Вернуть невесту. Ловушка для попаданки 2
Шрифт:
Граэм неожиданно снова шагнул ко мне, аккуратно поправил воротник летней накидки.
– Если тебе однажды надоест все это, захочется отвлечься и отдохнуть, только позови. Я обязательно приду, прикрою и помогу сбежать… Ненадолго.
Подмигнул и закончил:
– А сейчас идем, покажу тебе лабиринт. И пора возвращаться. Твой Маслов может объявиться в любой момент.
Глава 27
Увы, Маслов не объявился – ни в этот день, ни в последующие. Казалось, он вообще забыл о моем
Я часами гуляла по академии, специально забредая в самые укромные уголки. Наблюдала за занятиями и тренировками адептов, общалась с преподавателями и сотрудниками. С некоторыми удалось даже почти подружиться. Нет, сначала все они принимали меня очень настороженно и неохотно разговаривали – похоже, дочь Зеона здесь не любил никто. Но постепенно их отношение менялось, и я узнала немало интересного о жизни, привычках и «милых» развлечениях компании заклятых подружек, лидерами которой считались Эннари и Беллиса.
Особенно полезной в этом плане стала беседа с заведующей канцелярией, госпожой Лафут – строгой решительной женщиной, сразу заявившей, что она никого и ничего не боится, и, если я так настаиваю, то расскажет мне всю правду. Даже если после этого ее испепелят на месте.
Все это было крайне любопытно и важно, но ни на шаг не приблизило меня к Егору. В чьем теле он скрывается, выяснить тоже пока не удалось.
Я пыталась сузить круг подозреваемых, осторожно, как бы между прочим, расспрашивая окружающих о том, кто из высших лордов регулярно посещает академию. Оказалось, многие. Члены конклава во главе с архимагом ежемесячно наведывались с инспекцией. Мэтр Небин постоянно читал лекции и проводил практические занятия – по старой памяти, видимо. Иннил не раз заезжал по поручению отца. А Динур, тот самый пятиюродный «ученый-экспериментатор», и вовсе имел постоянный доступ в здешние лаборатории – они считались лучшими в стране.
Любой из них мог оказаться Масловым, включая ректора – очень уж удачно и вовремя его назначили на пост главы столичной академии. Как будто специально. Но, в любом случае, кем бы Егор ни был, общаться он не торопился. Хотя все эти дни рядом со мной находился один лишь Феня, да и тот исключительно под пологом невидимости.
Надо сказать, птиц очень ответственно подошел к своей миссии – не отлетал ни на шаг, сурово следя за каждым, кто к нам приближался. Если бы эти несчастные заметили моего грозного птаха, от нервной икоты их ничего бы не спасло.
Фарн появлялся поздно вечером, когда я уже отпускала Ольму и оставалась одна. Стремительно врывался в комнату, обнимал, пристально вглядываясь в лицо, зарывался в волосы чуть подрагивающими пальцами. И я замирала, тонула в сиянии его глаз, невольно улыбаясь в ответ и испытывая странное чувство защищенности.
– Эннари…
Неровное, прерывистое дыхание обжигало кожу, заставляя сердце трепетать в сладостном предвкушении. Быстрое прикосновение к губам – и его рот уже скользил дальше, оставляя на щеках, глазах, лбу торопливые, почти невесомые поцелуи.
– Нари… Моя Нари…
Я опускала ресницы, невероятно остро чувствуя все – лихорадочную жадность горячих губ, морозно-свежий привкус дыхания. Нетерпеливое движение длинных пальцев, вычерчивающих на спине, через ткань платья, замысловатые узоры, таинственные
Разговаривать мы начинали позже, много позже, когда я расслабленно затихала, уютно устроившись в кольце его рук.
Кайден подробно выспрашивал о каждой мелочи, о том, что я делала в его отсутствие, с кем встречалась. Он никак не мог смириться с тем, что я стала приманкой для Егора, и, хотя сделал все возможное для обеспечения моей безопасности, по-прежнему беспокоился и отчаянно не хотел оставлять одну. Я понимала это и терпеливо повторяла вновь и вновь, что все в порядке.
– Кругом столько следящих артефактов, что мышь не проскочит, не то, что человек. У меня сильная защита, Слеза активирована, да и Феня всегда рядом. Он защитит, если понадобится, зверей позовет, вас с Алланом предупредит и портал мгновенно откроет. Все будет хорошо.
В ответ на мои доводы, Фарн лишь отрывисто кивал, стискивая зубы, и обнимал еще крепче. Словно боялся, что я сейчас исчезну.
Чем дольше Маслов не появлялся, тем мрачнее Кайден становился. Да я и сама не верила в обманчивое затишье, установившееся вокруг меня. Чувствовала: безмолвие это кажущееся, временное. Что-то готовится, что-то должно случиться, и уже очень скоро.
Интуиция меня не обманула.
Вестник прилетел на пятый день вечером, незадолго до прихода наследника.
«Ждешь меня, Анечка? – значилось в нем. – Вижу, что ждешь. Что ж, не стану разочаровывать. Встретимся сегодня в полночь, в лабиринте. Я найду тебя, не беспокойся. А вот друзей приводить не рекомендую. Они ведь надеются поймать меня, да? Наивные. Постарайся от них избавится, если не хочешь, чтобы твою маленькую тайну узнали, а тебя казнили, как иномирянку. Можешь взять феникса в качестве охраны, я не против. Пользуйся, раз уж тебе удалось заполучить зверя».
Послание вспыхнуло и осыпалось пеплом, едва я успела его дочитать.
Ну вот и все. Началось…
Времени до полуночи оставалось не так много, поэтому птиц сразу же связался с Шуром, не дожидаясь, пока я попрошу об этом.
Через десять минут в моей и без того не слишком просторной спальне, было уже не протолкнуться. Фарн, Граэм, Хобб, звери… Даже Сегор с химером пришли и, пусть держались чуть в стороне от остальной компании, но тоже разделяли всеобщий энтузиазм и решимость сражаться до конца.
– Лабиринт, – поморщившись, пробормотал Аллан, когда я закончила. – Что ж, следовало ожидать.
– Да…
После того, как мы поняли, что место силы находится в академии, никто уж не сомневался: оно напрямую связано с лабиринтом. Спрятано в нем. В том, что Маслов пожелает встретиться именно там, тоже не было ничего удивительного.
– Меня смущает другое, – нахмурился Кайден. Собственно, хмурился он с того самого момента, как я пересказала содержание письма. Заставил повторить его дважды… трижды и с каждым разом мрачнел все больше. – Тон послания и уверенность сумеречника. Он на мгновение не усомнился, что ты придешь. Почему?