвут всё лицо.
– Потому что она не ждала тебя? Это глу-по! Глу-по, глу-по, глу-у-упо! Сколько ты ещё собираешься «ждать, пока сблизитесь»? Думаешь, ты кто?!
– Ай-яй-яй!…
С силой потянув губу Рюдзи вверх, Тайга подняла пышку. Страшно было даже представить, что она может с ней сделать.
– Закоренелый размазня должен быть наказан! Продолжай ждать Минорин после смерти!
– Ой-ёй-ёй!…
Помогите!
Он закрыл глаза. Перед ними проносилась вся его жизнь. Детский сад… обмочился на выпуске… поступил в начальную школу… я был единственным, кто носил ранец… экскурсия во втором классе… Ясуко встала слишком поздно и не приготовила бэнто… и в то время ребята начали называть меня гангстером…
– А.
Коротко сказала Тайга, и её пальцы неожиданно отпустили губу Рюдзи. Неожиданно освобождённый, пошатываясь, он открыл залитое слезами лицо. Затем…
– …О!…
Рюдзи тоже тихо пробормотал. Прохожие останавливались, тут и там слышались крики «Ого!» и «Вот это да!».
По фасадам магазинов, выстроившихся по обе стороны улицы, побежала полоса света.
Иллюминация, наверно, заказанная районной управой, вспыхнула вся разом. Мерцающие золотые огни бежали волной, словно след от здания, а яркие голубые вспышки стояли на месте, образуя арку. Небо торгового района превратилось в яркий планетарий, в мерцании которого тонули бледные вечерние звёзды.
Этот свет был прекрасен.
Заиграла музыка, из динамиков полился перезвон колокольчиков, улыбающийся Санта Клаус и олень с красным носом таращились друг на друга, ярко освещённые лампой в форме ёлки, висящей на уличном фонаре. В светящемся шаре мерцали буквы «Счастливого рождества!».
– …Верно… да, верно! Уже почти Рождество!…
В окружении мерцающих огней Тайга широко раскинула руки и посмотрела на небо. На лице появилась невинная улыбка, какой он никогда раньше не видел. Она закружилась и повернулась к Рюдзи.
– О-о-о-о-о-о! Ох, как здорово!… Поразительно! В прошлом году не было ничего такого потрясающего!
Мерцающие огни отражались в её блестящих словно бриллианты глазах. – Надеюсь, тут у них и ёлка есть?! – глядя на Тайгу, Рюдзи незаметно для себя забыл про боль в верхней губе и улыбнулся.
– О! Они действительно положили немало сил на эти декорации. Рождество, а? Да, очень скоро.
– Знаешь, насчёт Рождества. Я…
Плотно закрыв глаза, сжав кулаки и присев, Тайга вытянулась и смешно подпрыгнула, словно ракета из фейерверка, крикнув «ЛЮБЛЮ ЕГО!». Бог мой, эта девчонка действительно счастлива, заметили прохожие, улыбаясь. Когда Тайга вытянула руки и откинула голову, подняв лицо к небу, её глаза заблестели ещё ярче. Похоже даже, что на глазах у неё появились слезинки, словно она собиралась заплакать.