Вечная полуявь
Шрифт:
Она засмеялась, ощущая, будто была создана для этого ничуть не меньше, чем для стрельбы из снайперских ружей, но почему-то поняла это только сейчас, и поймав на себе десятки восхищенных глаз, закружилась в танце еще жарче и стремительнее. Минуты мелькали словно секунды и вот уже мужчины вокруг не танцевали, а образовав широкий полукруг аплодировали ей, крича «браво» и весело присвистывая.
Алису это раззадорило еще больше и не смотря на усталость она продолжила танец, жалея лишь о том, что на ней сейчас была ее обычная одежда, а не красивое
Наконец, музыканты взяли последний, самый громкий аккорд и девушка грациозно изогнулась, изображая низкий поклон.
Секунда тишины.
Аплодисменты.
Она засмеялась, чувствуя себя такой счастливой, какой, будто бы, никогда раньше и не была, и быстро порхнула на лавку к любимому, чтобы избежать моментов недопонимания с восхищенными ее телом офицерами.
Тисато мягко обнял ее за талию и с улыбкой сказал:
– Ты была неотразима.
– А ты не ревновал? – игриво спросила девушка.
– Немного.
– Насколько немного? – улыбаясь, уточнила Алиса и, не отрывая от Стража взгляда, отпила вина из бокала, чтобы унять накатившую жажду.
– Ну… – Тисато неопределенно повел головой, окидывая взглядом весь зал. – Как видишь они еще живы.
Алиса едва не подавилась от смеха вином и обняла его.
Несколько следующих часов пролетели словно взрыв искрящегося фейерверка и когда они со Стражем оказались в выделенной им ранее каюте, Алиса, чувствуя, что едва держится на ногах упала на огромную белоснежную двуспальную кровать.
– Какая большая! – пробормотала она, чувствуя, как слегка кружится голова после танцев и выпитого спиртного.
Против ее ожидания Тисато сел на центр каюты и собрался начать медитировать, однако такое развитие событий совершенно не входило в планы Алисы.
– Слушай, Тис, – тихо сказала она, накручивая тонким пальчиком локон волос и закусила нижнюю губу. – Такой невероятный день сегодня. И у меня есть идея, как сделать его еще лучше… ты не мог бы сходить разузнать, ну скажем… в какой порт направляется Облик?
Страж поднялся и пожав плечами кивнул.
Как только за ним закрылась дверь Алиса растормошила Тумана, которого так же накормили до отвала и теперь он дремал на подстилке возле кровати.
– Прости меня, мой хороший. Ты не мог бы погулять за дверью какое-то время? Ну час или два.
Еж неопределенно пискнул, словно требуя более детального объяснения, на каком основании его лишают честно заслуженного отдыха.
– Я не могу сказать тебе такое вслух, но я сейчас подумаю.
Глаза-бусинки Тумана расширились от удивления. Он понимающе пискнул и засеменил к выходу.
– И чур не подслушивать! – попросила его девушка, прикрывая за ним дверь. – Или не подчитывать? Как это будет правильнее сказать?
Затем она открыла сундук, в который ранее успела
Страж вернулся через десять минут и, приоткрывая дверь, сказал с порога:
– Алиса, а что Туман делает за две…
Его взгляд упал на девушку. Она сидела в изящном черном кружевном белье на кровати и смотрела на него. Полупрозрачная ткань поддерживала высокую грудь и не скрывала при этом почти ничего, лишь делая наготу более соблазнительной, трусики представляли собой сплетение узких шелковых ленточек, низко сидящих на стройных бедрах. Картину довершали тончайшие чулки с завязочками в верхней части, делавшие стройные ножки Алисы еще более сексуальными.
При этом взгляд девушки не был тем томным взглядом, опьяненной танцем и вниманием молодой красотки, он оставался робким и нежным, словно она сейчас открывала своему мужчине не только тело, но и душу.
Тисато прикрыл за собой дверь.
Алисе показалось, что он был растерян. Чуть помолчав, он наконец сказал:
– Ты выглядишь просто… потрясающе. Я и не думал, что можно завидовать самому себе, – однако, постояв еще лишь мгновенье, он вдруг дошел до центра комнаты и сел в позу сэйдза. – К сожалению, сейчас… не лучшее время, чтобы заниматься сексом. Я не понимаю какую роль этот корабль играет в моей миссии и меня это очень гнетет.
Глаза девушки округлились от изумления.
– В каком смысле не время? А когда… когда еще будет время? – она поднялась и приблизилась, но Страж уже сидел с закрытыми глазами. Алиса почувствовала, будто ей плюнули в лицо. Она раскрылась перед ним, тем с которым она меньше чем за месяц испытала куда больше, чем без него за всю свою жизнь. И он поступает вот так?
– Тис это… Я просто… возмущена! Я тут стою перед тобой, вся в этих чертовых кружевах! Хотела, блин, сделать тебе сюрприз! Думала порадовать тебя, а ты просто говоришь «не время»?!
– Из всех возможных вариантов моих действий, – тихо проговорил Тисато не открывая глаз. – Этот в наименьшей степени должен был вызвать у тебя неприятные чувства. Прости меня, но я не знал как еще тебе сказать.
– Правда?! – зло выпалила она. – Знаешь, Тис, был один отличный вариант, при котором и ты и я получили бы одни только положительные чувства. И то, что тебя что-то там гнетет кажется мне лишь гнусным оправданием!
Она почувствовала, как начинает дрожать ее голос и оттого еще сильнее разозлилась.
– А знаешь что?! Я, пожалуй, пойду сейчас прямо так и посмотрю не окажется ли кто-то из офицеров Облика столь любезен, чтобы помочь мне развязать все эти завязки на белье. А то они, черт подери, такие неудобные!
После этого, чувствуя, что вся последняя фраза про офицеров была уже совершенно лишней и глупой, Алиса выскользнула за дверь в чем была, не преминув, однако, схватить с тумбочки свою обычную одежду.
Она добежала так до первого же закутка и дрожащими руками принялась переодеваться.