Уроки страсти
Шрифт:
Только Эйдану она и нужна.
Мысли о ребенке помогали ей держаться. Она еще раз проползла по свой темнице в надежде на то, что упустила что-то в первый раз. Повсюду беспросветная тьма, но если отсюда есть выход, то она непременно отыщет его.
Взяв в руки топор, Кэтрин принялась простукивать стены – вдруг обнаружится слабое место или гулкий звук, – но ничего такого не случилось. Присев у стены, она попыталась копать землю, но порезала топором руку. Немного отдохнув, снова принялась копать, хотя и боялась,
Радуясь, что наконец-то удалось избавиться от Вулфгара с его бандой мятежников, Эдрик вернулся в замок и ринулся вверх по лестнице, словно умирающий от голода, которому обещали роскошное угощение. Он без стука распахнул дверь детской, он готов был заключить Кейт в объятия и зацеловать ее до бесчувствия.
Комната была пуста.
Что ж, ничего страшного. Она наверняка сидит у Брайса со своим вязаньем.
Он поспешил в покои брата, но тот дремал в одиночестве. Эдрик разбудил его и спросил, не видел ли он Кейт.
Получив отрицательный ответ, Эдрик спустился в главный зал и вскоре услышал жалобные крики Эйдана. Вот хорошо. Где его сын, там должна быть и Кейт, в этом он не сомневался.
Эйдан находился в кухне, и Гвен тщетно пыталась напоить его молоком. Вокруг суетились посудомойки и кухарка, осыпавшие девушку советами, но у Гвен ничего не выходило – младенец отказывался есть.
Эдрик нахмурился. Кейт, конечно, расстроилась, может; даже рассердилась на него, но ребенка она ни за что бы не бросила. Выходит, с ней что-то случилось…
– Милорд, – сказала кухарка, – мы тут все из кожи вон лезем, дабы покормить мальчика, но он…
– Дайте его мне. – Эдрик опустился на стул и взял Эйдана. Кто-то сунул ему в руки соску, и он вложил ее в ротик Эйдана. Малыш тут же успокоился и принялся сосать молоко.
Не обратив особого внимания на столь необычное обстоятельство, Эдрик обвел взглядом слуг.
– Кто-нибудь видел Кейт?
Все, кроме Гвен, ответили отрицательно.
– Когда ты видела ее последний раз? – спросил он девушку.
– К-когда отец Алгар накричал на нее… она передала мне ребенка и выбежала из зала.
– Куда она побежала?
– Вон туда… Думаю, она удрала через заднюю дверь, пока вы говорили с пришельцами.
Хоть какое-то начало. Скорее всего Кейт отправилась к Лоре.
Эдрик вышел под дождь, почти бегом перебрался через мост и направился к домику Лоры. Какой же он был глупец! Почему он старался не замечать своих чувств к Кейт, почему обижал ее? Пусть Кейт и нормандка, но она совсем не похожа на Сесиль. Он сходил по ней с ума с той самой минуты, когда впервые увидел ее в плену у Леода Фергюсона. Мерзавец посмел прикоснуться к ней своими грязными лапами, и уже только за это он заслуживал смерти.
Ему хотелось сжать Кейт в объятиях, хотелось сказать ей, что она неправильно поняла его… что на самом деле он мечтает
И что он любит ее.
Она сделала то, что не удавалось ни одной другой, – соблазнила его своей нежностью и сердечной заботой о нем и его сыне. И теперь он знал, что по-настоящему полюбил эту женщину, в которой поначалу видел лишь подружку по постели.
Эдрик постучал в дверь целительницы. Элга открыла ему и отступила в сторону, пропуская в дом.
– Где Кейт? – спросил он.
– Здесь ее нет, милорд, – ответила старушка. Из-за занавески вышла Лора.
– Разве Кейт не с Эйданом? – удивилась она.
– Эйдан со служанками, но я не могу найти…
– С чего это она вдруг оставила малыша на служанок? – Лора недоверчиво покачала головой. – Она никуда без него не выходит.
ГЛАВА 20
Ей суждено умереть в этой темнице. Она была уверена в этом… если она вообще хоть в чем-то уверена. Воздуха почти не осталось, голова начала кружиться, ее охватила слабость.
Она снова попыталась прокопать лаз лезвием топора, но единственное, чего добилась, – лишилась части драгоценного воздуха.
Никто никогда не узнает о том, что с ней произошло.
Кэтрин легла на бок и подтянула ноги к подбородку. Неужели эта участь лучше той, что ждала ее у Леода Фергюсона, оставь он ее в живых?
Да. Лучше.
Она полюбила Эдрика и его крохотного сыночка. Она стала бы Эдрику прекрасной женой, если бы он женился на ней, потому что ее любовь не знала границ. Она пустила его в свою постель и пожертвовала ради него всем, что имела, пожертвовала без всякой надежды на брак.
Интересно, пойдут ли о ней разговоры… Разговоры о нормандке, которая внезапно появилась в замке, ухаживала за младенцем лорда Эдрика, а потом так же внезапно исчезла. Она явилась сюда ни с чем, в оборванном платье. Ни с чем и ушла.
Ее ужасала сама мысль о том, что все поверят, будто она, не сказав никому ни слова, оставила Бракстон-Фелл, бросила Эдрика и Эйдана, бросила всех своих друзей. Неужели люди действительно так о ней подумают? Неужели подумают, что она легкомысленная девица? Нет-нет, она не такая.
Кэтрин с трудом встала на колени и снова принялась обследовать свою крохотную тюрьму в поисках выхода. Ведь попала же она сюда каким-то образом… Значит, и выход должен быть.
Она в который уже раз простучала топором стены, но ничего нового не обнаружила и села, задыхаясь. Голова у нее все сильнее кружилась – видимо, от нехватки воздуха.
И вдруг темнота рассеялась, перед глазами у нее заплясали огоньки, а в ушах зазвенели голоса. «Ненастоящие, конечно, – догадалась Кэтрин, – ведь я погребена под толстым слоем земли. Никого здесь нет, никто мне не поможет!»