В поисках цели
Шрифт:
— Им нужны заложники — пояснил мне мужик, чьи колени я просиживаю, тоже глядя на лже-террориста — Так что всех убивать точно не будут.
А сидящая рядом с нами тетка, до того как я рядом спикировал, зажимавшая голову руками меж своих колен, а после — как-то подозрительно расслабившаяся, и на нас с любопытством, пусть и не без страха, поглядывающая, тихонько перетекла со стула в пространство меж рядов.
Это чего это она удумала? — подумал я, и мигом позже, получил ответ — тетя переползла под сиденьями ряда спереди,
— Ты. — сказал кто-то за моей спиной, ложа массивную ладонь на моё хрупкое плечо.
Я вздрогнул, чертыхнулся, что без распущенных волос, слеп как крот, обернулся неторопливо, взглянув на говорившего.
Этот, без маски. Один из немногих тут, кто не чурается своего лица! Впрочем, бородат он настолько, что ему это и не требуется. Вооружен, как и все — автомат американский, гранаты, пистолет, бронежилет. Но почему-то без ножа, увы, как в прочем и все.
— Идешь с нами — указал он жестом.
Я похлопал глазами в ответ, продолжая играть не знающего языка.
— Идешь с нами кому говорят! — рванул он меня за плечо, от чего я в мгновение оказался на полу, целуя его покрытие. Это ковер? Или что такое, мохнатое?
— Возьмите лучше меня, вместо неё! — соскочил с кресла мужик, с чих коленей я слетел.
Бородач молча, и очень быстро! Движением, сравнимым с рывком кота на мышь, выхватил пистолет из кобуры, еще в процессе снимая с предохранителя и взводя курок, и выстрелил, как кажется — не целясь.
Точно в лоб, вставшему напротив него седовласому.
— Ты — указал он на меня дулом заряженного и дымящего пороховыми газами пистолета — идёшь со мной — указал он всё тем же оружием в сторону одного из выходов из зала, куда уже согнали в кучку иных, нередко плачущих,
Как стадо овец! Как животных! Как зверей! Нелюди…
Я взглянул на стадо, на бородача, на пистолет, вновь на меня наведенный, человеком, что явно теряет терпение. Периферическим зрением осмотрел весь оставшийся зал. Посчитал автоматчиков, прикинул вес взрывчатки в ящиках и жилетах, что прет резким запахом химией, но не стиральным порошком, так, что у меня уже нос онемел, и похоже скоро я утратит чувствительность.
Посчитал свои шансы тут всех убить. Почти сто процентов! И я в списке трупов с этой же вероятностью. Бомбы на людях, вернее люди с бомбами, расставлены уж больно грамотно! И при детонации… шансы выжить — минимальны! Даже мне — обратившись в лоскутки, я тоже умру.
И это не считая скопления автоматического оружия!
— Угу. — буркнул я на своём втором языке, с трудом выдавил пол слезинки из глаз и принялся поднимается.
— Живее! — прикрикнул на меня бородач, поддев носком ботинка для ускорения.
Платью — кабзда. И вообще-то — больно! Моим ушам слышать столь злой акцент. Да и животику… — глазки выдавили еще пол слезинки.
— Простите…
— Живее!
Я
Прости меня мужик! — оглянулся в пол глаза на труп человека, пуля которому вынесла мозги прямо на и без того напуганных людей. И тело которого, осела на стул, зависнув в нелепой позиции. Глаза которого, до сих пор смотрят на меня, пусть и уже ничего не видимым взглядом.
Прости меня! Я буду тебя помнить…
Нас «дружным» строем свиней на резку погнали в сторону пожарной лучницы. А по ней — в сторону крыши. Правда, по дороги, когда я уже планировал начать действовать, устраивая свой мясокомбинат, меня незадолго до входа на лестницу, будучи последним в строю, выцепил из толпы один бугай, провожавший толпу на жатву.
— Смотри какая краля! — указал он на меня, с ног до головы, красуясь пред своим напарником, тоже маской, и ложа руки на одну из двух подкладок.
— Оставь её! Потом порезвишься — ответил ему его товарищ, я в душе аж воспарил — я их понимаю!
Они по английский говорят! Под своими драными масками скрывающими лица. Как бы мне волосы свои распустить незаметно.
— Да ну! Зачем ждать! — приступил он к массированию ваты, подтягивая меня к себе поближе для поцелуйчиков, а решил прикинуть, что мне дороже — честь или информация?
В итоге понял, что знать о враге хоть что-то куда важнее, чем на время отключить чувствительность лица, и головы вообще, став для самого себя как бы безголовым. Не видеть, но слышать…
— Оставь! Там еще полно баб! — вырвал меня из рук любвеобильного правильный второй, и я спешно занял сданные позиции в собственном теле.
— Но я эту хочу! — дернул обратно озабоченный, решив начать перетягивание девушки с цивильным.
И, уже мысленно расчленил этих двоих, дожидаясь лишь когда они закончат болтать — информация! Даже такая жалкая — бесценна!
— Босс тебя за твоё хочу на яйцах подвышает. — финальный аргумент «законопослушного», выбил дух из похотливого, что кажется даже стал сантиметров на десять ниже, чем был всего миг назад.
И я, оказавшийся всецело свободен от захватов — второй тоже отпустил мою руку, получил ускоряющий пендель коленом под попу. Отправляющий меня догонять уже скрывшеюся где-то на лестнице толпу заложников.
Пора их кончать! — уже почти материализовал я своё оружие, наблюдая переферическим зрением за двумя «закадычными друзами» оставшихся за своей спиной, расслабленных и ничего не ждущих, готовясь резать.
Черт! — матюгнулся в душе, и спешно остановил материализацию, старясь не потерять сознание от отката и нагрузки и начав нагло пялится себе за спину. Ведь за их спинами, этих двух обалдуев с оружием! Нарисовался третий, в самом дальнем углу, но с тяжелым пулеметом наперевес.